Три часа спустя

 

Три часа спустя после того, как взгляд Софи встретился со взглядом Пирло, она всё ещё толком не понимает, что происходит. Зато успела понять другое: сейчас это и неважно. Пирло вошёл в раж. В таком состоянии возможно всё. Точнее: всё уже происходит. Сейчас. Здесь. И с размахом.

Место, где всё это происходит, вообще-то не имеет значения. По крайней мере, можно было бы так подумать. Но Софи слишком хорошо знает Пирло. Она уже догадывается, как он всё провернул. Почти пятьдесят человек с мероприятия в Министерстве здравоохранения толпятся у нескольких высоких столиков. Всё это — всего в нескольких минутах ходьбы, в «Постоянном представительстве Рейнланда». Несмотря на дюссельдорфские корни собравшихся, кёльш идёт один за другим. И здесь Мануэль Тиде.

Кто он такой, Пирло шепнул ей во время перерыва. А вот кто та брюнетка, рядом с которой он там появился, упомянуть забыл. Поэтому Софи старается просто не обращать на это внимания. Когда Клеменс Майхофф и без того постоянно маячит вокруг в самых разных ипостасях, возможно, всё это уже не так важно. Или важно. Или нет. Или плевать.

Сейчас здесь, если уж держаться берлинской символики, медведь отплясывает вовсю. Пирло зажигает. Смеётся. Шутит. Он везде и нигде. Наблюдая за ним, Софи не может не радоваться. И одновременно он страшно действует ей на нервы. Иными словами, всё почти как всегда — с той лишь небольшой разницей, что теперь она спрашивает себя, хочет ли ещё раз его поцеловать. Или поцелует. И если да, то когда.

Ясно, что вечно избегать разговора об этом они не смогут. Но столь же ясно и другое: сейчас не время и не место. Вместо этого надо разобраться с последним кусочком пазла из списка их тайных адвокатских расследований для Гробуллы. Если о подоплёке Freebree ещё можно что-то узнать, то именно здесь. И именно у этого человека. Мануэля Тиде.

Одно о нём Софи уже знает. Он любит метт. И побольше.

— А вы разве нет? — спрашивает он, с аппетитом вгрызаясь в очередную булочку.

— Конечно люблю, — отвечает она и поднимает большой палец. — Метт. Супервкусно.

— Вот именно! — радуется он. — Я же говорю!

Софи кивает и улыбается, чувствуя себя примерно такой же глупой, какой, возможно, и выглядит. Она по-прежнему понятия не имеет, как перейти от рубленой сырой свинины к сомнительному финансированию мошеннической коронавирусной аферы.

И снова лёд ломает Пирло. Помогает ему природная непринуждённость. Так, во всяком случае, Софи сформулировала бы, если бы её когда-нибудь спросили о секрете его успеха. А если бы спросил кто-нибудь, кого она знает получше, возможно, ответила бы иначе: магия Пирло основана на том, что ему очень многое совершенно безразлично. На том, что он любит побеждать и готов подчинить победе почти всё. И на том, что в его профессии это удивительно часто срабатывает. Правда, только в ней.

— Господин Тиде! — кричит Пирло, пробираясь к ним с тремя свежими бокалами кёльша и вручая по одному Софи и её собеседнику.

— Думаю, здесь мы вполне можем перейти на «ты». — Тиде дружелюбно протягивает руку. — Мануэль.

— Шикарное имя, — отвечает Пирло, и Софи тут же задумывается, не был ли это каким-то выпадом в её сторону.

Тиде никак не реагирует. Возможно, просто не понял. Кто-то ведь додумался не только сделать музыку погромче, но ещё и сменить медленный, приятно игравший фоном джаз на карнавальные песни. Kölsche Jung. Leev Marie. И так далее.

Пирло выдавливает улыбку.

— Если вернуться к нашему недавнему знакомству: значит, вы тот человек, который решал, какие инициативы в Северном Рейне — Вестфалии получат государственную поддержку.

— Почти верно. — Тиде смеётся так, словно Пирло выдал невероятную шутку. Галстук покачивается. То, что Пирло не принял предложение перейти на «ты», его обладатель виртуозно игнорирует. Политическое будущее у него определённо есть. — Я тот человек, который решает. Настоящее время. Не перфект.

