Глава 8. «Прекрасный невроз» и манипуляции сознанием
Еще раз про любовь

Странно, до какой степени пищеварительные органы властвуют над нашим рассудком. Мы не можем думать, мы не можем работать, если наш желудок не хочет этого. Он управляет всеми нашими страстями и переживаниями. После грудинки с яйцами он говорит: работай; после бифштекса и портера: спи; а после чашки чая (две ложки на каждую чашку, настаивать не больше трех минут) он повелевает мозгу: теперь поднимайся и покажи, на что ты способен.

После горячих пышек он говорит: будь туп и бездушен, как скотина в поле, будь безмозглым животным с равнодушным взором, в котором не светится ни жизнь, ни воображение, ни надежда, ни страх, ни любовь. А после бренди, употребленного в должном количестве, он повелевает: теперь дури, смейся и пляши, чтобы смеялись твои ближние; болтай чепуху, издавай бессмысленные звуки; покажи, каким беспомощным пентюхом становится несчастное существо, ум и воля которого потоплены, как котята, в нескольких глотках алкоголя…

Перед ужином мы с Джорджем и Гаррисом были сварливы, раздражительны и дурно настроены; после ужина мы сидели и широко улыбались друг другу, мы улыбались даже нашей собаке. Мы любили друг друга; мы любили всех.

Джером К. Джером. Трое в лодке, не считая собаки

Как я уже говорил, нельзя смешивать идеальную функцию – мысль или чувство – и соответствующий им процесс в мозге. Но, повторяю, они неразрывно связаны. А из этого следует, что, воздействуя на процесс, можно воздействовать на функцию. Разберем это на примере любви – многократно воспетого чувства, возникающего между мужчиной и женщиной. Это, по крайней мере, эстетичнее, чем исследовать психофизиологические последствия ненависти или несварения желудка.

В нормальных условиях любовь возникает в сфере идеального и в этой же сфере развивается, хотя испокон веков люди знали о приворотных зельях, которые могли ее стимулировать. Механизм действия некоторых из этих зелий понятен и даже описан в научной литературе. Тем не менее при некоторых физиологических особенностях организма любовь не возникнет никогда. Например, при серьезных расстройствах гормональной системы. С другой стороны, направленное воздействие на определенные структуры или механизмы мозга может ее уничтожить или возродить.

С профессиональной точки зрения любовь – это невроз. Восхитительный, но невроз. Налицо все клинические признаки, в первую очередь неспособность объективно оценивать свое и чужое состояние, а также сам предмет страсти. («Чтобы понять красоту Лейлы, надо смотреть на нее глазами Меджнуна», – писал Фирдоуси.) Но если это заболевание, то, значит, его можно успешно лечить? А можно и спровоцировать?

Ситуация несчастной любви описана, наверное, миллионы раз – от древнегреческих трагедий до современных мелодрам. Герой или злодей любит женщину, а она его нет. Начинается борьба за нее, и, если предусмотрен хэппи-энд, то герой добивается женщины, а злодей – нет. Разумеется, злодей – понятие относительное, он может быть даже симпатичным, но по закону жанра обязан остаться на бобах. А что делать в реальной жизни, когда взаимности добиться не удается? Если даже счастливая и взаимная любовь подпадает под определение невроза, то тем более – безответная страсть. Ты хочешь Таню, а она любит Ваню. И хоть кол на голове теши, думает о нем, а на тебя не смотрит. Если отвергнутый не хочет с этим смириться, он ищет радикальные пути воздействия. Например, в Средние века, да и позднее, было популярно физическое уничтожение соперника. Иногда это давало нужный эффект, но бывало и так, что барышня уходила в монастырь или утешалась как-то иначе.

