Загрузка...
Книга: Тень сбитого лайнера
Назад: Глава 15. Первый день на новом месте
Дальше: Глава 17. Сплошной кошмар

Глава 16

Ссора

Затягивая кронштейн крепления трубопровода, Тарас с силой надавил на ключ. Рука, перепачканная маслом, неожиданно соскользнула, и он ударился костяшками пальцев о какой-то болт. Ключ со звоном полетел вниз.

Супруненко зажмурился и с силой втянул воздух через стиснутые зубы. Когда боль успокоилась, он слизнул кровь с разбитых пальцев и сплюнул прямо в трансмиссию. Бордовая слюна сразу испарилась на горячем выхлопном коллекторе.

Послышалась возня. Огромная машина слегка качнулась. О броню лязгнул автомат. Тарас приподнял голову и увидел, что на бронетранспортер карабкался Тит.

«Принесла нелегкая», – беззлобно подумал Супруненко, а вслух спросил:

– Выдвигаемся?

– Через десять минут, – ответил Тит и присел у люка на корточки. – У тебя все готово?

– У нас, – поправил его Тарас.

– Что? – не понял Тит.

– Танк, боевая машина пехоты и бронетранспортер есть оружие коллективное. Бой на нем ведет экипаж, который должен действовать как единый отлаженный механизм. Поэтому надо говорить «у нас», – объяснил Тарас. – Случись что с двигателем в бою, ты на меня все свалишь, а я, между прочим, не водитель.

Подполковника Супруненко поставили на должность сержанта, командиром отделения. Тит был заместителем командира взвода.

В той армии, в которой оказался Тарас, удивляться было нечему. Вместо танков и бронетранспортеров в войска поставляли автобусы и машины, к которым наспех приваривали листы железа. Бронежилеты, каски, боеприпасы, даже автоматы покупали за свой счет родители и волонтеры. В качестве средств связи в звене батальон – рота использовали детские радиостанции и сотовые телефоны, если позволяла сеть. Одним словом, потешное войско.

– Учитель выискался! – Тит беззлобно вздохнул и утер лоб.

– Я не учу. – Тарас попытался разглядеть ключ, лежащий где-то на дне трансмиссии. – Это тебе на будущее. Ты же собираешься жизнь войне посвятить, да?

– Пока последнего москаля из Крыма ногами вперед не вынесут, буду воевать, – подтвердил Тит. – Скажут на Москву идти, пойду.

– Поэтому мотай на ус, пока я живой. – Тарас встал. – Будешь своих подчиненных воспитывать в духе коллективизма. Один за всех, и все за одного.

– Зачем? – Тит тоже поднялся с корточек.

– Стоит, например, в бою наводчику вовремя не поразить гранатометчика. Тот выстрелит первым, и хана всем, – стал объяснять Тарас. – Командир приказал не туда свернуть, заблудились, попали в плен. Механик не проверил масло в трансмиссии или, как сейчас, не устранил течь топлива, двигатель встал. Кстати, а где он сам?

– Сидорук? – зачем-то переспросил Тит и огляделся. – Так вон же они!

Но Тарас и сам уже увидел бойцов, беззаботно валявшихся на траве в тени берез. Почти все спали, побросав оружие и сняв куртки, которые подложили под себя.

– Хорошенькое дельце! – возмутился Тарас. – Мне, конечно, не тяжело настраивать радиостанцию, ремонтировать движок и заниматься вместо наводчика пристрелкой пулеметов, но почему люди, ответственные за это, даже не соизволят подойти и посмотреть, как все это делается? Что будет, если меня убьют?

– Ребята устали. – Тит отвел взгляд в сторону.

Но Тарас знал, что он попросту их боится. Добровольческий батальон походил на вооруженную бандитскую группировку. Взаимоотношения здесь были похожими, основанными на авторитете и силе. Ум, смекалка и знания особо не поощрялись. Напротив, они лишь мешали, как, например, в случае с Супруненко.

Когда все спали, ему приходилось заниматься ремонтом бронетранспортеров, пристреливать снайперскую винтовку, помогать командиру рисовать схему опорного пункта для штаба бригады. Там так и не могли разобраться, на каком фланге занял оборону батальон «Правого сектора», прибывший для усиления. Он был собран со всей Украины из разрозненных групп боевиков, в течение нескольких дней прошел период боевого слаживания и был брошен в зону АТО.

Тарас в сердцах махнул рукой и опустил радиаторы. Говорить что-то было бесполезно и даже опасно. Бойцы устали и озлобились. Нервы у всех на пределе. Любой конфликт может закончиться плачевно. Не факт, что кто-то в горячке сразу схватится за автомат. Можно дождаться боя и случайно выстрелить в спину. Правда, батальон «Правого сектора», как и национальная гвардия, практически не участвовал в прямых боестолкновениях, но это же не будет продолжаться вечно.

С шипением где-то вверху пронеслись реактивные снаряды. Тарас определил, что бил дивизион «БМ‑21», вернее, то, что от него осталось. Накануне они попали под обстрел ополченцев, и большая часть машин была выведена из строя. Кроме этого, где-то в тылу застряли еще две. Они просто сломались.

