Глава 16
«ПОНУДИ ВНИТИ»

В евангельской притче о званых на царский пир господин говорит слуге: собери бомжей с улиц и «убеди их войти сюда» (Мф. 22, 9; Лк. 14, 21).

В отличие от русского перевода, латинское слово compellere несет в себе оттенок понуждения.

Греческий оригинал — ′αξαγλαζω,—, в котором нетрудно расслышать знакомый нам всем термин «ананкэ» (судьба, необходимость), — несет в себе привкус активного воздействия.

Иногда в церковно-славянских переводах стояло «понуди внити». Так написано в Послании патриарха Филарета тобольскому архиепископу Киприану 1622 года — «проповедуй слово истины, понуди благовременне и безвременне».

И в послании Синода миссионерам от 18 ноября 1730 г.: «В поменованном повелении: „понуди или убеди внити‟, самое дело силу повеления изъясняет, понеже тамо приточный оный человек велит гостей на вечеру к ceбе созывать, то когда глаголет: „понуди внити‟».

Сюжет притчи и в самом деле полицейски-принудительный.

Некий человек не собирался никуда идти; у него были свои домашние заботы и планы. Но пришли солдаты и потащили его на царско-государственное мероприятие.

Возможно, у него не было праздничной одежды. Но наказание оказалось максимальным и безапелляционным. Ему не было предложено пересесть за дальний стол или просто уйти с пира. Сразу — тюремное заключение с крайне тяжкими условиями (мрак и скрежет зубовный). Причем срок заключения не оговаривается — до конца пира или пожизненно. То есть — каприз царя волен сокрушить любого человека.

Богословский смысл притчи я намеренно оставляю за скобкой. Просто притча предполагает, что такое поведение земного царька первым слушателям этой притчи было столь знакомо и обычно, что не вызывало у них вопросов о правомочиях царя.

В пятом веке блаж. Августин совместил миссионерско-богословский смысл этой притчи с буквальным пониманием ее бытовой одежды. «Вы придерживаетесь мнения, что никого не следует принуждать следовать праведности; и тем не менее вы читаете, что хозяин дома сказал своим слугам: «Кого найдете, всех принуждайте войти» (Письмо 98. К Лаврентию). Также см. его Письмо 173 к пресвитеру Донату (о нем — в главе «Августин: апология насилия»).

С этой поры слова, обращенные Христом к проповедникам, стали считаться призывом не только к ним, но и к полицейским.

Пример крестоносного понимания слов Христа «понуди внити» можно увидеть в письме св. епископа-миссионера Бруно (XI век), в котором он пеняет германскому королю, за то, что тот не туда послал свою армию: «лютичи — язычники, а Бог не внушил тебе мысли — одолеть их славною борьбою за христианство, т. е., согласно велению Евангельскому принудить их войти в церковь (compellere intrare)».

Так всё же заставить или пригласить? Филологически евангельский текст открыт для разных интерпретаций. Толкование зависит от вкуса и заказа читателя.

Какой была практика, видно из судьбы ритора Исокасия.

Вершины своей карьеры Исокасий достиг при императоре Льве I (457–474), став квестором священного дворца (quaestor sacri palatii). В число обязанностей квестора входила разработка новых законов, а также стилистическое оформление императорских указов и ответов на поданные августу прошения (отсюда неофициальное название должности — «уста царя»). В 467 г. квестор был обвинен в «эллинстве», смещен с должности, арестован и сослан в Халкидон. За него вступился другой придворный язычник, врач Иаков, который смог убедить императора Льва, что дело бывшего квестора должен рассматривать сенат. Исокасию было позволено возвратиться в столицу и предстать перед еще недавно возглавляемой им коллегией. С обвиняемого сорвали одежды, ему связали руки, после чего обнаженный старик предстал перед префектом, сенаторами и простыми горожанами, пришедшими поглазеть на унижение бывшего сановника. Но Исокасий был популярен в столице; константинопольцы вырвали его из рук стражи и отвели в расположенную по соседству Великую Церковь, которая, как и прочие христианские храмы, имела статус убежища.

В первый раз Исокасий зашел в христианский храм около 430 года. Он заболел и искал божественной помощи. Для этого он зашел в христианский храм мученицы Феклы (в городке Эги близ Антиохии). Но не для молитвы Христу или Фекле. В середине IV в. колонны, некогда подпиравшие своды эгинского асклепейона, были использованы христианами для украшения одной из городских церквей (Зонара. Изложение истории, XIII.12(63)). Язычники той эпохи полагали, что сила древних богов продолжала жить в руинах их поруганных святилищ. Вот и Исокасий в надежде на то, что целительная сила Асклепия сохранилась в выломанных из его храма колоннах, зашел в христианский храм.

«Чудеса Феклы» говорят, что Исокасий уснул в храме, во сне ему явилась мученица Фекла и подсказала лекарство от его недуга. Комментируя чудесное исцеление, автор «Чудеса» с недоумением отмечал, что, несмотря на помощь святой девы, киликиец остался язычником. Сам же Исокасий, вероятнее всего, был вынужден рассказать эту версию, чтобы отвести от себя подозрения в язычестве.

Спустя 37 лет из христианского храма Исокасий мог выйти, только приняв крещение. Так он и поступил, и был отправлен в отставку в родную Сирию.

С тех пор в Византии, России и Турции публичное принятие преступником государственной веры даровало ему помилование.

Отправить