А нельзя ли как-нибудь понадежнее, попроще, без уголовщины? В те же самые Средние века люди отправлялись к ведьме или колдуну за приворотным зельем или заговором на любовь. Говорят, многим помогало. Мы, люди образованные, в колдовство и привороты не верим. Однако невротик, измученный проявлениями болезни, хватается и за соломинку, иначе не процветали бы современные колдуны, «с гарантией» возвращающие любимых и устраняющие соперников. Что интересно, это и в наше время иногда помогает не хуже, чем в Средневековье. Это не сказки, не шарлатанство, а интуитивное понимание того, как работает мозг человека. Еще в 1974 году в солидной научной монографии «Нейрофизиологические аспекты психической деятельности» Н.П. Бехтерева дала объяснение механизмов работы приворотных и отворотных зелий.

Любовь и ненависть, презрение или восхищение соответствуют конкретным изменениям в работе нейронов. Но нельзя сказать, что любовь – это и есть перестройка работы мозга или, как говорят ученые, появление определенного паттерна (рисунка) нейронной активности. Любовь – это великое чувство в сфере идеального, которое сопровождается неотъемлемыми изменениями в мозге. Здесь ключевое слово – «неотъемлемые». Это означает, что любовь может вызвать изменение состояния: вы подумали о Ней – и сразу кровь прилила к лицу. Но и обратное верно: изменение состояния может вызвать охлаждение или разогрев чувств. Выпил рюмочку коньячку – и страстно возжелал Ее. Но не остановился на одной рюмке – и к концу второй бутылки уже не можешь вспомнить, как Ее зовут.

Как возникают эмоции? В мозге выделяются определенные вещества, которые, собственно, и являются материальными носителями эмоций. Это так называемые эндорфины, эндогенные (произведенные в организме) аналоги морфина. Морфин продуцирует положительные эмоции, потому что похож на эти самые эндогенные вещества. Но в организме они синтезируются в небольших (физиологических) количествах. А морфин мы вводим в немалых дозах. Поэтому если при естественной эмоции нормальный человек, как правило, не теряет голову, то при инъекции морфина он не справится с эйфорией. Это сильнейшее воздействие. Однако кроме морфина есть и другие вещества, модулирующие процессы в мозге и организме человека. Есть, например, так называемые афродизиаки – вещества, стимулирующие половое влечение.

Теперь представьте себе, что некая народная целительница дала женщине порошок. Та подмешала его в питье предмету своего вожделения. (Во имя политкорректности сразу уточним, что женщина и мужчина в подобных историях могут меняться ролями.) Неожиданно этот человек ощущает себя сексуальным гигантом (действие афродизиака) и при этом запредельно счастлив (действие вещества, вызывающего положительные эмоции). Это еще не любовь, но женщину, с которой он пережил подобное, он запомнит (рис. 45). Скорее всего, колдуны и ведьмы, а также целители и маги эмпирически нашли пути направленного воздействия на процессы в мозге. Это звучит очень научно, хотя на самом деле несложно. Тот же самый алкоголь меняет поведение человека. Вспомните рассуждения Джерома К. Джерома: «После рюмки бренди возникает одно настроение, после стакана пива – другое».

Направленное изменение поведения в чистом виде!

Рассмотрим вопрос с теоретической точки зрения. Как же все-таки происходят приворот и отворот? Каков механизм и каким, следовательно, должен быть оптимальный порядок действий?

Даже такие чувства, как любовь или нелюбовь, можно вызывать искусственно.

Рис. 45. Механизм действия приворотных и отворотных зелий

Много лет назад в одном ленинградском институте, где лечили тяжелейшее заболевание (болезнь Паркинсона) с помощью введенных в мозг электродов, ученые заметили, что при положительных эмоциях происходило понижение одного из физиологических показателей в некоторых областях мозга, а при отрицательных – повышение. И наоборот: воздействие на электроды с лечебной целью попутно приводило к изменениям в настроении человека.

