Ранним утром Карл фон Штайн встретил Кастеллу на парковке LKA.

— Кто рано встаёт… — бодро начал прокурор.

— Пусть сам и встаёт. Я с работы.

Она едва держалась на ногах. Ночь ушла на протоколы и согласования с Бранденбургом: дом Дрекслеров, укрытие Тани возле Нойруппина, работа криминалистов. Из больницы наконец сообщили, что состояние ван Бойтен удалось стабилизировать. Врачи рассчитывали на полное восстановление.

— Ну что наш новенький? Оправдал доверие?

Через час прокурор собирался докладывать сенатору по внутренним делам о раскрытии двух самых громких дел последних недель.

— Мне уже причуды Юлиуса Керна милее, — сказала Кастелла, открывая машину. — Сегодня ради Безхерца пришлось ещё и актрисой побыть. Не спрашивайте.

— Не стану. Кто раскрыл дело, тот прав. Передайте привет.

— Сами передайте. Я беру несколько выходных.

— Заслужили. Поедете куда-нибудь с мужем?

Кастелла села и на секунду закрыла глаза.

— Сейчас я живу в гостинице.

— Не знал. Поссорились?

Он хорошо знал их с Паоло. Несколько раз ужинали вместе.

— По его мнению, я слишком много работаю. И он прав. Рано или поздно нужно будет сбавить темп. Только пусть это останется между нами.

— Разумеется. Сначала выспитесь. Потом поезжайте к Паоло, откройте хорошее сицилийское вино. Разговор пойдёт легче. Чем-нибудь ещё помочь?

Кастелла завела двигатель.

— Да. Если сегодня или завтра найдут загадочный труп, звоните другому. При любой степени загадочности.

Фон Штайн улыбнулся. Она закрыла дверь, выехала с парковки и оставила LKA позади. Хотя бы на несколько дней.

Отправить