Загрузка...
Книга: СМЕРШ идет по следу. Спасти Сталина!
Назад: 18
Дальше: Глава четвертая

19

Начало января 1944 года. Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер проводит очередное совещание.

За длинным столом для заседаний сидят: сам Гиммлер (во главе стола), начальник Главного управления имперской безопасности обергруппенфюрер СС Эрнст Кальтенбруннер, начальник VI Управления, бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг и его подчиненные Генрих Грейфе и Отто Скорцени.

– Господа! – начал Гиммлер. – Все вы знаете, что положение на фронтах, как на Западном, так и особенно на Восточном, для нашей армии пока не самое лучшее. Необходима небольшая передышка для того, чтобы наши доблестные войска пришли в себя, перегруппировались и начали новое наступление. Как это, к примеру, происходит сейчас в Арденнах. Но наступление только на Западном фронте фюрера не устраивает. Он ежедневно требует, чтобы были предприняты наступательные действия и на Востоке. Необходимо положить конец русским победам. А для этого нам нужен один, хотя бы один маленький успех в логове врага – в Москве. Кальтенбруннер и Шелленберг постоянно докладывают мне о готовящейся операции «Возмездие». Но мне хочется знать, когда же все-таки я доложу фюреру о том, что операция «Возмездие» началась? Что вы на это скажете, Шелленберг? На бумаге у вас все получается здорово.

– Рейхсфюрер! Операция «Возмездие» вступила в решающую фазу подготовки. Но для того чтобы завершить эту фазу, нам необходимо получить ваше согласие, – Шелленберг замолчал и вопросительно посмотрел на рейхсфюрера.

– Я вас слушаю, Шелленберг. Я очень внимательно вас слушаю.

Шелленберг обвел взглядом всех присутствующих, раскрыл лежавшую перед ним кожаную папку со свастикой и поднял глаза на Гиммлера. Тот молча кивнул.

Шелленберг начал докладывать, иногда опуская глаза, чтобы прочитать необходимые данные.

– Итак, рейхсфюрер. Для проведения операции «Возмездие» нами определены два агента – русские военнопленные, прошедшие основательную подготовку в школах и курсах германских спецорганов, как абвера, так и СС. Это – Петр Таврин и Лидия Бобрик, личные дела которых у вас имеются.

Гиммлер утвердительно кивнул и начал вертеть на пальце левой руки перстень со змеиной головой, что говорило о его волнении.

– Наши специалисты разработали специальное оружие для покушения на Сталина, не имеющее аналогов в мире, – продолжал Шелленберг. – Сейчас готовятся образцы различных советских документов, штампов, печатей на все случаи жизни – всевозможные служебные удостоверения, паспорта, трудовые книжки, командировочные предписания, отпускные билеты, денежные и продовольственные аттестаты, шоферские права, дипломы вузов и техникумов. Всего в количестве более пятисот. Это необходимо для того, чтобы Таврин имел возможность снабжать необходимыми документами своих помощников. Кроме того, готовятся образцы трофейного обмундирования и предметов фронтового обихода. Таврину шьют общевойсковую форму майора Красной Армии, к которой будут прикреплены Золотая Звезда Героя Советского Союза и высшие боевые ордена русских.

– Не боитесь переусердствовать с наградами? – поднял голову Гиммлер.

– Никак нет, рейхсфюрер! Ордена самые настоящие, подлинные. Они принадлежали взятому нами в плен и погибшему в Заксенхаузене русскому генералу Шепетову.

Гиммлер кивает и начинает грызть ноготь большого пальца.

– К тому же для документального прикрытия этих наград наши специалисты сфабриковали орденские книжки и даже специально отпечатали в единственном экземпляре номера газет «Правда» и «Известия», где в списках награжденных Указом Президиума Верховного Совета СССР значится сначала капитан, а затем и майор Таврин. Там же помещены и его фотографии.

Гиммлер перестал грызть ноготь и удовлетворенно кивнул головой, снял пенсне и начал протирать линзы.