Оказалось, что в определенных областях мозга, ответственных за организацию эмоций, все время протекают разнонаправленные процессы. Условно говоря, повышение так называемого уровня постоянного потенциала связано с отрицательными эмоциями, а понижение – с положительными. Если в одной точке потенциал пошел наверх, то в другой он опускается. В норме разбалансирование этих процессов невелико – так, легкая веселость или легкая грусть. Сильные эмоции – сильная разбалансированность. При неврозе, образно говоря, колебания зашкаливают. В норме мозг так устроен, что сильное изменение постоянного потенциала в одной области вызывает компенсаторное (обратное по знаку) изменение в другой. Действительно, после большой радости бывает немного грустно, невесты плачут от радости, а на поминках иногда возникает даже некая веселость.

…Это была одна из первых больных, которую лечили новым методом. Больная тяжелейшая, годами прикованная к постели. После операции женщина-врач начала лечебные электрические стимуляции. Они чудодейственно помогали: уже через две недели больная бегала по коридорам клиники, помогала медсестрам и санитаркам. Электрические стимуляции давали ей прилив сил, положительные эмоции. Но случайно, поскольку тогда еще многого не знали, замкнулась связь, – и пациентка перенесла эти положительные изменения на человека, который делал лечебные процедуры. Возникла эмоциональная привязанность к доктору. Сейчас эту опасность – возникновение нежелательных эмоций – хорошо знают и с подобными осложнениями легко справляются именно потому, что поняли, чем был вызван первый случай.

Итак, я люблю его девушку, а она любит его. Что делать? Шаг первый: разрушить их любовь. Известная история (как все подобные истории, очевидно, приукрашенная) иллюстрирует метод. В одном провинциальном городке жили она и он, любили друг друга страстной любовью и хотели пожениться. И было им по четырнадцать лет. Грубые и жестокие родители совершенно беспочвенно препятствовали их счастью. Влюбленные были культурными, знали о Ромео и Джульетте и тоже решили вместе умереть, так как ждать до восемнадцати лет и соединиться «глубокими стариками» было нереально. Они пошли к аптекарю и, объяснив ситуацию, попросили яд посильнее. Аптекарь дал им препарат, подчеркнув, что для полноты эффекта необходимо закрыться в комнате и выбросить ключи в окно… Яд оказался сильнейшим слабительным, и когда влюбленных через четыре часа освободили, они сидели спиной друг к другу в разных углах комнаты. Больше их друг к другу не тянуло. «Яд» убил любовь.

Собственно, это и есть отворот: перед тем как она идет к нему, надо дать ей вещество, вызывающее неприятные эмоции. Через два-три раза она с удивлением обнаружит, что он совсем не так симпатичен. Более того, от него у нее портится настроение… И тут вы делаете следующий шаг: приглашаете ее вместе посмотреть телевизор, выпить чаю или просто пойти погулять. Даете ей другое зелье, которое резко улучшает настроение и, возможно, вызывает приятные сексуальные эмоции. Вы не ведете себя агрессивно, вы просто нежны, никаких нескромных намеков. И она с удивлением замечает, как ей с вами хорошо. Два-три вечера – и она ваша. Это будет настоящая, хотя и не вечная любовь. Не вечная потому, что на самом деле она может не переносить ваш храп, запах или ваши отвратительные привычки, и через какое-то время они подействуют как аналог того же отворотного зелья. Но, так или иначе, задание выполнено: в данный момент она ваша.

Самое сложное в этом методе – «отбить» девушку. Если сразу начать с приворотного зелья, то она побежит за усилением эффекта к сегодняшнему любимому. Есть другая опасность: вы дали приворот, но вас позвали к телефону, а она вдруг «запала» на официанта, бармена или вашего приятеля. Придется все начинать сначала. Вспомните историю о Тристане и Изольде: король не поехал за невестой сам, отправил Тристана, и тот оказался рядом с ней, когда по ошибке был выпит «напиток любви»; вот и не принесла королю счастья женитьба.

В принципе, ничего необычного здесь нет. Известно, например, что если девушку слегка подпоить, то отношения выстраиваются легче. Механизм такой же: небольшая доза алкоголя вызывает положительные эмоции, ей с вами становится легко и приятно. Алкоголь снижает запреты так же, как приятная музыка и легкий вкусный обед или ужин. Любое ухаживание в конечном итоге сводится к желанию выглядеть лучше и доставить партнеру удовольствие. Кстати, способы ухаживания тоже зависят от страны и морали. Где-то я читал, что на одном из тихоокеанских островов «ухаживательная» записка выглядит приблизительно так (в приглаженном виде): «Приходи ко мне в рощу, и там я сделаю так, что ты будешь визжать, как поросенок, которого режут».

