Через пять минут после их разговора Бёмер позвонил снова.

— Совсем забыл спросить: ты не знаешь, что с Яной?

— Нет. А что с ней?

— Её до сих пор нет в управлении, хотя у нас сейчас назначена встреча. И дозвониться я не смог. Сразу включается голосовая почта. Похоже, телефон выключен.

Макс взглянул на часы.

— Может, она опаздывает, а телефон разрядился.

— Хм… Возможно. Наверное, ты прав и она вот-вот появится. Я подумал, вдруг ты знаешь, где она.

— Я сейчас в машине, — сказал Макс. — Могу быстро заехать к ней и проверить, не осталась ли она дома. Дай знать, если она тем временем появится, хорошо?

По дороге Макс попытался дозвониться Яне, но, как и у Бёмера, сразу включилась голосовая почта. Он попросил её связаться с ним, как только она услышит сообщение.

Через двадцать минут Макс стоял перед трёхэтажным домом в Верстене, на верхнем этаже которого находилась маленькая квартира Яны, и ждал, что кто-нибудь отзовётся на звонок. Через некоторое время он позвонил снова, а затем сдался.

Макс набрал номер Бёмера и сообщил, что Яны дома, по всей видимости, уже нет. Перед тем как закончить разговор, он попросил бывшего коллегу позвонить, если она появится в управлении.

Они заверили друг друга, что вскоре наверняка выяснится какая-нибудь разумная причина, по которой Яна до сих пор не приехала на работу и не отвечает на звонки. И всё же Макса охватило дурное предчувствие.

Вернувшись домой, он попытался отвлечься проверкой экзаменационных работ, но получалось не слишком хорошо. Макс то и дело отводил взгляд от листов, потому что мысли ускользали в сторону.

Около одиннадцати он позвонил Вики, соседке Яны, а затем их общей знакомой. Ни одна из них ничего о Яне не слышала.

Вскоре после часа дня позвонила Эслем Кескин.

— Господин Бишофф, хорошо, что я до вас дозвонилась. Вы знаете, что происходит с комиссаром Бросиус? Сегодня она не явилась на службу, а её телефон, по всей видимости, выключен.

— Утром я заезжал к ней. Похоже, дома её нет.

Макс удивился. Судя по всему, Бёмер не сказал Кескин, что они уже обсуждали исчезновение Яны.

— Значит, вам уже известно, что на работе её нет? — подтвердила Кескин его догадку.

— Да.

— Мне это кажется странным. Обычно госпожа Бросиус очень надёжна. Хотя кому я это говорю? За последнее время вы, наверное, успели узнать её лучше меня — вы ведь теперь часто видитесь.

— Госпожа Кескин, вы позвонили, потому что беспокоитесь о Яне, или вам просто очень захотелось высказаться о том, как мы проводим свободное время?

— На самом деле я немного беспокоюсь, — гораздо мягче призналась Кескин. — Как я уже сказала, на неё совсем не похоже без предупреждения не являться на службу. Я надеялась, вы знаете, где она может быть.

— Нет, не знаю. Но если она в ближайшее время не объявится, я снова поеду к ней и попрошу соседку открыть квартиру. У неё есть запасной ключ.

— Да, так и сделайте. Кто знает, что там произошло. Вдруг она лежит в квартире и не может позвать на помощь.

Лежит в квартире и не может позвать на помощь…

Воспоминания с новой силой обрушились на Макса.

— Мне пора, — сказал он, завершил разговор и сразу же вышел из дома.

А что, если с Яной действительно что-то случилось? Если она получила настолько тяжёлые травмы, что не может дать о себе знать? Раны Дженни… Её мертвенно-бледное лицо, из которого ушли все краски. А теперь пропала Яна. Что, если она…

— Нет, нет, нет, — словно заклинание, прошептал Макс, сел за руль и нервно принялся пробираться сквозь плотный городской поток.

Почему он сразу не попросил соседку открыть дверь Яны? Что с ним творилось? Неужели, успешно вытеснив прошлое, он утратил и способность распознавать опасность? Разве тогда он не поклялся делать всё возможное, чтобы ни с кем из его близких больше не случилось того, что произошло с Дженни и Кирстен?

Добравшись до дома, Макс оставил машину наполовину на тротуаре и уже в следующую секунду выскочил наружу.

Он снова нажал кнопку звонка квартиры Яны и, не получив ответа, позвонил её соседке. К счастью, та была дома.

— Привет, Вики, это Макс. Макс Бишофф, — сказал он в домофон у подъезда. — Впустишь меня, пожалуйста?

— Макс? Что случилось?

Они встречались всего несколько раз, но с самого начала обращались друг к другу на «ты». Двадцатидевятилетняя медсестра около года назад переехала сюда из Клеве и отличалась простым, лёгким характером.

Прежде чем Макс успел ответить, замок зажужжал. Он открыл входную дверь и поднялся на третий этаж, где Вики уже ждала его.

— Яна не явилась на службу, и до неё невозможно дозвониться. Ты сегодня её видела?

— Нет.

Макс кивнул в сторону двери соседней квартиры.

— Никто не знает, где она. Ключ у тебя?

— Да, вот. — Вики показала ключ, висевший на тёмной ленте, затем вставила его в замок и открыла дверь.

