Макс

 

Макс почти не верил собственным глазам, увидев у дальнего края здания свою машину.

Кернбах, по всей видимости, был совершенно уверен в успехе. Вероятно, просто оставил автомобиль здесь после того, как вытащил Макса из салона и уволок в здание.

Ключа в замке зажигания не было, но машина оказалась открыта. К своему удивлению, Макс обнаружил смартфон на полу со стороны пассажирского сиденья.

Он едва не закричал от радости.

Однако ликование быстро угасло: телефон был выключен, а SIM-карта отсутствовала.

Макс выругался и наклонился вперёд. Из-за темноты невозможно было разглядеть, не лежит ли карта где-нибудь рядом.

Он сантиметр за сантиметром ощупал пол перед пассажирским сиденьем. Ничего не найдя, перешёл на водительскую сторону.

Карта обнаружилась под сиденьем.

Очевидно, Кернбах догадался извлечь её, чтобы телефон нельзя было отследить, а затем просто бросил и аппарат, и карту обратно в машину.

Макс присел возле автомобиля так, чтобы его не было видно из обоих зданий. Вставил карту и включил телефон.

С облегчением он обнаружил, что аккумулятор заряжен наполовину, а сигнал сети присутствует.

Макс быстро огляделся.

Он по-прежнему был один.

Первым делом открыл Google Maps. Через несколько секунд уже знал, где находится.

Сделав снимок экрана, Макс позвонил Бёмеру.

— Макс? — через три секунды спросил Хорст.

— Да, это я.

— Макс! Не могу поверить. Где ты, чёрт…

— Слушай меня, Хорст, это важно. Меня похитили, но я сумел бежать. Я нахожусь на территории старого завода возле ТЭЦ Флингерн. Сейчас отправлю тебе карту. Доминик всё ещё внутри, и, вероятно, Яна тоже. Похоже, похититель — Кернбах.

— Чёрт! Немедленно подниму всех по тревоге.

— Хорст, ещё одно. Обеспечь Кирстен охрану. У меня есть основания…

— Уже сделано. В сопровождении сотрудницы полиции она едет к подруге в Виллих. С ней всё хорошо.

— Спасибо. Пришли помощь, а я возвращаюсь внутрь.

— Нет, подожди, ты…

Больше Макс не услышал: он уже отключился и набрал Кирстен.

К счастью, она ответила.

— Это я, Макс.

— Макс! — воскликнула она. — Слава богу! Ты в порядке?

— Да. А ты?

— Я еду в Виллих, к Мануэле. Со мной сотрудница полиции, подруга Хорста.

Имя Мануэла ничего не говорило Максу, но сейчас это не имело значения.

— Хорошо. Как я уже сказал, со мной всё в порядке. Позже ещё позвоню.

Несколько успокоившись, он убрал телефон в карман, снова огляделся и, пригнувшись, побежал к зданию, из которого выбрался.

Переступив порог, Макс на мгновение замер, затем включил фонарик на смартфоне и повернул налево.

В конце большого помещения находились три двери.

За левой оказалась комната, где на полу лежали остатки стеллажей.

Средняя вела в бывший туалет с несколькими кабинками и разбитыми писсуарами на полу.

Через правую дверь Макс вышел в коридор, по обеим сторонам которого располагалось несколько помещений. Но кроме мусора, строительных обломков и кое-где разбитой старой офисной мебели он ничего не нашёл.

Макс вернулся, осторожно пересёк большой зал с выходом наружу и снова подошёл к лестнице.

Он спустился, но направился не в комнату, где его держали, а в противоположную дверь.

Планировка подвала, по всей видимости, повторяла первый этаж: большой зал и несколько меньших помещений за ним. Но и здесь не было никаких следов Доминик, Яны или Кернбаха.

Возвращаясь из одной из дальних комнат, Макс услышал наверху шум.

С колотящимся сердцем он осторожно приблизился к лестнице.

Едва Макс подошёл, как увидел перед собой двух вооружённых до зубов полицейских в масках. Стволы пистолетов-пулемётов были направлены на него.

— Стоять! — крикнул один из них. — Руки вверх! Немедленно!

Макс без колебаний подчинился. Он знал, что в подобной ситуации все предельно напряжены и неверное движение может привести к трагедии.

— Меня зовут Макс Бишофф, — произнёс он как можно спокойнее. — Меня похитили, но я освободился. Это я вызвал вас.

Через несколько минут Макс уже сообщил командиру спецподразделения всё самое важное. Тот приказал бойцам систематически обыскать оба здания.

Вскоре в сопровождении одного из сотрудников спецназа Макс направился к двум машинам скорой помощи, стоявшим в отдалении.

Он ещё не успел дойти до первой, когда услышал знакомый голос:

— Я в восторге, что вижу вас в добром здравии, дорогой Макс.

Марвин Вагнер.

Психолог вышел из-за машины скорой помощи. Вместе с ним был главный комиссар Карстен Бандель.

— Спасибо, — ответил Макс. — Но где-то здесь всё ещё находятся Яна и Доминик. Кернбах сказал, что убьёт Доминик. Надеюсь, обе живы. Этот псих, по-моему, не бросает пустых угроз.

— Вы его видели?

— Нет, только слышал. Глаза и рот были завязаны. Доминик находилась со мной в одной комнате, пока он не вытащил её оттуда. Где Яна, я не знаю. Думаю, Кернбах пьян — от него сильно пахло алкоголем.

