А что скажут «все нормальные люди»?

Еще одна опасность, подстерегающая вас на пути выздоровления – давление окружающих. Они могут лезть к вам с непрошеными советами, прорабатывать, выражать свое «фе». С настоящей травлей столкнулась Полина Осетинская, когда в 13 лет сбежала от отца.

«Некоторые плевали мне в лицо на улице, так что выходить стало невозможным.

Время от времени подходили сердобольные женщины, дергали за рукав и начинали заклинать: “Полин, а Полин, ты с отцом-то помирись, нехорошо, отец твой хороший такой человек, гений”».

Но чаще агрессия окружения протекает мягче и… возможно, опаснее для вас. Например, вы сами обращаетесь за поддержкой к людям, которым доверяете, а они начинают вам «парить» про недопустимость злости, святость прощения и «это-ж-родителей». Или рассказывать о том, как мамочка страдает без вас, сколько раз ей вызывали «скорую» и что вы, наверное, хотите свести ее в могилу своим поведением.

«Не слушайте чужих мнений, пока находитесь в этом процессе. Из самых лучших намерений близкие будут говорить что-то вроде: “Да забудь уже об этом”, “Ты не можешь изменить прошлое, хватит пытаться”, “Перестань думать о прошлом, живи здесь и сейчас”. Вас будут отговаривать заниматься этой важной работой, потому что не понимают, как она ценна. Они не хотят видеть, как вы страдаете, они не понимаете, что если вы не встретитесь лицом к лицу со своей грустью, она останется с вами навсегда», – пишет Кэрил Макбрайд в книге «Достаточно хорошая».

Вы можете быть еще и сами полны сомнений насчет правильности взятого курса, а доброхоты будут дополнительно раскачивать вас. И вы либо повернете назад, либо выдержите бой со стереотипами и собственными убеждениями насчет родительской любви, и признаете, что многие из них ложны. Разберем некоторые из них.

– «Все родители любят своих детей, просто выражают это по-разному».

Нет. «Любовь», которая выражается через насилие, заставляет страдать – никакая не любовь, а ее полная противоположность.

И если предположить, что любовь может быть выражена деструктивным образом, то, наверно, тогда верно и то, что мы тоже можем выразить любовь к родителям гневом, дистанцированием и даже разрывом.

Да и зачем отрицать, что некоторые родители действительно не любят своих детей, сами это понимают и порой совершенно открыто говорят: «Я тебя никогда не любила, так бывает». Или это стоит считать причудливым объяснением в любви?

По-моему, имеет смысл не прятать голову в песок, а принять тот факт, что родители не любят вас, а вы имеете право не любить их. И это не ваше исключительное несчастье, а, увы, распространенное положение вещей.

«Когда я осознала и приняла, что не люблю свою мать и не собираюсь ее прощать, стало легче. Я понимаю, что просто мне не повезло родиться у такого человека, а у других могут быть хорошие родители».

– «Родители так поступали с нами для нашего же блага».

«Я уверена, что в большинстве случаев, намерения действительно были благими, но разгадывать чужие прошлые намерения – это потеря времени. Важны результаты. Если мы имеем неадекватных родителей, которые причинили вред своим детям, их намерения тут ни при чем. Неадекватные родители так же ответственны за свои действия, как и за свое бездействие», – пишет Сьюзен Форвард.

– «Мы перед родителями – в вечном долгу»…

…ведь они подарили нам жизнь. А мы их об этом просили? Разве, зачиная нас, они думали о том, чтобы осчастливить нас этим даром? Идея неоплатного долга и априори благодарности кажется мне абсурдной. Мне нравится, как об этом пишет психолог Анастасия Рубцова:

«Особенно смешной (хотя и жуткой) мне кажется мысль, что благодарности можно требовать. Откуда она вообще берется? Подозреваю, что от некоторой родительской садистической безнаказанности и ужасной путаницы в картине мира.

Понятно, что с ребенка очень много можно стребовать и получить. Послушание. Оценки хорошие. Какое-то поведение – с тем дружи, с этим не дружи, на этой не женись, там не учись, работай здесь, позвони бабушке. Даже заботу, при некоторой ловкости, можно вытребовать. И она будет выглядеть как настоящая.

И если родитель долго идет по этому пути, он немножко хамеет. Ему начинает казаться, что давление на эти, в общем-то, простенькие рычаги вины, невротического страха и потребности в одобрении может обеспечить ему все.

Но правда в том, что заполучить от ребенка таким образом можно только самый примитивный корм. Деликатесы, такие как любовь и благодарность, даются добровольно и никак иначе. Они создаются более тонкими вибрациями, что ли.

