Среда, Пятая Неделя

Все собрались на утреннее совещание в большом душном конференц-зале. Перссон по-прежнему выглядел нездоровым. Глаза были красными, дышал с трудом, но всё равно пришёл.

Эрик громко чихнул. Ещё один подхватил вирус.

Маргит подвела итог сведениям последних дней. Они подтверждали прежний образ Мартина Нюрена — милого, несколько замкнутого человека, которого любили коллеги и друзья. Многие отмечали его порядочность. О личной жизни говорил редко, зато всю душу вкладывал в парусный спорт и KSSS. Даже держал на столе фотографию своей «Омеги-36».

— Есть одна интересная деталь, — сказала Маргит. — Друг упомянул, что недавно лодку Нюрена испортили вандалы.

— Каким образом? — спросил Перссон.

— Разрисовали краской из баллончика. Его это очень расстроило. Возможно, дети, но интуиция говорит — нет.

— Ещё одна линия. Он сообщил в полицию?

— Да. Калле проверяет.

— Как техническая часть? — продолжил Перссон. — В квартире что-нибудь нашли?

— Почти ничего, — сказал Эрик. — Там было очень чисто. Необычно чисто. Все отпечатки отправили в лабораторию, но совпадений нет.

— Компьютер Нюрена?

— Всё ещё заблокирован. Удивительно, что у руководителя среднего уровня такая серьёзная защита. Мы забрали и рабочий компьютер, но там только служебные материалы. Ничего личного.

— Он трудился в государственном агентстве, значит, личная почта, скорее всего, на домашнем компьютере, — сказал Томас. — Не хотел давать государству доступ.

— Бюрократ, ревниво оберегавший частную жизнь, — заметила Маргит. — Как неудачно.

Томас рассказал о визите в «Каллинг» и изложил версию с патентом Мартинссона.

— Мы считаем, — сказал он, — что Юлиандер получил неофициальный платёж за продажу патента General Mind Inc. по заниженной цене. Деньги, вероятнее всего, поступили через Лихтенштейн.

— Вот объяснение кредитной карты и дополнительного дохода, — сказала Карина. — Тайный банковский счёт для получения взятки!

— Но зачем крупной компании рисковать и подкупать кого-то? — спросил Эрик и снова чихнул.

Карина отодвинулась.

— Такое не редкость, — заметил Томас. — Производители оружия постоянно так делают, только называют это «комиссией».

Он изобразил пальцами кавычки.

— Вспомните, что «Бофорс» делал в Индии, — сказала Маргит.

— Не удивлюсь, если General Mind раньше пыталась купить патент, — сказал Томас, вспоминая описание изобретателя, данное Норой. — Стоматолог относился к исследованиям как к любимому ребёнку. Вполне мог отказаться продавать. Когда началось банкротство, компания увидела шанс. Нужно было лишь найти уважаемого адвоката, готового вступить в сговор.

— Его прошлое наверняка тщательно изучили, — сказала Маргит. — На кону были миллионы. Прибыль — сильный стимул.

— Вспомните Хокана Ланса, — сказал Перссон совершенно неожиданно.

— Кто это? — спросила Карина.

— Человек, изобретший раннюю версию компьютерной мыши. Технический гений. Ещё разработал спутниковую систему наблюдения.

— Что с ним произошло?

— Американская IT-компания лишила его патентов. Он годами судится, решения до сих пор нет.

— Так капитализм добивается своего, — сказала Маргит.

— Эта компания неуязвима, — сказал Томас. — Договор оформлен правильно. Я не юрист, но выглядит непробиваемым.

Перссон кивнул.

— Юлиандер мёртв, значит, обвинять во взяточничестве некого, — сказала Маргит. — И свидетеля нет. Может, поэтому его убили? Хотели заставить молчать?

— Тогда убрали бы сразу после получения патента, — возразил Томас. — Да и зачем? Они наверняка считали, что деньги за молчание удержат Юлиандера.

— При нынешних фактах доказать подкуп шведского адвоката практически невозможно, — сказал Перссон. — Ничего конкретного, одни предположения.

— Меня бесит, что Юлиандеру всё так легко сошло с рук! — сказала Маргит.

Перссон слегка улыбнулся.

— Этот человек мёртв. Не забывай.

Томас согласился. Взятка или нет, Юлиандер лежал в могиле.

Маргит продолжала злиться, но добавить было нечего.

Дверь открылась, вошёл Калле с пачкой бумаг. Он выглядел возбуждённым.

— Простите, опоздал. Наконец получили детализацию звонков Нюрена. Телефонная компания извинилась за задержку, но теперь известно, с кем он связывался в последние месяцы.

Калле разложил распечатки на столе.

— Вот кому он звонил и кто звонил ему.

Все наклонились.

Мартин Нюрен отправлял с мобильного огромное количество сообщений.

— Номера сопоставили с именами? — спросил Томас.

Калле кивнул и указал на другой лист.

— Здесь имена и номера. — Он предвкушающе улыбнулся.

Томас сразу понял почему. Первое имя было знакомо каждому.

Ингмар фон Хане.

— Его нужно снова вызвать, — сказал Перссон.

Томас и Маргит уже вставали.

— Займёмся.

Отправить