Заставка программы TV3 «Розыск» стихла, и на экране появилось знакомое лицо Хассе Аро.

— Снова здравствуйте, — серьёзно произнёс ведущий. — В заключительном сюжете сегодняшнего выпуска мы вернёмся к делу о девушке, пропавшей на Сандхамне. — Он взглянул в заметки. — Лина Русен исчезла тёмной ненастной ночью минувшей осенью. На маленьком острове Сандхамн во внешнем архипелаге постоянно живёт не более ста двадцати человек, однако ежегодно его посещают сотни тысяч гостей. Это летний рай, знаменитый прекрасными песчаными пляжами и великолепными регатами.

Он откашлялся, и камера приблизила его лицо. Вид у ведущего был обеспокоенный, голос звучал скорбно.

— Сегодня островитян мучает тайна: что же произошло с Линой Русен?

На экране появилась фотография хорошенькой девушки лет двадцати. Длинноволосая блондинка полулежала в шезлонге. Белая майка подчёркивала загар, девушка улыбалась в объектив. На заднем плане виднелись скалы и песчаный берег; похоже, снимок сделали на террасе у моря.

— В последний раз родители видели Лину живой в пятницу, третьего ноября прошлого года, когда она отправилась в гости к подруге в юго-восточную часть острова, в дачный район Трувиль. По словам подруги, примерно в десять вечера Лина поехала домой на велосипеде. С этого момента её следы теряются. Несмотря на масштабную полицейскую операцию, девушку так и не нашли.

Картинка сменилась видом Сандхамнского пролива. Камера скользнула вдоль деревянного здания «Сандхамнс Вэрдсхус», мимо пароходного причала и дальше — к красному клубному дому Королевского шведского яхт-клуба, построенному в 1887 году.

Вокруг не было ни души. Летом у киоска возле причала выстраивались длинные очереди, но теперь его серый металлический ставень был наглухо закрыт. Магазины вдоль набережной тоже не работали и были заперты на прочные навесные замки. Всё вокруг казалось заброшенным, напоминая зрителям, что поиски молодой женщины не дали результата.

Затем камера приблизила белый дом. Семья Русен была коренной на острове, пояснил голос за кадром, и дом принадлежал ей много лет. Камера медленно отдалилась, охватив лес и теннисные корты, откуда начиналась дорога в Трувиль. Та самая дорога, по которой Лина ехала в ночь исчезновения.

Вернувшись в студию, Хассе Аро обратился к полицейскому. Мужчине было около сорока; высокий, широкоплечий, с короткими светлыми волосами. У него было доброе лицо, а вокруг глаз разбегалась тонкая сеточка морщинок от смеха.

— Томас Андреассон, вы инспектор уголовной полиции Накки и участвуете в расследовании с того дня, когда поступило заявление об исчезновении Лины Русен. Что вы можете нам рассказать?

Томас прочистил горло.

— Поиски продолжались несколько дней, но, к сожалению, обнаружить какие-либо следы Лины не удалось.

— Вам помогали местные жители?

— Да, островитяне внесли огромный вклад. Множество добровольцев присоединились к поисковым группам, которые прочёсывали весь остров.

— Как можно исчезнуть на таком маленьком острове, как Сандхамн?

Томас нахмурился и тихо вздохнул.

— Согласен, это кажется невероятным, но мы не нашли никаких улик — ничего, что объяснило бы, где находится Лина после своего исчезновения почти четыре месяца назад.

— Она могла утонуть?

— Этого исключать нельзя. Как вы сказали, ночь была штормовая. Если по какой-то причине она вышла в море на лодке, та вполне могла перевернуться. Сейчас мы обращаемся ко всем, кто располагает сведениями, способными помочь расследованию. Мы зашли в тупик.

Хассе Аро посмотрел прямо в камеру.

— Если вам что-либо известно об исчезновении Лины Русен, немедленно свяжитесь с нами или с полицией. Родители девушки предлагают вознаграждение.

Снова зазвучала заставка, а внизу экрана появилось сообщение, что программа идёт в повторе и звонки от зрителей больше не принимаются.

* * *

Томас Андреассон откинулся на спинку дивана в своей квартире в Густавсберге, пригороде Стокгольма. Он медленно допил кофе, размышляя об увиденном.

В ту ноябрьскую ночь Лина Русен словно провалилась сквозь землю. Лило как из ведра, дул сильный ветер — обычный осенний шторм во внешнем архипелаге. Прошло несколько дней, прежде чем ветер стих, а море вернуло привычный синий цвет.

Когда стало понятно, насколько всё серьёзно, миновало почти сорок восемь часов. Сначала родители Лины искали её сами и обратились в полицию лишь в воскресенье вечером. По процедуре следовало выждать не менее суток: пропавшие подростки часто оказывались у друзей и просто не давали о себе знать. Поэтому родителей Лины заверили, что дочь, скорее всего, скоро вернётся.

А когда поиски наконец начались, драгоценное время уже было упущено.

На Сандхамн отправили большое число полицейских с приказом прочесать остров. Привлекли и несколько поисково-спасательных собак, но проливной дождь практически смыл все следы и запахи: остров был чист, словно его отмыли с мылом.

Томас и его коллеги под хлещущим дождём обошли весь остров вместе с обезумевшими от горя родными Лины, их друзьями и соседями. В конце концов ему удалось убедить измученных родителей вернуться домой и отдохнуть; бледная мать, казалось, вот-вот потеряет сознание. Кто-то должен оставаться дома на случай, если Лина появится, сказал Томас, и Андерс с Марианной Русен нехотя согласились.

Он до сих пор помнил, как ледяной ветер пробирался под одежду, как коченели пальцы рук и ног. Температура держалась около нуля, морской воздух был промозглым и сырым. Верхушки высоких сосен угрожающе раскачивались в бурю, старые ветви скрипели и стонали.

Медленно и методично они обследовали пляжи. С помощью добровольцев прочесали лес метр за метром — от Вэстерудда до Трувиля. Открыли и осмотрели все бункеры времён Второй мировой войны, проверили снаружи дачи, заколоченные на зиму. Малейшее подозрение заставляло остановиться; они не жалели сил.

Наконец один из кинологов посмотрел на Томаса и покачал головой.

— Это бессмысленно. Может, она вообще лежит на дне моря. Собакам нужен отдых, они вымотались.

Томас понимал, что тот прав, но не хотел сдаваться. Он видел отчаяние в глазах Марианны Русен и точно знал, что она чувствует. Такое же отчаяние охватило его в то утро, когда он нашёл свою трёхмесячную дочь холодной и безжизненной в кроватке. Все попытки вернуть её к жизни оказались тщетными.

Ещё через день поиски всё же прекратили. Они перевернули каждый камень, осмотрели каждую травинку на острове. Лина Русен исчезла бесследно.

Время шло, и расследование приостановили. Большинство полицейских считали, что бедная девочка покончила с собой, утопившись, а тело унесло в открытое море. Другого разумного объяснения не было. Некоторые слова подруги Лины, Луизы, подтверждали эту версию.

Томас сделал всё, что мог, но безрезультатно.

Он со вздохом выпрямился и потянулся. Было поздно; ему давно следовало лечь спать.

Участие в такой программе, как «Розыск», было серьёзным шагом, но родители Лины наверняка готовы на всё, лишь бы найти дочь. И кто мог бы их винить? — подумал Томас, взял пульт и выключил телевизор.

Отправить