В квартире Яны было так же прибрано, как во время предыдущих визитов Макса. Он осмотрел маленькую гостиную, но не заметил ничего необычного.

— Ну? — спросила стоявшая рядом Вики. — Что скажет следователь?

— На первый взгляд всё нормально.

Макс отвернулся, позвал Яну по имени и открыл дверь спальни.

Одеяло было небрежно откинуто, простыня и подушка смяты. Значит, Яна, по всей видимости, ночевала дома.

Он обернулся и ещё раз осмотрел почти педантично прибранную гостиную. Разноцветные подушки на диване выстроены в идеально ровный ряд, деревянный пол безупречно чист… Макс не слишком хорошо знал её привычки, но уйти из дома, не заправив постель, было не похоже на знакомую ему Яну.

Он достал телефон и набрал номер Бёмера. После седьмого или восьмого гудка Макс отключился и выбрал в журнале вызовов Кескин.

— Я в квартире Яны, — сообщил он, когда она ответила. — Её здесь нет, но всё выглядит нормально и аккуратно.

— Хорошо, что ничего подозрительного не обнаружено, но это не объясняет, где она и почему до сих пор не связалась с нами. Это совершенно на неё не похоже. Я беспокоюсь.

Макс знал, что Кескин высоко ценит Яну и именно благодаря ей молодая выпускница сразу после учёбы попала в уголовную полицию комиссаром на испытательном сроке. Разочарованием для начальницы КК-11, вероятно, стало лишь то, что Яна, вопреки её намерениям, не испытывала к Максу презрения.

— Я постараюсь выяснить, где она, — пообещал он.

— Хорошо. Немедленно сообщите мне, если что-нибудь узнаете.

— Ладно. А вы, пожалуйста, позвоните, если она всё-таки появится в управлении или свяжется с вами.

— Это будет зависеть от того, где она в тот момент окажется и чем будет заниматься. Если я сочту происходящее внутренним служебным делом, то не смогу сообщить вам, гражданскому лицу, никаких подробностей.

Макс раздражённо покачал головой, и Вики удивлённо на него посмотрела.

— Вы иначе не можете, да? Просто не способны остановиться даже в такой ситуации.

— Не понимаю, о чём вы. Я лишь выполняю свою работу.

— От этого не легче. Но оставим. Другой вопрос: вы знаете, где находится главный комиссар Бёмер? Мне не удалось до него дозвониться. И только не говорите, что не имеете права сообщать подобное гражданскому лицу.

— Господин Бишофф, я руковожу отделом уголовной полиции, а не работаю няней. Я не могу ежеминутно знать, что делают и где находятся все мои сотрудники.

— Да, примерно это я и предполагал, — ответил Макс и отключился.

Вики нахмурилась.

— Это ещё что было?

— Начальница Яны.

— Похоже, вы друг друга обожаете.

Макс отмахнулся и направился к двери.

— Забудь. Я поеду. Позвонишь мне сразу, если Яна появится?

— Да, но у меня нет твоего номера. Подожди, принесу телефон.

Макс вышел вслед за ней из квартиры Яны, закрыл дверь и остался ждать на лестничной площадке. Через несколько минут Вики сохранила его номер в своём смартфоне.

— У тебя случайно нет телефона отца Яны? — спросил Макс.

— Вообще-то есть. Только не в мобильном. Яна однажды записала его для меня на всякий случай.

— Можешь дать? Вдруг она у него.

— Конечно, сейчас принесу.

Пока Вики снова скрылась в своей квартире, Макс размышлял, стоит ли действительно звонить отцу Яны. После смерти жены от рака три года назад тот жил один. С дочерью у них были прекрасные отношения, и Яна регулярно его навещала. Поэтому вполне возможно, что сейчас она находилась у него. Однако то, что Яна не отвечала на звонки, говорило об обратном.

Если же у отца её не окажется и из-за звонка Макса он узнает, что дочь, вероятно, пропала ещё утром, то наверняка сильно встревожится.

Вики как раз вернулась с маленьким листком бумаги, когда зазвонил телефон Макса. Это была Эслем Кескин.

Он быстро ответил:

— Она появилась?

— Нет, — произнесла Кескин, и что-то в её голосе сразу насторожило Макса. — Я звоню из-за главного комиссара Бёмера. Его нашли.

— Нашли? — повторил Макс, почувствовав, как сжался желудок. — Что значит — нашли? С ним всё в порядке?

— Он тяжело ранен.

— Чёрт! — вырвалось у Макса. — Что произошло? Несчастный случай?

— Нет. Его обнаружили в переулке во Флингерн-Норде. Я не знаю, что он там делал. У него серьёзная рана головы. По всей видимости, кто-то подкрался сзади и ударил его твёрдым предметом.

— Проклятье! Насколько всё плохо?

— Плохо.

— В какой он больнице?

— В больнице «Мариен».

— Я немедленно еду туда.

— Да, поезжайте.

Убрав телефон, Макс заметил, что Вики побледнела и смотрит на него широко раскрытыми глазами.

— Что с Яной? Что случилось?

Макс покачал головой.

— Речь не о Яне, а об одном из её коллег. И о моём друге. Мне нужно ехать.

 

 

Отправить