Различие в том, что алкоголь – это мягкое и ненавязчивое влияние, а наше гипотетическое зелье – лом, против которого нет приема. А приема «против» действительно нет. Потому что это прямое воздействие на мозг, можно сказать, вызывание невроза в эксперименте. Какая бы сильная воля у вас ни была, вы не перетерпите расстройства желудка, вызванного слабительным. Как ни один разведчик не сможет сохранить секрет, будучи накачанным психотропными веществами.

Однако не торопитесь бежать в аптеку. Во-первых, если вы накачаете ее слабительным, а не фирменным отворотом (которого в аптеках не продают), то не совсем уж глупая барышня легко свяжет боль в животе именно с вами. Во-вторых, от лошадиной дозы афродизиака она, может быть, и прыгнет на вас прямо в ресторане, но утром-то проснется и все поймет. В обоих случаях о любовных мечтаниях можете забыть. Потому я и рассказываю об этом, не ожидая, что сексуальная ситуация в стране резко переменится.

Все, что было описано выше, – не что иное, как манипуляция сознанием, и это всегда страшно. В нацистской Германии доктор Геббельс, располагая только радио и газетами, за короткий срок изменил сознание целой страны. Он сделал это, играя на низменных инстинктах оскорбленной нации, умело используя основные законы природы. В частности, закон неубывания энтропии (18), который в вольном изложении гласит, что если пустить все на самотек, то беспорядок увеличивается. Получить высшее образование существенно сложнее, чем стать шпаной. Легко убедить человека, что он лучше кого-то. Легко убедить его в том, что его нация самая лучшая.

Можно манипулировать сознанием с помощью искусственного создания массовых помешательств. Толпа может поднять на щит слух, да так, что никто не будет сомневаться: таких случаев было много. Известны процессы салемских ведьм (19). Город вдруг обезумел, начались расправы над женщинами, которых объявляли ведьмами. И это все происходило не в каком-нибудь далеком Средневековье! А наши, «советские», слухи – помню, как люди вдруг начинали массово скупать спички, или соль, или еще что-нибудь. Возникал импульс, и толпа слепо ему следовала. А если при этом еще выкатить «портвейна бадью», то легко можно инспирировать бунт.

Вообще психология толпы существенно отличается от психологии индивидуума. Потрясающую сцену мне довелось наблюдать собственными глазами в Экваториальной Африке, где сезонно происходят миграции животных. Они съедают всю траву в одном месте и перемещаются в другое, а через несколько месяцев возвращаются обратно. И вот на их пути река с крокодилами, по которой плывут полусъеденные туши антилоп и зебр. Животные хорошо знают об этой опасности и часами стоят перед переправой, боятся. Но вдруг одна антилопа кидается в реку – и за ней все стадо.

Это стадное поведение. А люди? В этом смысле они мало чем отличаются от животных. Женщина, одетая под пенсионерку-учительницу, хватает за руку непричастного человека и начинает кричать, что он залез в ее сумку и пытался украсть пенсию. Она очень положительно выглядит, поэтому тут же появляются свидетели, которые «сами все видели». Это известный феномен. Описано, что при демонстрации чудес на площади многие действительно видят чудо. Убедить в чем-нибудь толпу значительно легче, чем одного человека. Хорошо известен тест на конформность: на доске проводят две линии одной длины. В аудитории 20 человек, из которых 19 подготовлены и, выходя, говорят, что верхняя линия короче. Когда спрашивают 20-го тестируемого, он почти наверняка утверждает то же самое.