Макс обернулся и посмотрел на здания.

— Надеюсь, их найдут.

Пока врач осматривала Макса, а затем перевязывала стёртые запястья, он попросил Марвина позвонить Бёмеру и сообщить о происходящем. Марвин немедленно это сделал.

Закончив осмотр, врач отошла. К Максу подошёл сотрудник КК-11, только что прибывший на место операции, и стал расспрашивать о похищении и обо всём, что тот мог вспомнить.

Макс изложил события и рассказал, что Доминик сообщила ему о Кернбахе.

Когда полицейский отошёл, Марвин рассказал о найденном в квартире Кернбаха блокноте, подтверждавшем слова Доминик.

Затем показал Максу фотографию вклеенного письма.

Макса пробрала дрожь.

— Полагаю, буква J должна означать Дженни.

— Возможно, — подтвердил Марвин. — Во всяком случае, письмо написано женщиной. У вас сохранилось что-нибудь, написанное Дженни от руки?

Да, сохранилось.

Небольшая записка, которую Дженни оставила в его квартире незадолго до убийства.

Одна из немногих вещей, оставшихся у Макса после неё.

 

«Чао, мой герой. С нетерпением жду вечера».

 

Под текстом она оставила отпечаток поцелуя и нарисовала смайлик.

— Да, — коротко ответил Макс.

— Тогда я довольно быстро установлю, она ли написала этот… назовём его письмом.

— Никогда! — уверенно произнёс Макс. — Она ни за что не стала бы писать подобную слащавую чушь.

Через полчаса операцию завершили безрезультатно. Спецподразделение покинуло территорию, передав её криминалистам.

Кернбаха, Доминик и Яны совершенно точно не было ни в одном из двух зданий.

Однако в помещении, где держали Макса и Доминик, обнаружили несколько следов крови. Их предстояло доставить в лабораторию и провести анализ ДНК, чтобы установить, принадлежит ли кровь Доминик Клаубер или — что менее вероятно, но всё же возможно — самому Кернбаху.

Автомобиль Макса должен был увезти эвакуатор. Криминалистам предстояло тщательно его исследовать.

Эслем Кескин всё это время не подходила к Максу.

Лишь когда обстановка успокоилась и он решил уехать вместе с Марвином и главным комиссаром Банделем, она наконец появилась.

— Нам ещё потребуются ваши письменные показания, — сказала Кескин, не спросив даже, как он себя чувствует. — Завтра утром явитесь в управление.

— Можно покончить с этим сейчас. Спать я всё равно не смогу.

— Нет, займёмся завтра утром. Мне чрезвычайно интересно узнать, как вы умудрились загнать себя в подобную ситуацию.

— Очень просто: я сделал то, чего вы как ответственная за расследование сотрудница делать не захотели, — устало ответил Макс. — Из-за того, что вы вопреки здравому смыслу отказались действовать, Доминик Клаубер теперь угрожает смертельная опасность. И Яне, вероятно, тоже.

— Что вы себе позволяете? — возмутилась Кескин. — Это совершенно нелепо. Как руководитель отдела я действовала в соответствии со служебными инструкциями.

С насмешкой она добавила:

— Как гражданское лицо вы можете подать служебную жалобу.

Макс шагнул к Кескин, и та инстинктивно отступила.

Он посмотрел ей в глаза, не скрывая ярости.

— До сих пор я более или менее пожимал плечами в ответ на ваши выходки и детские игры, хотя порой это давалось нелегко. Но обещаю: если с одной из этих женщин что-нибудь случится, служебная жалоба станет самой незначительной из ваших проблем.

Он отвернулся и направился к автомобилю Банделя. Главный комиссар уже ждал за открытой водительской дверью.

Макс услышал, как Марвин сказал Кескин:

— Я бы не относился к этому легкомысленно. Он чрезвычайно зол.

Макс сел на заднее сиденье. Марвин устроился спереди рядом с водителем.

Пристегнувшись, он повернулся к Максу.

— Трудно поверить, но человеческая ДНК на пятьдесят пять процентов совпадает с ДНК банана.

— Охотно верю, — процедил всё ещё раздражённый Макс. — И сейчас это меня чудовищно бесит.

Марвин снова повернулся вперёд.

— Да, мне тоже по медицинским соображениям необходимо срочно научиться не обращать внимания на подобные странности.

Бандель и Марвин присутствовали при расспросах Макса сотрудником спецподразделения, поэтому уже знали, что произошло. Пересказывать всё заново не требовалось.

Марвин задал ещё два или три вопроса, но Макс отвечал настолько отрывисто, что учёный понял намёк и оставил его в покое.

— Куда вас отвезти? — через несколько минут спросил Бандель.

Макс немного подумал.

— Домой, пожалуйста. Марвин, поедете со мной из-за письма?

— Разумеется. В моей голове сейчас устанавливается столько обновлений, что выключить её всё равно не получится.

— Не возражаете, если я тоже присоединюсь? — спросил Бандель.

Макс кивнул.

— Присоединяйтесь.

— Простите за любопытство, — вмешался Марвин, — но, судя по кольцу, вы женаты. Разве супруга не ждёт вас дома?

Бандель улыбнулся.

— Она так давно замужем за полицейским, что, вероятно, уже ничего не замечает.

Но по крайней мере она в безопасности, — подумал Макс.

 

 

Отправить