Глава 14
ГОНИМЫЕ ГОНИТЕЛИ

Среди православных святых есть мученики, которые пострадали именно за то, что мучили других.

В округе Апамеи Сирийской столкновения между язычниками и христианами привели к гибели местного епископа Марцелла. Во время пребывания в Апамее префекта Кинегия епископ Марцелл, угрожая местным жителям сопровождавшими префекта воинами, уничтожил почитаемый горожанами храм Юпитера (Феодорит Киррский. Церковная история, 5, 21).

Созомен продолжает эту историю: после того, как Кинегий покинул Апамею, Марцелл попытался продолжить разрушение местных храмов. «По другим городам язычники всё еще усердно сражались за свои храмы: именно в Аравии — Петрейцы и Акрополитяне, в Палестине — Рафиоты и Газейцы, в Финикии — жители Илиополиса, а в Сирии особенно жители города Апамеи, лежащей при реке Аксиосе. Епископ Маркелл рассудил, что их нельзя удобнее отвратить от прежнего богопочтения, как разрушив бывшие в городе и деревнях храмы. Узнав же, что в Авлоне, местечке страны апанейской, есть у них величайшее капище, он взял несколько воинов и единоборцев и отправился туда. Приблизившись к этому месту, Маркелл остановился на таком расстоянии, чтобы до него не достигали стрелы, ибо был болен ногами и не мог ни сражаться, ни преследовать, ни бежать. Но между тем, как воины и единоборцы заняты были осадою храма, некоторые из язычников, узнав, что епископ остался один, вышли с той стороны местности, которая не была занята сражающимися, и внезапно напав, взяли его, возложили на костер и умертвили" (Церковная История, 7,15).

Примечательно, что, когда родственники убитого епископа попытались добиться суда над его убийцами, члены курии Апамеи не дали ход делу, не без сарказма отметив, что несправедливо мстить за такую кончину, так как Марцелл умер за своего Бога (Созомен. Церковная история, 7, 15).

В православии память св. епископа Маркелла Апомейского — 14 августа н. ст. Это 485 год.

А вот еще одна схожая цепочка событий — и опять же канонизированная прославлением в лике святых главного зачинщика погрома.

В 410 году персидский правитель Йездигерд I разрешил персидским христианам провести свой поместный собор, который собрался в Селевкии. Члены собора сделали следующее заявление: «Мы все единодушно умоляем нашего Милостивого Бога, чтобы Он продлил дни победоносного и знаменитого царя Йездигерда, Царя Царей, и чтобы его годы были продолжены на поколения поколений и на годы годов».

Несколько лет спустя, когда в Константинополь было направлено посольство из Персии, чтобы завершить переговоры о мире, в числе представителей шахиншаха был христианский епископ.

Во все годы правления Йездигерда I поддерживался мир с Византией, что было довольно необычно во взаимоотношениях этих двух стран. «Любил он и римлян и дорожил их дружбой, да едва не сделался и христианином, когда Маруфа, вместе с персидским епископом Авдой… попостившись и помолившись, избавили царского сына от мучившего его демона. Но Исдигерд скончался прежде, чем успел сделаться совершенным христианином». (Сократ Схоластик. Церковная история. VII, 8).

Преследования христиан возобновились в последние годы правления Йездигерда I. Этому способствовали провокационные действия самих христиан. «Был некто епископ Авда, украшавшийся многими видами добродетели. Увлекаясь неблагоразумною ревностью, он разрушил пирей: а пиреями у персов называются храмы огня; огонь же в Персии почитается Богом. Узнав о том от магов, царь послал за Авдою и, в первый раз кротко укорив его за этот поступок, приказывал только выстроить пирей. Но когда Авда стал противоречить и сказал, что он никак не исполнит этого повеления, — тот грозил разрушить все церкви и потом свою угрозу оправдал самым делом, ибо, повелев прежде умертвить того божественного мужа, приказал разрушить церкви. По моему мнению, разрушение пирея сделано было не вовремя, потому что и Божественный Апостол, пришедши в Афины и увидев город, наполненный идолами, не разрушил ни одного из чтимых там требищ, но обличал невежество и раскрывал истину словом. А что разрушивший не построил храма, но решился лучше принять смерть, чем сделать это, — тому я очень удивляюсь, как поступку, достойному венцов, ибо воздвигнуть капище, мне кажется, всё равно, что поклониться огню. Так вот отсюда-то началась буря и воздвигла яростные и свирепые волны против питомцев благочестия. Это треволнение, возбуждаемое магами, будто какими вихрями, не утихло и через тридцать лет» (Феодорит Кирский. Церковная история. V, 39).

Примечательно, что даже в случае таких провокаций персы проводили расследование и судебное разбирательство до того, как вынести смертный приговор.