– Надежные документы приготовлены и для его напарницы, радистки Лидии Бобрик. Она по документам теперь – Лидия Шилова, младший лейтенант административной службы, секретарь Особого отдела дивизии. Она будет снабжена портативным радиопередатчиком и соответствующими шифровальными блокнотами.

– Почему Особого отдела? – удивленно спросил Гиммлер, надевая пенсне на переносицу.

– Чтобы свести к минимуму неизбежные расспросы и проверки Таврина на советской территории, мы определили ему должность заместителя начальника отдела контрразведки СМЕРШ 39-й армии 1-го Прибалтийского фронта. Таким образом, мы выдадим обоим (и Таврину, и Шиловой) командировочные предписания о том, что они следуют по срочному вызову в Москву, в Главное управление контрразведки СМЕРШ Наркомата обороны. Для беспрепятственного же проезда из района приземления в Москву Таврин получит особый конверт со всеми внешними атрибутами пакета государственной важности, якобы исходящий из штаба 1-го Прибалтийского фронта. Но и это еще не все. Самые лучшие наши граверы в срочном порядке изготавливают для Таврина более ста двадцати печатей и штампов военных, партийных, государственных учреждений, ручные прессы с объемными штемпелями Московской экспедиции, полевой почты и даже… факсимиле Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Прошу вашего разрешения, рейхсфюрер, выдать Таврину для успешного проведения операции из запасников рейха пятьсот тысяч рублей.

Шелленберг замолчал и посмотрел на Гиммлера. Тот что-то помечал на листе бумаги, лежавшем перед ним на столе.

– Хорошо, я распоряжусь, – ответил Гиммлер, перестав писать и немного подумав. – А как вы собираетесь доставить диверсантов в тыл к русским?

– Я дал задание изготовить специальный четырехмоторный бомбардировщик типа «Арадо-332», – взял слово Кальтенбруннер. – Он имеет самое современное навигационное оборудование, хорошо вооружен для борьбы с истребителями и может совершить посадку на весьма ограниченной по размерам площадке.

– В салоне будет установлен мощный мотоцикл с коляской советского производства М-72, способный везти приличный груз со скоростью сто двадцать километров в час, – поддержал своего непосредственного шефа Шелленберг. – В самолет должен быть вмонтирован специальный трап, по которому Таврин с Шиловой могут съехать на землю после приземления самолета. Приземление планируется где-то в лесах Смоленской или Калининской областей. Для точного определения места посадки мы направим специальный десант. А для большей безопасности полета необходим очень опытный летный экипаж.

Гиммлер снова что-то пишет, а потом поднимает голову, единым взглядом охватывая всех присутствующих.

– Хорошо, я переговорю с Герингом. Он даст лучших летчиков люфтваффе. А как Таврину удастся пробраться в Кремль? Документов простого смершевца для этого явно недостаточно.

– Так точно, рейхсфюрер, недостаточно, – согласился Шелленберг. – Но мы предусмотрели и это. По ведомству Гелена проходит агент 438, внедренный в секретариат Государственного Комитета Обороны. Агент проверенный. Он-то и должен достать для Таврина гостевой билет на торжественное заседание 7 ноября 1944 года. Там Таврин должен незаметно оставить портфель со взрывным устройством и взорвать его по радиосигналу после того, как сам покинет зал заседания.

– Когда планируется начало операции?

– В сентябре.

– Ну что ж, господа. С нами бог и фюрер! Действуйте!

На подготовку Таврина и в целом операции «Возмездие» ведомство Гиммлера истратило около двух миллионов марок, огромную по тем временам сумму (например, строительство одного танка «Тигр» обходилось в сто тысяч марок). И, разумеется, здесь уже действовал принцип: пан или пропал. Слишком мало времени оставалось у гитлеровцев, чтобы готовить нового человека и новую операцию.

Назад: 18
Дальше: Глава четвертая

Загрузка...