Пятница (первая неделя)

 

Когда Томас пришёл на работу, Мария Нильсен снова сидела в приёмной. Она нерешительно подняла руку в знак приветствия, словно стеснялась, что опять его беспокоит. Не говоря ни слова, показала маленький чёрный телефон.

Томас подошёл.

— Здравствуйте, Мария. Что это у вас?

— Телефон Маркуса. После вашего ухода я стала искать ноутбук, перевернула весь дом. Не нашла, зато обнаружила телефон в щели между кроватью и стеной. Наверное, в субботу он выпал из кармана, когда Маркус лежал на кровати и играл.

— Вы уверены, что телефон принадлежал ему?

— Да, я его узнаю. Это точно его.

Томас взвесил аппарат на ладони. Хорошая новость.

— Поднимемся наверх и поговорим.

Как и в первый раз, он проводил её к лифтам, и они поднялись на второй этаж. В кабинете Томас нажал кнопку разблокировки.

— Батарея почти разрядилась, но я её зарядила, — сказала Мария.

Он открыл список последних вызовов. В последний день жизни Маркус звонил дважды: на номер «Дом» и «Аманде». Томас продолжил просматривать приложения и нашёл заметку: «Диссоциативное поведение, подавленные эмоции, воспоминания о травматических событиях».

Он протянул телефон Марии, чтобы та увидела экран.

— Понимаете, что это значит?

— Боюсь, нет. Похоже на психологические термины. Может, связано с учёбой?

Томас перешёл к календарю и просмотрел последние недели жизни Маркуса. Взял блокнот и записал несколько деталей.

Маркус отмечал лекции по психологии; под разными датами значились и имена. Сначала Ян-Эрик Фределль, затем Роберт Кронвалль, потом Бу Кауфман. Кроме того, в одиннадцать часов в четверг перед смертью он собирался посетить аптеку «Апотек Бекасинен».

— Эти имена вам о чём-нибудь говорят? — спросил Томас, показывая Марии блокнот.

— Нет.

— Совершенно уверены?

— Да. Но я могу спросить мужа и Давида. Думаете, это важно?

В её глазах читалась мольба: она хотела услышать, что он обнаружил нечто решающее.

Стоило ли говорить правду?

Скорее всего, имена ничего не значили: друзья или преподаватели в университете. По-прежнему ничто не ставило под сомнение самоубийство Маркуса.

— Не знаю, Мария. Но обещаю всё проверить.

Мария открыла рот, словно хотела продолжить, но, по-видимому, передумала. Поднялась, и Томас проводил её.

Возвращаясь к себе, он заглянул к Карин Эк.

Как всегда, на её столе царил безупречный порядок; даже карандаши были свежезаточенными. Семейные фотографии стояли в одинаковых серебряных рамках. Карин выглядела очень занятой: не отрывала глаз от монитора, а пальцы летали по клавиатуре.

Томас деликатно кашлянул, привлекая внимание, и протянул листок с именами из телефона Маркуса.

— Можешь проверить этих людей? Узнай всё, что получится, и поищи возможные связи с Маркусом Нильсеном.

Он ещё раз посмотрел на имена, но яснее не стало. По-прежнему было непонятно, куда исчез ноутбук Маркуса, а слова Давида Нильсена не выходили из головы: Маркус везде носил ноутбук с собой.

Отправить