— Как и ваши решения, возможно, не всегда были перфектными, — замечает Пирло.

Он ухмыляется, словно это потрясающая игра слов.

Взгляд Тиде всё-таки темнеет.

— Чтобы сразу внести ясность, — произносит он неожиданно трезво и строго поправляет галстук. — Я знаю, кто вы, господин доктор Пирло. Вы мне тоже известны, госпожа Малер. Можете исходить из того, что я догадываюсь и зачем вы хотите со мной поговорить, и зачем постоянно снабжаете меня свежим пивом. Я позволяю себе маленькое удовольствие делать вид, будто ваша идея, господин доктор Пирло, затащить сюда чуть ли не всех участников town hall младше пятидесяти, которые пришли туда по работе, продиктована исключительно хорошим настроением. Но даже если причина в другом, мне, откровенно говоря, всё равно. Мне нравится это пиво. Нравится метт. И нравится, когда вы оставляете меня в покое. Я человек простой, ситуация простая, и, если решать по-моему, мы сейчас так же просто во всём разберёмся.

Его взгляд переходит от Софи к Пирло и обратно. Софи по-настоящему впечатлена. Тиде уже запросто вдохнул литр-другой пива. Глядя на него, можно подумать, что он вот-вот полезет на стойку и перейдёт на следующий уровень веселья — от карнавала к Майорке. И всё же он держит под контролем не только себя. Но и ситуацию. Это уже ясно. А с точки зрения результата даже радует.

Пирло мгновенно перестраивается.

— Хорошо. — Он кивает Тиде. — Тогда предлагаю не затягивать и выйти на улицу.

Тиде пожимает плечами, а заодно и галстуком.

— По мне — пожалуйста. — Он делает знак официанту, и перед ним появляются ещё три пива. — Но без припасов в дорогу — никуда.

Снаружи Тиде устраивается под уличным обогревателем, опершись на перила над Шпрее. Похоже, сбавлять темп он не намерен.

— Прежде чем вы спросите: нет, никакой коррупции не было.

— Что вы имеете в виду? — спрашивает Пирло.

Тиде долго смотрит на реку.

— Полагаю, вы хотите спросить, что получил мой отдел за решения, которые задним числом оказались спорными.

— Скорее идиотскими, — бурчит Пирло.

Тиде раздражённо закатывает глаза.

— Называйте как хотите. Я лишь не хочу, чтобы появились ложные заголовки. Особенно направленные против моей партии.

— Или, что ещё важнее, против вас лично, — добавляет Софи.

Их новый товарищ по политической связке тонко улыбается.

— Вижу, принцип вы поняли. — Он указывает на пустой стакан. — А пить вы ещё хотите?

Вскоре Софи снова стоит у стойки. Сейчас начнётся самое важное. Но сначала можно принести ещё по пиву. Пирло в туалете. Тиде курит. Софи прокручивает в голове следующие вопросы, когда рядом вдруг появляется длинноволосая голова.

На секунду ей кажется, что Пирло подкрался и тем самым оказался ближе к ней, чем за все последние сорок восемь часов. Лишь когда мужчина заговаривает, Софи понимает, что ошиблась.

— Вы известная адвокат по уголовным делам из Дюссельдорфа.

Вообще-то это не требует комментариев. Но кое-что она всё же может сказать. Хотя бы потому, что это правда.

— Я Софи Малер. Но сейчас у меня нет времени на болтовню.

— Ничего страшного, — отвечает тип с улыбкой. — Мы коллеги. Меня зовут Макс Фабер. А вон тот, справа от вас, — мой партнёр Ули Фишер.

Софи поворачивает голову. Ей машет мужчина с дружелюбным лицом и заметным животиком. Она здоровается. На большее времени нет.

— Мне пора.

— И так было приятно познакомиться, — говорит Фабер сразу за обоих. — Может, ещё представится случай.

— Наверняка, — отвечает Софи просто из вежливости. А может, ещё и потому, что этого Фабера стоит запомнить. Что-то в нём есть.

Хотя прямо сейчас пригодиться он мог бы разве что для одного — заставить Пирло ревновать. Но необходимость в этом, похоже, уже отпала.

На сейчас.

И, вероятно, лет на сто.

Отправить