Авда, а также священники Хашу и Исаак, были приведены на суд шаханшаха, который потребовал восстановить разрушенное. Когда же епископ отказался сделать это, он был выдан воинам, избит шипованными палками и вскоре скончался от ран в своем доме, став первой жертвой новой волны гонений на христиан, когда пострадало множество мучеников.

Интересно, что персидский шах требовал ровно того же, что и римский император Феодосий от разрушителей синагоги: нахулиганили, разрушили чужую святыню — восстановите ее…

Святой мученик Авда Персидский почитается в наших храмах 31 марта.

А вообще Персия, вечный враг Греции и Рима, могла бы стать единой с ними во Христе, если бы святой Авда не решил поднять кампанию про оскорбление своих нежных религиозных чувств, обиженных звуками из соседнего двора.

К сожалению, это даже не было отношениями просто двусторонней ненависти. История взаимных обид была многогранна и многосубъектна.

И вот читаем в церковной богослужебной книге: «Хосрой же персский царь яко десять тем христиан погубив: яко жидовом прекупляющым их от него и погубляющым» («Персидский царь Хозрой погубил около ста тысяч христиан, которых иудеи выкупали у него и убивали»).

Это из Триоди Постной. В нее включены краткие рассказы-проповеди о смысле праздника, которые по церковному уставу надлежит читать в соответствующие дни. В данном случае это синаксарь «Субботы Акафиста», то есть субботы пятой недели Великого Поста».

Википедия поддерживает это сообщение:

«Весной 614 года войска Шахрвараза, полководца Хосрова II, после двадцатидневной осады взяли Иерусалим, разбив один из участков стены камнями из баллист. Персы согнали уцелевших жителей в громадную пустую каменную цистерну для воды и оставили их в тесноте на несколько дней без пищи и питья. Тысячи людей погибли, а многих местные иудеи выкупили и убили, мстя христианам за притеснения имперской администрации. По разным источникам, в городе было убито от 62 до 90 тысяч человек. Из оставшихся в живых персы угнали в Иран мастеров-каменщиков, а также наиболее молодых и красивых юношей и девушек».

Антиох Стратиг был свидетелем этих событий, и в своем «Пленении Иерусалима» рассказывает об этих кровавых сложностях:

«Когда персы, войдя в город, истребили несметное число душ, то они, враги, обессилели и не были уже в состоянии убивать, и христианский народ во множестве остался неубитым. И как унялись ярость и гнев персов, князь их, которого звали Расми-Зодан [Расми-Оздан], тогда велел, чтобы вышел глашатай возглашать и говорить: „выходите все, кто скрываетесь! Не бойтесь! Меч убран от вас, и дан мною вам мир‟. Тогда, как только услышали это, вышел многочисленный народ, скрывавшийся в цистернах и ямах. Укрывавшиеся услышали приказ князя. Они думали, что он утешит их за их добро, и они получат облегчение оттого, что вышли. Тогда недобрые иудеи обрадовались, увидев, что христиане отданы в руки врагов, и задумали злую мысль, так как значение их у персов было велико за их предательство. В то время подступили иудеи к краю цистерны, звали сынов божьих, заключенных, и говорили им: „если хотите спастись от смерти, сделайтесь иудеями, отрекитесь от Христа, поднимитесь из вашего места и приходите к нам! Мы выкупим вас нашими деньгами, и хорошо будет вам от нас‟. Покупали они христиан из цистерны, давали серебро персам, приобретали христианина и резали, точно овцу. Когда народ был уведен в плен, иудеи остались в Иерусалиме и начали собственноручно разрушать святые церкви, оставшиеся неразрушенными, и сжигать их. Сколько душ было заклано в водоеме Мамилы! Сколько душ погибло от голода и жажды! Сколько священников и монахов было истреблено мечом! Сколько младенцев было раздавлено ногами, погибло от голода и жажды и занемогло от страха и ужаса пред врагами! Сколько родителей погибло над своими детьми! Сколько народу было скуплено иудеями и зарезано, и они сделались исповедниками Христа! Сколько душ, отцов, матерей и мальчиков-младенцев, скрывавшихся в ямах и цистернах, погибло от мрака и голода! Сколько душ устремилось в церковь Воскресенья, в Сион и другие церкви, и там было истреблено и сгорело в огне? Кто бы мог счесть множество мертвецов, павших во время резни в Иерусалиме?»

Такая ненависть порождается не проповедью какого-то злодея, а зрением и памятью о крови своих детей, пролитой врагами, которые и сами вдруг стали беззащитны.

Что же было накануне? После прихода Ираклия к власти в 610 году стали распространяться слухи, что евреи затевают массовое убийство христиан в Тире. Желая предотвратить это бедствие, христиане в свою очередь убили многих евреев.

Кстати, и персы в захваченном ими Иерусалиме принялись распинать евреев…

И эту цепочку взаимных притеснений можно тянуть на века назад. И даже как будто найденный ответ на вопрос «кто первым начал?» в межнациональных отношениях ничего не извиняет и не проясняет.

Отправить