Загрузка...
Книга: От Клубка до Праздничного марша (сборник) сиос-2
Назад: Самая первая осень на свете
Дальше: Про одну из двух перчаток

Карта, упавшая со стены

Что географическим картам место на стене — этого кто ж не знает? Спросите просто кого угодно: у Вас где географическая карта висит? И послушайте, что он скажет. Географическая Карта, скажет он, у меня на стене висит — где ж ей ещё-то быть? И даже удивится вашему вопросу.

Другое дело — глобус. Глобус обычно на столе стоит, но на то у него и подставка. И потом, его вертеть надо, чтобы какую-нибудь страну найти. А у карт подставок никаких не бывает: их надо кнопками к стене прикнопливать. Или ещё чем-нибудь — смотря какая карта. И вертеть карту не надо: можно спокойно стоять у стены и смотреть — и всё прекрасно видно.

Карта, Упавшая со Стены, сначала тоже была кнопками прикноплена: висела себе — и горя никто не знал. Подойдут к ней — страну какую-нибудь найти — благодать: все страны перед глазами! Выбирай — не хочу. При этом каждая страна своим цветом раскрашена: чтобы ничего ни с чем не путать. В географии это, кстати, очень важно: ничего ни с чем не путать. Потому как самое последнее дело — направиться в Америку, а оказаться в какой-нибудь Индии, что, кстати, со многими путешественниками случается! Вот с Колумбом, например, случилось: искал Индию — нашёл Америку. Ну и был потом всю жизнь собой недоволен. Другим даже приходилось его всё время утешать: не грустите, дескать, дорогой Вы наш Колумб, Америка тоже как-никак страна — здорово, что Вы её открыли! Хотя без Индии всё равно какое-то время тяжко было — пока и её не открыли. Без Америки, кстати, все легко обходились, а по Индии скучали! Оно и понятно: как же без Индии-то? Захочешь, например, индийского чаю выпить, а где его взять? Придёшь в гости, попросишь чашечку индийского чая со слоном — и услышишь в ответ: «Вы что, с ума сошли совсем? Где мы Вам индийского чаю со слоном возьмём, когда Индия ещё не открыта?» Ну и отправляешься восвояси несолоно хлебавши… Потом-то Индию, слава Богу, открыли — и чаю со слоном стало хоть упейся!

Всё это Карте, Упавшей со Стены, было, конечно, известно, только со стены она тем не менее упала: висела, висела и вдруг — бух! Упала…

Ей все и говорят:

— Вы чего упали-то? Как теперь Вами пользоваться?

А она в ответ:

— Как хотите, так и пользуйтесь, мне безразлично. У меня голова закружилась.

Тогда все ей опять говорят:

— Какая голова, когда у Вас и головы-то никакой нет?

Тут Карта, Упавшая со Стены, очень обиделась и сказала:

— Голова у всех есть, если присмотреться!..

Тогда к карте присмотрелись — и увидели, что голова у неё, конечно, есть… просто плохо видна.

— А отчего у Вас голова, которая просто плохо видна, закружилась? — спрашивают.

— Оттого, — говорит она, — что люди мира не могут жить в мире — и без конца воюют: то в одном полушарии, то в другом… И меня всё время перекраивают, то есть все государства на мне переставляют. Только я привыкну к тому, где у меня государства расположены, люди ррраз — и проводят границу в каком-нибудь совсем неожиданном месте! И от этого у меня полушарие за полушарие заходит. А когда полушарие за полушарие заходит, голова кружиться начинает — непонятно разве?

— Понятно, — отвечают ей. — Но что же нам-то теперь делать… где, то есть, искать разные страны, когда Вы на полу валяетесь — и все страны перемешались?

— Ооох, где хотите, там и ищите!

И опять стала на полу лежать.

Пришлось начинать по полу ползать и страны собирать.

— Вот у меня тут Польша нашлась! — кричат.

— Да какая же это Польша, — говорят в ответ, — когда это Монголия? Вы разве не видите, что она у Вас сиреневого цвета, между тем как Польша — жёлтая и в три раза меньше? И потом Монголия по форме напоминает облако, а Польша — поляну… непростительно такие вещи путать!

Или кричат опять:

— Я Россию нашел!

…показывают же не Россию, а Мадагаскар!

И все, конечно, в ответ громко смеяться начинают: как же можно Россию от Мадагаскара не отличать? Во-первых, Россия сроду веку зелёная, а Мадагаскар — оранжевый! Во-вторых, Россия на севере, а Мадагаскар на юге. В-третьих, Россия чуть ли не полполушария занимает, в то время как Мадагаскар маленький совсем… И потом, в России по-русски говорят, а на Мадагаскаре — по-ма-да-га-скар-ски: этого даже и не произнесёшь: по-ма-да-га-скар-ски!

В общем, сплошные недоразумения…

Но даже после, когда с названиями стран разобрались уже, легче не стало: никак теперь страны друг с другом сложить не могли! То одну страну к другой приложат, то другую страну — к третьей… ну, не соединяются, хоть плачь!

Пришлось даже детей вызывать.

— Вы, — спрашивают их, — в паззлы умеете играть?

— Конечно, умеем, — они отвечают, — на то мы и дети!

— Тогда вот что, дети… тут у нас паззлы есть — с разными странами. Сложите их опять друг с другом на карте, а то всё перепуталось, и в мире ориентироваться никак теперь невозможно!

— Да нам это проще простого, — смеются дети, — мы ещё и не такие паззлы складываем!

И сложили, значит, за одну секунду всё на карте.

Тут взрослые поблагодарили детей от всей души и осторожненько повесили карту опять на стену — где она и была. Только уж на сей раз как следует её там закрепили — такими специальными гвоздиками со шляпками. И потом спрашивают Карту, Упавшую со Стены:

— Хорошо так?

А Карта им и отвечает:

— Хорошо-то оно, конечно, хорошо… только, если вы и дальше воевать между собой собираетесь, то я скорее всего опять на пол упаду: зайдёт полушарие за полушарие — и… упаду.

— Да Вы что! — говорят ей. — Мы ни в жизнь больше друг друга пальцем не тронем! И всё оружие выбросим в открытое море — только Вы уж не падайте больше… А то как же мы страны-то разные искать будем?

— Ну ладно, — отвечает она, — только вы уж давайте тогда помните, что мне сказали — и не воюйте.

И принялась с новой силой висеть на стене.

И висит до сих пор. Подойдут к ней — страну какую-нибудь найти — благодать: все страны перед глазами! Выбирай — не хочу. Правда, все давно забыли о своем обещании и опять начали воевать. Так что, видимо, скоро у географической карты снова полушарие за полушарие зайдёт — и она упадёт со стены…

А тогда уж все страны совсем перепутаются — и никакие дети не помогут!

Назад: Самая первая осень на свете
Дальше: Про одну из двух перчаток

Загрузка...