Лицо Маргит было белым как мел.

— Мы прошли, — прошептала она.

По лбу и спине Томаса текла солёная вода. Он понял, что промок насквозь — от холодного пота и дождя.

— Я думала, мы пойдём ко дну, — выдохнула Маргит за его спиной.

— Я тоже.

В последнюю секунду волна разбилась. Не понимая до конца, как это произошло, они оказались по другую сторону водяной стены, а не были поглощены ею.

Спаслись чудом.

Томас прибавил ход. Теперь их прикрывал Хасселькоббен, до Корсё оставалось недалеко. Они приближались к входу в Сандхамн, и, проходя пролив, Томас не обращал внимания на ограничение в пять узлов. Вдоль берега горело мало огней, но «Сеглархотеллет», как всегда, сиял. Знакомый вид почему-то успокоил. Большой мир, который некоторое время состоял лишь из тёмной ледяной воды, всё ещё существовал.

Мимо промелькнула заправочная станция, слева показался Круксё. У восточного входа в Сандхамн стоял небольшой зелёно-белый маяк. Едва миновав его, Томас повернул штурвал и взял курс на пролив Корсё.

Теперь он различал тусклое сияние фонарей на причале. Они помогали, но совсем немного. Дождевые потоки на лобовом стекле мешали видеть, глаза болели от постоянного напряжения: приходилось отличать сушу от моря.

За пятнадцать ярдов до причала Томас резко сбросил ход. Пока волны не успели подхватить корпус, направил катер к внутренней стороне длинного бетонного пирса, чтобы ослабить воздействие ветра.

Там уже стоял «Бейлайнер» — той же модели, что лодка Мелинов.

Анника была на острове.

Когда они сошли на берег, было почти семь вечера и сгущались сумерки. Томас остановился.

— Посмотри.

На белом песке едва виднелись следы.

— Должно быть, Кронвалль и Мелин, — тяжело дыша, сказала Маргит.

Томас подошёл ближе. Похоже, вдоль берега действительно прошли двое — один за другим.

Ветер выл в кронах, и Томасу приходилось кричать, чтобы его услышали. Он попытался оценить ситуацию. За широким берегом плотной тёмной стеной стоял сосновый лес; сквозь него ничего не было видно, а дождь ещё сильнее ухудшал обзор. Томас много раз бывал на острове, но сейчас место казалось совершенно чужим.

Анника Мелин могла находиться где угодно.

— Идём дальше, — крикнул он. — Но осторожно!

Через несколько сотен ярдов они вышли на небольшую открытую площадь бывшего военного городка. Томас остановился у массивного железного якоря, вмурованного в землю. Повсюду было темно, все двери плотно закрыты. По водостокам ближайших зданий с шумом стекала вода, высокие клёны над головой скрипели и качались.

— За мной.

Он двинулся по узкой тропе к домику, которым морская полиция пользовалась для ночлега. За годы службы Томас часто там спал.

И вдруг понял.

Моющее средство. Мытьё.

Он подал знак Маргит и прокричал ей в ухо:

— Кажется, знаю, где они. В сауне у берега. Нужно возвращаться.

С лица Маргит стекала дождевая вода.

— Быстрее!

Не теряя времени, Томас повернул назад, и через несколько минут они были на месте. Маргит коснулась его плеча и указала вперёд.

— Кажется, там свет.

Из одного окна сочилось слабое сияние. Волны яростно били о скалы, верхушки деревьев стонали под напором бури.

Томас проверил пистолет.

— Пошли!

Пригнувшись против ветра, он побежал к свету. Маргит следовала вплотную и на ходу достала оружие.

У двери они остановились. Ничто не двигалось; только полоска света говорила, что внутри кто-то был.

Маргит сняла пистолет с предохранителя, а Томас толкнул дверь. Навстречу хлынул влажный воздух. Луч фонаря скользнул по комнате: прикреплённые к стенам деревянные скамьи, крючки для одежды, решётчатые настилы на полу. Стояла жуткая тишина.

— Кого-нибудь видишь? — прошептала Маргит.

— Нет.

Томас приложил палец к губам и подошёл к двери, ведущей в душевую. Свет шёл оттуда.

Он взялся за ручку.

На счёт «три», — одними губами показал Томас. Маргит кивнула.

Он открыл дверь.

Несколько люминесцентных ламп под потолком были разбиты, поэтому свет оставался тусклым.

Посреди пола лежало тело. Обнажённый мужчина лет пятидесяти.

Отправить