Благодарность – ну просто в слово вслушайтесь – это то, что дарится. От избытка, от великодушия, от душевной щедрости. Но не от невротической вины! Поэтому любые попытки выбить сыновнюю благодарность – или вытянуть, выклянчить – обречены на болезненный провал.

Нет.

Лавочка закрыта.

Так же как и попытки выбить, вытребовать, выдоить родительскую любовь.

Что дается, то дается распахнутыми руками.

Чего нет, того нет и не обязано быть».

…Как быть с людьми, которые пытаются «сбить с толку»? Думаю, не стоит ничего им доказывать, а если на вас сильно наседают – отдаляйтесь от них или даже прерывайте общение. Помните, что давать вам советы и «учить жизни» люди могут только по вашему запросу. Не всегда советчики желают нам плохого – просто такая уж у нас сложилась «культура» – давать советы. Но если в человеке есть хоть сколько-то душевной деликатности, ему хватит одной вашей просьбы, чтобы перестать это делать.

«Скажу им все, что я о них думаю!»

В главе о приоткрывании глаз я рассказывала о том, что у нас может возникнуть побуждение по-хорошему обсудить с родителями наши прошлые и нынешние взаимоотношения. На этот разговор мы обычно идем, как мирные рабочие шли с прошением к царю, а получили вероломный залп в грудь. В крайне редких случаях родители способны вас услышать… но, кстати, если бы они были способны на это, ваши сложности давным-давно разрешились бы сами собой без особых драм.

Второй позыв «высказать им все» обычно случается на стадии прозрения и гнева. Что ж, желание выпустить пар и выразить ненависть обидчикам вполне естественны, но стратегически бессмысленны.

«Если у вас появился этот импульс, мой совет: сдержите его. Сейчас неподходящий момент. Эмоциональные поступки почти всегда оборачиваются против нас. Избегайте любой конфронтации, пока ваши эмоции кипят, поскольку вам будет трудно трезво оценивать ситуацию. У вас достаточно времени, чтобы интегрировать в вашу жизнь новую точку зрения на вещи, но первым делом необходимо составить план действий. Помните о том, что сейчас вы в начале долгого пути, а не на пороге чудесного исцеления», – пишет Сьюзен Форвард.

Меж тем Форвард считает, что разговор с родителями – конфронтация – все же должен состояться. Ее цель «не месть, наказание, унижение, вымещение гнева или получение какой-либо выгоды. Цель – раз и навсегда покончить со страхом противостояния родителям, сказать им правду о ваших отношениях и определить параметры этих отношений на будущее».

О чем, как и когда стоит говорить?

О чем

Форвард предлагает такой план:

– то, что родители сделали вам;

– что вы при этом чувствовали;

– как произошедшее повлияло на вашу жизнь;

– какого поведения вы ждете от них в будущем.

Как

«Спокойно, но уверенно».

Как вариант, Форвард предлагает написать письмо. Мне очень близка эта идея!

«Это отличный способ избежать провала и быть уверенным в том, что вы донесете до ваших родителей то, что хотели сказать. Оно дает возможность организовать все то, что мы хотим сказать, и перерабатывать это до тех пор, пока мы не останемся довольны. Адресату письма оно дает возможность перечитывать написанное и размышлять над его значением. Кроме того, письмо является более надежным средством коммуникации с потенциально агрессивными родителями».

Сьюзен Форвард советует писать по отдельности каждому родителю. Сперва – тому, кто, по вашему мнению, наиболее токсичен.

«Как только ваши эмоциональные шлюзы откроются с помощью первого письма, вам будет легче выразить чувства второму из родителей. В письме ему вы можете бросить вызов за его пассивность и за то, что он оставил вас в опасности».

Когда

«Есть четыре условия, которым мы должны соответствовать для конфронтации:

– чувствовать себя достаточно сильными, чтобы столкнуться с отвержением, отрицанием, упреками, обидами;

– у вас должна быть крепкая сеть социальной поддержки;

– необходимо в письменном виде отработать то, что мы собираемся сказать в момент конфронтации, а также практиковать заранее не защитные ответы и реакции – необходимо перестать чувствовать, что ответственность за негативные события детства лежит на нас.

Последний пункт имеет решающее значение: если вы все еще несете груз ответственности за ваши детские травмы, конфронтация будет преждевременной. Невозможно предъявить родителям претензии по поводу событий, относительно которых вы сами не уверены, на ком должна быть ответственность.

