Едва они вернулись домой и няня ушла, Нора взорвалась. На вечеринке ей удалось держать себя в руках, но дольше она не могла.

— Медсестра из твоего отделения. До чего же, мать твою, банально! Нельзя было придумать что-нибудь пооригинальнее?

Скрестив руки на груди, она сверлила мужа взглядом. Они стояли в прихожей дома в Сальтшёбадене. Эти красивые обои они когда-то клеили вместе: Нора была беременна Адамом и носила обрезанный комбинезон, в который помещался её огромный живот. Она помнила, как они радовались, когда нашли качественные обои на летней распродаже.

Хенрик молчал. Он выглядел как ребёнок, которого поймали на шалости.

Нора не могла остановиться. Слова вырывались сами — грубые, жестокие, совсем не те, которыми она обычно говорила.

— Как ты мог? После всего, что случилось! Я стиснула зубы и пыталась спасти наш брак. Как полная идиотка, боролась за нас, а ты всё выбросил ради того, чтобы трахнуть хорошенькую девчонку!

— Прости. Ты не должна была узнать об этом так. — Хенрик не мог смотреть ей в глаза.

— А как я должна была узнать? — выплюнула Нора. — Ты собирался когда-нибудь сообщить, что уходишь от меня, или планировал и дальше трахаться у меня за спиной?

Хенрик не ответил. Одной рукой ослабил галстук и бросил его на столик в прихожей. Потом медленно снял пиджак и аккуратно повесил на плечики.

С горечью Нора заметила, что он по-прежнему красив. Тёмные волосы, классический профиль — Хенрик выглядел точно так же, как много лет назад, когда они познакомились. Красивый женатый мужчина и к тому же врач. Настоящая находка, как выразилась её собеседница на вечеринке.

— Ответь мне, чёрт тебя дери! — прошипела Нора. — Как ты представлял себе, чем всё это кончится?

Голос сорвался. Она села на ступеньку и закрыла лицо руками.

— Сегодня ты в кровати не спишь, чтобы знал, — произнесла она после долгого молчания. — Ляжешь на диване.

Хенрик не возразил, только устало смотрел на неё.

— Мне ужасно жаль, что так вышло. Я не хотел причинять тебе боль.

— Завтра я уеду с мальчиками на Сандхамн, — сказала Нора спустя минуту. — У них каникулы, а я могу взять несколько выходных. Когда мы вернёмся, тебя здесь уже быть не должно. Я больше не хочу тебя видеть. Ты понял?

— Ты не можешь просто выставить меня! — Хенрик искренне удивился. — Я имею право здесь жить. Это и мой дом тоже!

— Ты лишился этого права. Здесь для тебя больше ничего нет.

Нора облизнула губы. Во рту пересохло так, что она едва могла выговорить нужные слова.

— Можешь переехать к своей новой подружке, она наверняка будет счастлива. Впрочем, наверное, она только и ждёт, чтобы перебраться в твой роскошный дом на Сандхамне, да?

Нора глубоко вдохнула и посмотрела ему прямо в глаза.

— Я хочу развода. Как можно скорее.

Она издала короткий бессильный смешок и снова закрыла лицо руками.

— Убирайся, — глухо сказала она.

— А как же мальчики? Ты могла бы хотя бы подумать об Адаме и Симоне!

— Как думал ты? Тебе хоть раз пришло в голову, что у тебя есть семья, когда ты спал с этой девицей? Пришло?

— Успокойся, — сказал Хенрик и протянул к ней руку. — Нам нужно всё обсудить.

Нора отшатнулась.

— Не трогай меня! Никогда больше не смей меня трогать!

Она встала, открыла один из встроенных шкафов в прихожей и вытащила дорожную сумку.

— Я скажу мальчикам, что ты работаешь и не можешь поехать с нами на Сандхамн. Они не удивятся — слышали это уже столько раз.

Не глядя на него, она достала ещё одну сумку.

— Они привыкли, что у отца нет на них времени, — сказала Нора, обращаясь к комнате, словно Хенрика там не было. — Проваливай отсюда.

Отправить