Очень трудно идти против толпы даже психологически, но существенно страшнее, если манипуляция сознанием проводится с использованием физических или химических методов воздействия. Мозг чрезвычайно устойчив – он ведь обеспечивает долгую жизнь. Именно из-за устойчивости так трудно на него воздействовать. Он «старается» остаться самим собой и сопротивляется любому воздействию до последнего. Но жажда повелевать подобна инстинкту. Она часто сильнее полового инстинкта и чувства самосохранения. Человек хочет властвовать, но добиться власти трудно.

Естественно, возникает мысль: а нельзя ли подчинить другого человека, воздействуя на него так, чтобы он этого не замечал, воздействуя прямо на мозг? Первое, что приходит в голову, – гипноз, индивидуальный и коллективный. Человек, введенный в состояние гипноза, практически безволен и оказывается во власти гипнотизера. Его можно заставить делать почти все. «Почти» – в этом и кроется большая проблема. Вы не можете заставить его перейти через некоторые базовые для него принципы. Например, известно, что если приказать девушке, воспитанной в викторианских правилах, раздеться в зале, то она приказа не выполнит. У нее будет нервный срыв, и она выйдет из гипноза. Конечно, есть обходные пути: можно внушить ей, что она одна в ванной комнате. Но принцип таков, что даже под гипнозом человек остается индивидуальностью, и полной власти над ним нет. Гипноз как средство манипуляции сознанием трудоемок и нетехнологичен. Гипнотизеров мало. Если вы хотите воздействовать на одного человека, то гипноз может помочь, но не решит проблему кардинально. Есть упомянутые ограничения, и почти все, что мы видели о гипнотизерах в фильмах, – большая натяжка.

Так можно ли воздействовать прямо на мозг? Да, можно. Приворотные и отворотные зелья – тому пример. Мозг – часть тела. Процессы в мозге неразрывно связаны с мышлением. Естественно, что, влияя на эти процессы, мы влияем на мышление. Здесь нет ничего странного или непонятного, это было известно всегда. «Наркомовские сто грамм» имели прямое назначение – успокоить и стимулировать солдат. Сделать человека смелее, бесшабашнее, снять ограничения.

Физические и химические средства могут по-разному воздействовать на мозг. Иногда это используется при лечении, иногда – при управлении.

Первый пример. К нам поступил больной, у которого после травмы были практически уничтожены области Брока и Вернике, то есть те области, которые отвечают за понимание и произнесение речи. Он находился в таком состоянии уже более года. Искренне пытался понять речь, но не получалось. При просьбе врача поднести палец к носу (так называемая пальценосовая проба на координацию) он, застенчиво улыбаясь, пробовал потрогать пальцем разные участки лица и тела. Догадывался, что от него чего-то хотят, но не понимал, что именно. В нашем отделении ему были имплантированы долгосрочные электроды в участки, расположенные рядом с уничтоженными, провели стимуляцию. Отключили электроды, и в этот момент я пошутил над молодым врачом. Неожиданно больной засмеялся. Я удивленно спросил: «Вы что, поняли?» Он скорее прохрипел, чем сказал (мышцы губ еще отказывались правильно артикулировать): «Да».

Позже мы проанализировали, почему восстановилась речь. Долго обучали его правильно артикулировать. Но уже в течение тридцати лет этот больной вполне сносно говорит. При регистрации нейронной активности мы увидели образование практически нового аналога области Брока. Таким образом, мы целенаправленно воздействовали на мозг и изменили его функцию (рис. 46). (Замечу еще раз – это было лечение.)

Другой пример лечения. Существует такое заболевание – СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности), которым страдают несколько процентов мальчиков и гораздо меньше девочек. Оно выражается в том, что человек не в состоянии фиксировать внимание на чем-то более двух-трех минут. Мальчик сидит на уроке, смотрит, слушает учителя и вдруг отвлекается на про-

Рис. 46. Лечение афазий методом электростимуляции – целенаправленное формирование новой области Брока

летающую мимо ворону, забывая, о чем говорилось за минуту до того. Дергает соседку за косу, вертится, получает бесконечные замечания. А он не виноват: у него, как показали исследования, в процессе взросления не развилась мозговая система обеспечения внимания. С возрастом она может развиться, иначе человек попадает в группу риска (правонарушения, наркомания). Кстати, считается, что этим заболеванием страдал Петр Первый, именно этим можно объяснить его импульсивность.

