Она просыпается в кошмаре.

Хочет открыть глаза, но не может поднять веки. Что-то давит на них. В замешательстве она пытается прикоснуться к лицу, однако руки не двигаются.

Паника с бешеной скоростью охватывает её. Она хочет закричать, но из горла вырывается лишь глухой звук.

Где…

Воспоминание поражает её, словно удар молнии.

Звонок на мобильный посреди ночи. Макс. Он говорил странно, был очень взволнован. Велел немедленно приехать к старому зданию неподалёку от берега Рейна — сказал, что это важно. Торопливо объяснил дорогу и положил трубку.

Она удивилась, но понимала: если Макс звонит ей среди ночи, значит, у него должна быть веская причина. Поэтому она встала.

Когда она приехала, Макса там не было. Вокруг стояла кромешная тьма, от которой становилось не по себе. Она ещё успела подумать, что оказалась как раз в одной из тех ситуаций, при виде которых всегда качала головой в телевизионных детективах. Ни одна женщина не станет одна бродить ночью по тёмным лесам или безлюдным местам.

А она именно это и делала.

Она позвала Макса по имени.

Потом у неё в голове что-то взорвалось — и наступила темнота.

Теперь она в сознании, но темнота никуда не исчезла. Она надеется, что всё это действительно кошмар, однако инстинктивно понимает: происходящее реально.

Осознав это, она выгибается, напрягает все мышцы, дёргается, рвётся из пут, кричит сквозь кляп — получается лишь глухой стон.

Бесполезно.

Она заставляет себя успокоиться.

Думай, — приказывает она себе. — Нужно оценить положение, а потом решить, что можно сделать.

Она сидит на чём-то твёрдом и неудобном. Вероятно, на деревянном стуле. Руки связаны за спиной и притянуты к спинке. Ноги верёвкой или проволокой так туго привязаны к ножкам стула, что путы болезненно впиваются в икры и не позволяют пошевелиться даже на сантиметр. Глаза и рот закрыты тканью.

Единственный звук, который она слышит, — собственное глухое мычание.

Она полностью изолирована внутри себя.

Дышать трудно: нос немного заложен. Каждый вдох требует усилий. Голова болит настолько сильно, что её тошнит и она боится, что сейчас её вырвет.

Если это случится, она задохнётся.

Она старается подавить страх и сосредоточиться на том, чтобы не поддаться панике. Иначе тело сведёт судорогой и дышать станет ещё труднее.

Она не знает, где находится и как сюда попала. Не знает и того, кто несёт за всё это ответственность.

Она думает о Максе, о его звонке. О том, каким взволнованным он был.

Что с ним? Может быть, тот, кто ударил её, расправился и с ним?

Возможно, даже…

Нет. Она не хочет об этом думать.

Может, Макс приехал к месту встречи, когда похититель уже увёз её? Возможно, он сейчас разыскивает её вместе с коллегами из управления.

Она не знает.

Одно ей известно точно: ей страшно.

Страшнее, чем когда-либо прежде.

 

 

Отправить