7 августа 1620 года престарелую мать немецкого астронома Иоганна Кеплера Катарину арестовали по обвинению в ведьмачестве.
В родном городе астронома Вайле-дер-Штадте с 1615 по 1629 год казнили 38 «ведьм». Катарина Кеплер жила вместе с сыном-оловянщиком Кристофом. Ее соседка Урсула Рейнгольд как-то заказала 12 тарелок у Кристофа, осталась недовольна назначенной ценой и начала скандалить. Катарина встала на сторону своего сына, и Рейнгольд ее возненавидела. Вскоре после того, как мать великого астронома напоила ее травяным настоем, злопамятная соседка публично объявила ее виновницей своей болезни…
Мать Кеплера была не первой «ведьмой» в семье: на костре сожгли воспитавшую ее тетку. Это обстоятельство вместе с необщительностью и родом занятий Катарины стало причиной того, что слухи о ее зловещих поступках расползлись по городку мгновенно. Нашелся могильщик, сообщивший, что она просила раскопать могилу своего отца, чтобы оправить его череп в серебро и подарить сыну-астроному в качестве кубка.
К несчастью Катарины, это происшествие не было домыслом: как-то она услышала, что древние народы делали такие подарки на счастье. Всего обвинение насчитывало 40 подобных историй. Едва ли не самое страшное из обвинений заключалось в том, что однажды она сказала соседке, что рая и ада не существует. Жители Леонберга стали видеть в Катарине причину всех своих бед: у одного заболела нога, когда он проходил мимо нее, у другого умерли благословленные ею дети, третий пил приготовленные ею напитки, а потом сломал позвоночник, перепрыгивая канаву.
Летом 1615 года брат Урсулы Рейнгольд Урбан Кройтлин заехал после охоты в Леонберг поужинать. Во время застолья разговор зашел о ведьмах, и когда Кройтлин рассказал, что Катарина «сделала» с его сестрой, пирующие послали за четой Рейнгольдов и матерью астронома. Кройтлин потребовал у Катарины вылечить сестру, а когда та стала протестовать против обвинений, начал угрожать ей саблей. Безобразие остановил присутствовавший в помещении местный судебный чиновник, младший фогт Лютер Эйнгорн, поскольку действия Кройтлина противоречили законам Вюртемберга.
Его мать и один из братьев, Кристоф, по-прежнему проживали там, где прошло детство ученого, а сестра Маргарита, которая была замужем за пастором Георгом Биндером, жила в пяти часах езды от них в Геймадене.
Кристоф и его сестра Маргарита, проживавшая с мужем в Геймадене в пяти часах езды от Леонберга, подали гражданский иск в суд, чтобы наказать издевавшихся над матерью чиновников и опротестовать обвинения в ее адрес. Это было довольно рискованное предприятие, так как их противники пользовались поддержкой властей, а единственный свидетель обвинения младший фогт Эйнгорн был другом Кройтлина и имел личные счеты с Катариной.
К 1615 году придворный математик и астроном Иоганн Кеплер уже несколько лет жил со своей второй женой в Линце. Письмо от сестры Маргариты с известием о том, что его мать обвинили в колдовстве и дело может принять серьезный оборот, дошло до него 29 декабря. Через четыре дня Кеплер отправил полное негодования письмо леонбергским властям с требованием срочно разобраться с мучителями его пожилой матери, однако его оставили без внимания.
Вокруг астронома тогда тоже ходили довольно опасные слухи о том, что он занимается запрещенными искусствами. Еще в 1609 году Кеплер написал рассказ, в котором описывал астрономические явления глазами человека, который находится на Луне. Чтобы до нее добраться, главный герой обратился к своей матери-колдунье, и «перелет» к спутнику Земли ему организовал один из ее приятелей-демонов.
Несмотря на настойчивые требования Кеплеров и членов его семьи, следствие началось только 21 октября 1616 года. Противная сторона уже в конце месяца обнаружила новое свидетельство злобных колдовских деяний матери астронома. Идя по узкой полевой тропинке, она случайно задела девочку, которая вместе с подругами тащила домой кирпичи для обжига. Девочка оказалась дочерью знакомых Урсулы Рейнгольд, и вызванная тяжестью ноши боль в ее руке была объявлена следствием порчи. Младший фогт Эйнгорн, осмотрев руку пострадавшей, обнаружил на ней признаки колдовства.
Обвинительное письмо содержало 49 пунктов, которые говорили о связи Катарины с дьяволом, богохульстве, некромантии и других преступлениях. В течение двух лет были допрошены около 40 свидетелей и составлены сотни страниц протоколов.
Весной 1620 года Кеплер обратился к герцогу Вюртембергскому с просьбой ознакомить его с показаниями свидетелей, прежде чем под пытками допрашивать его мать. Вместо этого герцог приказал ускорить процесс, и в конце июля вышел приказ арестовать «старую ведьму» и подвергнуть ее допросу с пристрастием.
Катарину арестовали в ночь на 7 августа в доме Маргариты. Чтобы не привлекать внимания, старую женщину вынесли из дома в сундуке. На допросах Катарина категорически отрицала все обвинения в колдовстве, связи со злыми духами и порче скота. Находясь в Линце, Кеплер узнавал о происходящем из писем Маргариты и Кристофа. К тому времени до Линца добралась Тридцатилетняя война, и положение императорского астронома стало весьма шатким. Несмотря на то, что его приглашали в Англию и в Прагу, он поехал в Вюртемберг, чтобы участвовать в суде над своей матерью в качестве ее адвоката.
Процесс начался 4 сентября и длился больше года. В вину Катарине ставилось то, что за 40 лет до этого она причащалась у католического священника (княжество было протестантским), ни разу не плакала во время допросов и отводила глаза от свидетелей, а также пользовалась в камере столовым ножом.
Сторона защиты во главе с Кеплером представила свое окончательное заключение 22 августа 1621 года. Их стратегия заключалась в том, чтобыдать рациональное объяснение каждому поставленному в вину Катарине проступку.
Юридический факультет Тюбингенского университета, которому герцог Вюртембергский передал дело на рассмотрение, признал, что собранные улики недостаточны ни для допроса обвиняемой с пристрастием, ни для вынесения оправдательного приговора. Суду было необходимо признание Катарины, которое у нее пытались выбить под угрозой пыток, однако пожилая женщина упорно настаивала на своей невиновности. Поскольку устрашение не сработало, герцог приказал прекратить судебное преследование обвиняемой и выпустить ее на свободу.
Катарина вышла из тюрьмы 4 октября 1621 года. В Леонберг она вернуться больше не могла — местный фогт и семья Рейнгольдов подбивали бюргеров расправиться с 75-летней женщиной с помощью самосуда. Через полгода она умерла в доме дочери в Геймадене».