Я неспешно брожу по Старому городу, наслаждаясь сухим холодом. Время от времени останавливаюсь перед витринами и разглядываю товары за огромными стёклами, в которых отражаются солнечные лучи.

Давно я не чувствовал такой лёгкости. Словно мой разум вырвался из кокона, в котором был заточён. Я долго терзался и страдал так сильно, что даже думал о самом страшном.

Теперь всё позади.

Иногда решение проблемы настолько очевидно, что его раз за разом не замечаешь.

Я улыбаюсь идущей навстречу молодой женщине и приветливо здороваюсь. Она отвечает, но не улыбается. Наверное, поглощённая какими-то проблемами, торопится по мощёным улицам Старого города, не замечая красоты старинных зданий.

Бедняжка.

Я выхожу к набережной Рейна, спускаюсь по одной из лестниц и останавливаюсь у края променада. В двух метрах от меня вода с чавканьем обтекает сложенные в груду камни.

Она кажется тёмной.

Холодной и неприветливой.

Угрожающей.

Я чувствую, как радость отступает, вытесняемая чем-то мрачным, наполняющим меня тяжёлой тоской.

И внезапно возвращается ярость.

Ненависть.

Я отворачиваюсь, поднимаюсь по лестнице и иду назад тем же путём, которым пришёл.

Теперь я уже не смотрю ни на фасады, ни на витрины. И уж тем более не здороваюсь со встречными и не улыбаюсь им.

Я понял, что мне предстоит сделать ещё немало. Ведь я только начал ставить высокомерных людей на место.

Особенно одного.

 

 

 

Отправить