Эту болезнь пытаются лечить с помощью специальных успокаивающих лекарств, но с СДВГ связана одна очень большая проблема: именно эти лекарства и неправильная диагностика. Дело в том, что ребенок должен шалить. С помощью шалости он познает мир и определяет свое место в мире. Определяет, как он может манипулировать папой и мамой, где пределы разрешенного. Он узнает, что трогать чайник нужно с опаской, и многое-многое другое. Отнимите у него инициативу (с помощью лекарств), и что мы получим в результате?

Итак, шалят все дети, но ребенок с СДВГ отличается от них тем, что не может остановиться. Теперь представьте себе класс, где 30 учеников, и все шалят, одни больше, другие меньше. Причем чаще перспективные дети шалят больше – хотя бы потому, что они изобретательнее. У большинства учителей возникает желание не работать с непослушными, а объявить их больными. В нашем институте два научных коллектива работают с «непослушными» детьми, и нет числа родителям, которые просят меня проверить, не больны ли их дети СДВГ. В подавляющем большинстве дети оказываются здоровыми. Мы даже придумали термин острая ременная недостаточность. Но если бы не точная диагностика, их могли бы «посадить» на лекарства. Вот пример уже опасной, хотя и лечебной модификации поведения.

И это вместо того, чтобы пользоваться абсолютно безопасным лечением, разработанным в лаборатории профессора, лауреата Государственной премии СССР Ю.Д. Кропотова. Под его руководством с помощью метода биологической обратной связи стимулируется недоразвитая система обеспечения внимания. Эта система характеризуется наличием особого паттерна (рисунка) в ЭЭГ. Ребенок смотрит телевизор, и, пока паттерн есть, мультик в фокусе; как только паттерн исчезает, фокус теряется. В течение нескольких сеансов ребенок приучается контролировать себя (рис. 47). Описанное в прямом виде представляет собой модификацию поведения, сделанную во благо.

Рис. 47. Коррекция расстройства внимания у детей с СДВГ методом биологической обратной связи

Определенные частоты вызывают симуляцию определенных систем мозга и выброс веществ, модифицирующих поведение и эмоции. Простейший пример – музыка. Если вы ее любите, то вспомните, как меняется ваше настроение в концертном зале. Сравните настроение при прослушивании Моцарта и Вагнера. Ваши чувства, когда вы слушаете эпиталаму и Седьмую «Ленинградскую» симфонию Шостаковича. Почему? Да потому, что сочетания частот вызывают определенные эмоции, стимулируя химические процессы. Военные марши имеют очень большое значение для поднятия духа войск именно потому, что тоже являются прямым воздействием на мозг (рис. 48).

Определенные ритмы вызывают выброс в мозг определенных химических веществ, оказывающих влияние на поведение человека. Можно написать музыку, заставляющую человека испытывать заданные эмоции, например, желание рваться в бой.

Рис. 48. Пример модификации работы мозговой системы с помощью звуковых частот

Я считаю опасность манипуляции поведением вполне реальной. Как ее распознать? Как узнать, что идет разработка методов управления поведением? Здесь важно вовремя распознать манипулятора. Во-первых, это секретность в исследовании мозга. Почти всегда это признак подобных работ. Во-вторых, резкое изменение поведения умного человека: если он вдруг начинает делать глупости, это означает либо психическое расстройство, либо манипуляцию.

Опять-таки, будьте бдительны!

Назад: Глава 7. Софт и хард Интерфейс между материальным и идеальным

Дальше: Глава 9. Легко ли быть гением Мифы о сверхвозможностях мозга

Глава 8. «Прекрасный невроз» и манипуляции сознанием Еще раз про любовь

Глава 8. «Прекрасный невроз» и манипуляции сознанием
Еще раз про любовь