Среда (вторая неделя)

 

Торговый центр Фарсты заметно обновили, — подумал Томас, паркуя машину. Сонный комплекс к югу от города вырос и теперь предлагал гораздо больше магазинов.

Он захлопнул дверь и подождал, пока Маргит выйдет с пассажирской стороны. Было без двадцати одиннадцать.

Аптека «Апотек Бекасинен» располагалась в дальнем конце центра. Когда они вошли, у стойки было много людей; Томас заметил, что желающий получить рецепт оказался бы пятнадцатым в очереди. Несколько пожилых клиентов терпеливо сидели и ждали, а мужчина в плаще сердито смотрел на только что взятый талон, словно силой раздражения мог ускорить обслуживание.

Томас подошёл к высокой женщине в белом халате за информационной стойкой. На бейдже значилось: Анника Мелин.

Она одарила его безличной улыбкой, наверняка ожидая вопроса о лекарстве или о том, где лежат таблетки фтора. По её виду было ясно: такие вопросы ей задавали десятками каждый день.

Томас показал удостоверение.

— Томас Андреассон, полиция Накки. Мы хотели бы задать заведующему несколько вопросов.

Улыбка сменилась настороженностью. Томас всегда говорил успокаивающе, пытаясь смягчить эффект от полицейского удостоверения; реакция Анники была обычной.

— О чём речь?

— Предпочёл бы поговорить с заведующим.

— Это я.

Маргит шагнула вперёд.

— Всего несколько вопросов, много времени не займёт.

Анника по-прежнему сомневалась.

— Можно на пару минут пройти туда, где никто не будет слушать? — предложил Томас.

Она махнула рукой.

— Поговорим в комнате отдыха.

Томас заметил под расстёгнутым белым халатом свободную блузу для беременных. Наверное, пятый или шестой месяц.

Прошлой ночью он долго лежал, положив ладонь на живот Перниллы, и пытался представить крошечную жизнь внутри. Чудо — другого слова не было.

— Когда вам рожать? — спросил он.

— Ещё нескоро. После Рождества.

Анника отперла дверь и провела их в комнату отдыха. Работала кофеварка, рядом стоял уютный диван с зелёной обивкой, такого же цвета, как логотип аптеки. На столе лежала стопка медицинских журналов.

— Кофе?

Томас покачал головой, Маргит кивнула.

— Пожалуйста.

Пока Анника наливала две чашки, Томас сел на диван. Дождался, когда она присоединится.

— Мы расследуем убийство и хотим узнать, приходил ли в эту аптеку за последние две недели мужчина по имени Маркус Нильсен.

— Маркус Нильсен?

— Вот фотография, — сказала Маргит, передавая снимок. — Ему было двадцать два, студент-психолог. В его телефоне была запись о встрече, назначенной здесь незадолго до смерти.

— Я не… То есть сюда каждый день приходят десятки и десятки людей. — Анника отпила кофе и поставила чашку.

— Понимаю, людей много, но он всё-таки выделялся: волосы были окрашены в чёрный, — ободряюще сказала Маргит.

Анника отбросила чёлку и осторожно коснулась пластыря на лбу.

— Простите, не знаю, чем помочь.

— Мы пытаемся выяснить, почему название аптеки было в телефоне, — настаивал Томас.

Анника снова отпила.

— Когда я была беременна, запах кофе был невыносим, — сказала Маргит. — Единственное время в жизни, когда я от него отказалась.

Томас, видевший бесчисленные чашки, которые обычно поглощала Маргит, мог это подтвердить. Она была воплощением газетного клише о полицейском, круглые сутки пьющем невыносимое пойло.

— У меня пока никаких проблем.

— Счастливая, — сказала Маргит с улыбкой.

Анника посмотрела на часы.

— Это надолго?

Томас покачал головой.

— Хотим показать ещё несколько фотографий.

Маргит разложила снимки Яна-Эрика Фределля, Роберта Кронвалля и Бу Кауфмана.

— Вы не знаете, приходил ли сюда кто-нибудь из них? Незадолго до смерти Маркуса Нильсена они тоже с ним общались.

Когда фотографии оказались рядом, Томас заметил, насколько по-разному выглядят трое мужчин.

По Фределлю сразу видно болезнь: седой, истощённый. Бу Кауфман — измождённый, с опухшим лицом, смотрит прямо в камеру и напоминает персонажа американского плаката «Разыскивается».

А Роберт Кронвалль выглядел крепким и здоровым.

Маргит указала на Фределля.

— Этот мужчина умер в прошлую субботу, вскоре после разговора с Маркусом Нильсеном. Мы выясняем, была ли между ними связь.

Анника изучила снимки; на лице читалось скорее недоумение.

— Значит, вы думаете, этот Маркус Нильсен приходил сюда? Но зачем?

— Именно это мы и пытаемся понять, — ответила Маргит.

— Понимаю, трудно вспомнить одного человека, — вмешался Томас. — Может быть, покажете фотографии коллегам и попросите связаться с нами, если кто-то что-нибудь припомнит?

Анника снова посмотрела на часы. Взяв снимок Маркуса, она заговорила с лёгким раздражением:

— Я спрошу. Простите, но мне действительно пора возвращаться к работе.

— Хорошо, — сказала Маргит. — Больше не задерживаем. Пожалуйста, сообщите, если кто-нибудь узнает Нильсена.

Анника встала, провела рукой по животу и кивнула.

Отправить