Робби безвозмездно помог мне с девками, так что я решил поддержать его насчет звонка дилеру. Говорю ему:

– Точно, ты настоящий мужик. Кроме того, нужно хорошо подготовиться к нашему плану со сладостями.

Он очень вдохновился, защелкал и скорчил хулиганскую рожу. Начал подпрыгивать, хлопать себя по голове и рычать: «Утки могучие! Утки могучие!» Само собой, он кричал другое слово, но пусть будет так, мы же в доме Робби.

Его лицо реально раскраснелось, словно вот-вот лопнет, и он с важным видом вернулся в дом, тряся брюхом. Я пошел было за ним, но вдруг замер, заметив пару шикарных перчаток, торчащих из-под крышки старой разбитой гидромассажной ванны. Черт, вот это находка! Если я отрежу от этих перчаток пальцы, они станут похожи на перчатки Гришнаха! Когда Даг увидит, она обоссытся, или что там девчонки делают!

Лили-путка не хотела расставаться с букашками из тыквы, но на улице стало прохладно, и, если этого не заметить, легко можно подхватить воспаление легких. Она поняла, что я настроен серьезно, достала рулон скотча (где взяла только?), вытянула ленту и заклеила отверстия – основные, глаза и рот, – чтобы ее друзья-букашки оставались внутри. Сомнительно, но окей. Думаю, не критично. Ну трип такой у девчонки.

Мы зашли в дом, а Робби снова залез на турник, пытаясь подтянуться. Как я уже говорил, это прям потеха, но в этот раз я смолчал. Смолчал, даже когда он спрыгнул на землю, как Мститель из «Марвел», и предпринял самую жалкую попытку отжаться, какую я видел в жизни. Затем подскочил, весь взмокший, взбудораженный, схватил телефон, набрал номер и прижал к потному уху.

Звонок прошел с каким-то напрягом. Тупые упражнения, возможно, и придали толстяку уверенности, но еще он запыхался. Продавец взял трубку, а Робби на том конце провода хрипит. На это было больно смотреть. И Робби такой, вопросительным тоном, как будто сам сомневается:

– О, привет, это Робби?

– Что еще, мать твою, за Робби? – слышу я голос дилера, и жирдяй, прочистив горло, начинает представляться, как в школе первого сентября.

Я прекрасно знаю, как заказывать запрещенные препараты. Максимум простоты: кто ты, что тебе нужно, где сможешь забрать. Робби же словно пытался пригласить дилера на свидание. Болтал без умолку.

– Ну, как ты там? Все еще катаешься на «Эль Камино»? Я зашибись. У меня шикарный дом на Желтой улице. Как тебе погода? Похолодало, да? Наверняка ты в восторге. Мое любимое время года.

О робокоп, что я слышу? Это катастрофа ядерного уровня! Наверное, долетело до моей мамы, которая за километр отсюда! Я жестами велел Робби закругляться, пока дилер не надрал нам всем задницы, просто потому что задолбали! Но в итоге чуть не сломал палец, а Робби все продолжал болтать, обливаясь потом и задирая футболку выше титек. Простите, сисек.

Минут десять я переносил эту пытку, а потом Робби все-таки донес до дилера, кто он такой. И дилер захохотал! Я не знаю, откуда эти идиоты знакомы, но Робби стал заикаться, как дефективный ребенок. И тут же пробил новое дно: сказал, что машины у него сейчас нет, пусть подвезет прямо к дому. Что? Робби, дилеру некогда играть в твои игры! Ты совсем не умеешь покупать наркоту! Некрасиво.

Дилер в итоге взбесился, и Робби даже не стал настаивать. Униженно извинился, как перетрусившая девка, и согласился приехать и собственной жирножопой персоной забрать товар. А дальше началось шоу. Дилер повесил трубку, и все видели, что экран телефона Робби погас. Но Робби делал вид, что все еще разговаривает!

– Хм, лады, звучит здорово. До встречи. Пока. Счастливо.

Ну вот почему я такой наблюдательный? Я не могу больше злиться на Робби, мне жаль этого хлюпика. Робби расплылся в широкой фальшивой ухмылке, и мне пришлось улыбнуться ему в ответ. Мы оба знаем, что все это – чушь собачья, но должны притворяться. Не делает ли это меня таким же слабаком, как Робби? Или даже хуже? Не знаю, вот дилемма так дилемма.

Робби захлопал в ладоши и громко-громко объявил, что супермолоко снова в меню. Услышав это, Лили-путка округлила глаза, словно спросила, правда ли это и получим ли мы наконец наше супермолоко. Ну и что я, по-вашему, должен был ответить? Она прыгала вокруг, вся такая воодушевленная, в своих грязно-зеленых шмотках, распахнув беззубый рот, и… я кивнул. Я же все-таки ее брат. Да, сестренка получит супермолоко, обязательно. Лили возбужденно крутится-вертится, а я бросаю на Робби суровый взгляд, очень суровый, самый суровый, на какой только способен, – потому что я больше не позволю ему разочаровывать младшую сестренку. Не сегодня. Не в ее Хэллоуин. Усек?