Неожиданно на тропинке появился рослый военный с погонами майора.

Он остановился у бронетранспортера, посмотрел на Тита и спросил:

– Где твой умелец?

– Который?

– Тот, что у москалей служил.

– Зачем он тебе?

– У меня один БТР греется. – Майор ладонью прикрыл глаза от солнца, взглянул на Супруненко. – Это не он?

– Да хоть бы я! – Тарас выпрямился. – Только давай сам как-нибудь со своим металлоломом разбирайся! Мне и тут машин хватает.

Майор побагровел.

– Жить надоело?

– Не пугай. – Тарас взял ключ, лежащий на броне, и стал закручивать болты крышки трансмиссии. – Днем раньше, днем позже!.. Я смерти давно перестал бояться.

На тропинке появился солдат.

– Товарищ майор! Вас полковник вызывает!

Майор зло плюнул себе под ноги, поплелся за солдатом, неожиданно встал, обернулся и заявил:

– Ты еще пожалеешь!

– О чем? – Тарас насмешливо посмотрел на него.

– Узнаешь, – заверил майор, круто развернулся и направился прочь.

– Достали уже, – проворчал Супруненко.

– Они вчера двух солдат поймали и расстреляли, – сказал Тит. – Говорят, что дезертиры.

– Мы тоже не святые. – Тарас вконец расстроился.

Он вспомнил, как два дня назад их бронетранспортер двигался за пехотной ротой и периодически подгонял очередями из пулемета солдат-срочников, отстающих от боевой линии.

– Титов! – раздался голос командира.

Тит с Тарасом развернулись.

Гончарук высунулся в окно автобуса. В нем почти не осталось стекол, которые заменили фанерой и картоном.

– Что случилось, командир?! – нарочито громко спросил Тит.

– Выезжай на дорогу и шуруй вперед. Я следом поеду. Хлопцы сзади на машине пристроятся.

– Понял!

С того момента как Гончарук забрал из морга и передал родственникам тело брата, его словно подменили. Он практически постоянно был выпившим, молчал, о чем-то напряженно размышлял.

Тит развернулся в сторону взвода, расположившегося на отдых, сложил рупором ладони и крикнул:

– Хватит булки парить! Подъем!

Первым нехотя поднял заспанную голову Шуфрич и что-то недовольно проворчал.

– Назар! – заметив эти движения, окликнул его Тит. – Буди всех, уезжаем.

Бойцы заворочались. Кто-то сел, кто-то потянулся.

– Живее! – торопил их Климко.

Тит и Тарас уселись на броне, свесили ноги в люки.

– Ты бы на свое штатное место запрыгнул, – осторожно посоветовал Супруненко.

– Зачем? – испуганно спросил Тит и схватил шлемофон, лежавший рядом. – Мне так лучше видно.

Тарас знал, что Тит страдает клаустрофобией и в замкнутом пространстве начинает паниковать.

Ломая мелкий кустарник, бронетранспортер выкатился на шоссе и повернул в сторону города, над которым еще клубился дым.

– Ты смотри! – Тит во все глаза уставился на остов обгоревшего танка, рядом с которым лежала башня, сорванная взрывом. – Это же надо!

Тарас отвернулся.

Бронетранспортер неуклюже объехал две воронки, за которыми валялись бетонные блоки и рваные мешки с песком. Повсюду блестели стреляные гильзы, валялись обрывки бинтов, пустые консервные банки.

За блокпостом, украшенным украинским флагом, начиналась улица, образованная частными домами. Хотя то, что осталось от них, можно было назвать руинами. Ни людей, ни животных. Дым и вонь разложившейся плоти.

Тит склонился над люком водителя.

– Стой!

Тарас заметил, что при этом Тит надавил на переключатель гарнитуры, зло выругался про себя. Начальник так и не привык пользоваться радиостанцией и внутренним переговорным устройством.

«И как ты Крым собираешься у России отбирать?» – подумал он и спрыгнул на землю.

Следом встала и вся небольшая колонна. Боевики высыпали на дорогу.

– Наша левая сторона! – выкрикнул Гончарук. – Правая – гвардейцев.

Бойцы, испуганно озираясь, перетекли через дорогу и двинули к ближайшим домам.

Рядом с Тарасом шел Тит.

– Это первый город, в который я вхожу, – рыская по сторонам взглядом, сказал он. – Только, по-моему, здесь уже никого нет. Одни трупы.

– Десантура постаралась, – сказал Лелик, тащивший на плече пулемет. – Молодцы!

Сзади раздался гул. Тарас оглянулся. Бронетранспортер гвардейцев, облепленный бойцами, круто повернул к первому дому по своей стороне и встал. Парни посыпались с него на землю. В начале улицы показалась вторая машина. Это был «КамАЗ», обвешанный листами железа, мешками с песком. На крыше кабины стоял пулемет.

– Не сделали они второй БТР, – констатировал Тит. – Сейчас майор лютовать будет.

Назад: Глава 15. Первый день на новом месте
Дальше: Глава 17. Сплошной кошмар

Загрузка...