В комнате для допросов было душно. Впрочем, жарой тянуло по всему этажу. Юдит Бер сидела напротив Яна Биттриха. Кастелла стояла у двери.

— Как вы это объясните, господин Биттрих? — Бер положила перед ним его статью.

— Легко вам спрашивать. Вы представляете, сколько я за день пишу и читаю? — Он отпил воды, совершенно не чувствуя себя загнанным в угол. — Я не вылизываю каждую фразу и не перечитываю её по сто раз. Занимаюсь этим много лет, каждый день. Набрал текст, прочёл. Если всё нормально — в печать.

Бер снова взяла газету и прочитала вслух:

— Кроме того, серийный убийца, чья личность до сих пор не установлена, впервые не обездвижил жертву электрошокером перед казнью.

В разговор вступила Даниэла Кастелла.

— Об электрошокере знали только в LKA и прокуратуре. И сам преступник.

— Вы забыли жертв, — усмехнулся Биттрих, но тут же посерьёзнел. — Послушайте, я ничего не знаю об электрошокере. Каждую строчку из каждой статьи я помнить не могу. Но если эти сведения были мне недоступны, значит, я ими не располагал.

Бер такой ответ не устроил.

— Мы ищем человека, который отлично знает Берлин, выбирает жертв по газетным публикациям и извлекает из убийств какую-то выгоду. На сколько процентов за последнюю неделю вырос тираж Fadenkreuz?

Биттрих нарочито усмехнулся, отодвинул стул и откинулся на спинку.

— Понимаю, вы в отчаянии. Но более идиотского довода я давно не слышал. От роста тиража богатеет издатель, а не я. Да и в Берлине хватает событий, чтобы каждый день заполнять Fadenkreuz. Нам пока не приходится самим устраивать то, о чём мы пишем.

— Откуда вы знали об электрошокере? — повторила Кастелла.

До Биттриха начало доходить, насколько серьёзно его подозревают. Уже больше недели всё LKA гонялось за человеком, которого никак не удавалось поймать. Следов становилось больше, сведения накапливались. Казалось, до Джека можно дотянуться рукой — и тем труднее было объяснить, почему он всё ещё на свободе.

— Ладно. Я хочу кое-что проверить. Можно позвонить?

Бер кивнула. Биттрих набрал редакцию Fadenkreuz и коротко переговорил с коллегой. Через несколько минут на его телефон пришло письмо, пересланное из папки «Исходящие» на рабочем компьютере. Биттрих открыл вложение и с довольным видом показал экран.

— Что это? — спросила Бер.

— Статья. В том виде, в каком я её отправил.

Они быстро нашли абзац, где убийство Кая Юрека сравнивалось с предыдущими преступлениями Джека.

— Этой фразы нет, — сказала Кастелла.

— Хорошо, господин Биттрих, — голос Бер стал спокойнее. — Допустим, её написали не вы. Как она попала в статью?

— Обычным путём. Я отправил текст в корректуру. Оттуда он пошёл на вёрстку. Доступ к нему был у нескольких человек. Я ведь не коды запуска ядерных ракет рассылаю. Но спрашивать надо о другом.

— Он прав, — сказала Кастелла. — Вопрос в том, зачем кому-то понадобилось вставлять эту фразу.

И она же первой произнесла то, о чём уже подумали Бер и Биттрих:

— Он хочет, чтобы мы его нашли.

Бер молча кивнула. Биттрих добавил: — Он — или она.

Обе женщины посмотрели на него с удивлением.

— Я отправил статью женщине. На редактуру.

Кастелла взглянула на Бер. Та сразу достала телефон, нажала кнопку быстрого набора и повернулась к Биттриху. Он уже мысленно составлял заголовок для следующего номера Fadenkreuz.

— Имя и адрес.

Отправить