— Девяносто семь, девяносто восемь, девяносто девять, сто! Кто не спрятался, я не виноват!

Адам Линде выпрямился и огляделся. Он находился в лесу в центре острова, поодаль за часовней Сандхамна. Уже довольно долго они играли в прятки с Симоном, Фабианом и старшими сёстрами Фабиана — Эльсой и Агнес.

Адам немного прошёл вперёд, но никого не увидел. День был морозный — температура ниже нуля, землю покрывал толстый слой снега. Узкие улицы посёлка расчистил снегоуборщик, но здесь приходилось пробираться как получалось. Снег глушил каждый звук, словно остров укутали шерстяным одеялом.

Однако местные дети умели тепло одеваться, а за игрой забывали о холоде. Они полностью увлеклись и находили всё более смелые и изобретательные укрытия. Постепенно компания покинула посёлок и забралась глубоко в лес. Прятаться за деревьями и скалами было интереснее, чем за углом какого-нибудь дома.

Адам остановился и замер. Щёки раскраснелись, но остальное узкое лицо оставалось по-зимнему бледным. В тёмно-зелёной шерстяной шапке и куртке цвета хаки он сливался с окружающим пейзажем. В сгущавшихся вечерних сумерках издали его почти невозможно было заметить.

Среди деревьев царила неестественная тишина. Слышалось лишь, как над головой слегка покачиваются верхушки высоких хвойных деревьев, и как далеко на востоке шумит море, ещё не скованное льдом.

Он уже должен был кого-нибудь найти — особенно Симона и Фабиана. Они ведь малыши и обычно не выдерживали в укрытии так долго. Адам сделал ещё несколько шагов. Тяжёлые зимние ботинки проваливались в снег, оставляя глубокие следы. Когда он поднимал ногу, раздавался негромкий чмокающий звук.

Адам снова осмотрелся, и в него начала заползать тревога. Лес казался бесконечным, хотя он прекрасно знал, что с другой стороны тот упирается в берег. Отсюда ничего не было видно; Адам остался совершенно один.

И вокруг стояла тишина. Слишком глубокая.

Он покачал головой, прогоняя глупые страхи. В апреле ему исполнится двенадцать. Он не маленький, как Симон. Но, шагая дальше в лес, Адам так и не смог избавиться от ощущения, что произошло нечто ужасное.

Отправить