Как только вы почувствуете себя относительно уверенным в себе и в состоянии выполнить предыдущие четыре требования, момент для конфронтации наступил. Не медлите. Ожидание конфронтации всегда труднее, чем сама конфронтация».

Чего ждать

«Скорее всего, конфронтация не приведет к тому, что ваши родители внимательно вас выслушают и отреагируют словами: “Это правда, я вел себя ужасно по отношению к тебе”, извинятся или спросят, что они могут сделать, чтобы выправить ситуацию. Именно негативную реакцию и стоит ожидать.

Вероятнее всего, они воспримут ваши слова как предательскую персональную атаку и вновь прибегнут к тем тактикам и психзащитам, которые применяли всегда, но с еще большей силой. Но в конфронтации важна реакция не родителей, а ваша. Если вы будете способны выдержать злобу, угрозы, обвинения со стороны родителей, вы узнаете сладкий вкус победы. Вы должны считать результат конфронтации позитивным уже по факту того, что нашли в себе мужество, чтобы пойти на нее».

По мнению психолога Натальи Рачковской, конфронтация – это что-то вроде инициации, часть процесса взросления. В здоровом варианте каждый из нас должен пройти этап конфронтации в 13–16 лет – тот самый «подростковый бунт». Если родители позволяют ему быть, то происходит еще один этап сепарации. Но токсичным родителям выгодно, чтобы вы оставались психологическим ребенком, поэтому процесс конфронтации подавляется тем или иным способом. Вступая в конфронтацию, будучи взрослым, вы как бы даете сами себе второй шанс на сепарацию.

…Завершая большую главу про горевание, скажу несколько слов о том, как можно облегчить свое состояние:

– с помощью психотерапевта, психолога. Есть самые разные варианты терапии: индивидуальные, групповые, сообщества типа «Взрослые дети алкоголиков» и т. д.;

– если вас накрывает депрессия, активизировались психосоматика, панические атаки, вы плохо спите, вас неудержимо тянет к алкоголю и прочим способам «забыться», не стесняйтесь сказать об этом своему психотерапевту или сходить к неврологу, психиатру. Вам могут выписать антидепрессанты и прочие препараты, которые минимизируют тягостные симптомы. Если вы боитесь обращаться к психиатру, думая, что вас обязательно поставят на учет и «залечат», посмотрите бесплатный вебинар психолога Натальи Рачковской и психиатра Любови Володиной «Мифы о психиатрии»;

– если ваши страдания непереносимы, проконсультируйтесь насчет курса терапии EMDR (десенсибилизация и переработка травм движением глаз). Это сравнительно новый, но подтвержденный эффективный способ снизить остроту травматических переживаний. Приятный бонус метода: облегчение наступает уже после первых сеансов, которые относительно недороги, и их требуется немного;

– углубляйте свои знания по психологии. По-моему, это хорошее подспорье в том, чтобы становиться все более и более осознанным. Во-первых, вы получаете инструменты, чтобы вдумчивее анализировать себя – а без самопознания трудно представить выращивание в себе здоровой личности.

Во-вторых, когда вы начинаете разбираться в мотивах поведения людей, вы уже перестаете приписывать им то, что привыкли и хотели бы видеть. Все реже вы прибегаете к рационализации, отрицанию. Это помогает вам выбирать для общения хороших людей и быть начеку с проблемными.

В-третьих, вы учитесь видеть в их агрессии не нападки на вас, а их собственный невроз. Например, когда вас недобро критикуют, вы уже не думаете о себе плохо, как раньше, а предполагаете в критиках зависть, проекции и так далее. Постепенно сторонние мнения – особенно негативные – будут для вас не больше, чем лаем Моськи. Сначала они перестанут вас расстраивать, затем вы практически перестанете их замечать, а это совершенно новая свобода жить без оглядки на других. Обещаю: вы ее оцените!

«Если вы найдете в себе мужество и силы выполнить всю эту работу, вы сумеете вызволить их рук ваших родителей бóльшую часть власти, которая по праву принадлежит вам как взрослым, и достоинства, присущего вам как человеческим существам. Однако эта работа потребует заплатить эмоциональную цену. Когда вы разрушите свои психические защиты, вы обнажите в себе переживания ярости, тревоги, боли, сомнения и особенно горя. Разрушение имиджа родителей, который сопровождал вас всю жизнь, может мобилизовать в вас интенсивные переживания утраты и оставленности.

Если в процессе работы вы встретились с чем-то, что заставляет вас чувствовать себя неудобно, не торопитесь, посвятите этой теме необходимое время. Важна не скорость, а прогресс», – пишет Сьюзен Форвард.