Два месяца назад

 

Она заговорила с мужчиной в кафе и подсела за его столик. Всё оказалось проще, чем она думала. Он был политиком — умным, коварным, прожжённым; она же была всего лишь блондинкой. Непобедимое оружие.

Она рассказала про студенческое общежитие, про то, что денег у неё больше нет, а ей срочно нужно в Рамзау. Последний автобус она пропустила, билет в ярости выбросила в мусорную корзину.

Пока она говорила, его взгляд не отрывался от её груди. Скрещённые ноги, нежная кожа бёдер, линия таза почти его не интересовали. Даже когда она подняла дорожную сумку на колени и намеренно сдвинула платье в сторону.

Но у каждого мужчины есть ахиллесова пята — и у него тоже. Маленькие бутоны под её голубым платьем на бретельках свели его с ума.

Полчаса спустя она сидела на скрипучем кожаном сиденье его «Мерседеса».

— Вам не жарко? — спросила она, пока он пристёгивался.

Послушно, как щенок, он нажал кнопку на приборной панели. Крыша с щелчком отцепилась и сложилась назад. Потом он завёл машину.

Они поехали по Альпенштрассе в сторону Рамзау. Всего лишь небольшой крюк. Вообще-то ему нужно было в Берхтесгаден. По крайней мере, он так утверждал.

Пустынные серпантины подходили идеально. Ей оставалось только высмотреть нужное место.

Во время поездки она открыла дорожную сумку и достала кассетный магнитофон на батарейках — пёструю детскую игрушку с большими ушами Минни-Маус.

— В машине есть радио.

Он уже потянулся к кнопке посреди дисплея, но она оказалась быстрее. На её кассете заиграла Summer in the City.

— Вы здешняя? — спросил он.

Вместо ответа она начала подпевать и двигаться в такт песне. Когда кожа под ней заскрипела, она запела громче.

Встречный ветер растрепал ей волосы. Пахло хвойным лесом и свежей землёй; солнце грело лицо.

На широком повороте, лежавшем в тени деревьев, она вдруг схватила его за руку.

— Останови, мне надо пописать.

Он направил машину к обочине. Она одним прыжком выскочила наружу, побежала по хвойной подстилке к дереву, задрала платье до бёдер и присела. Одна тонкая бретелька соскользнула с плеча.

— Там кусты! — крикнул он.

— Поздно.

Она посмотрела в сторону. Из машины доносилась Summer in the City. Она знала, что он может её видеть. Знала, что он смотрит во все глаза.

Когда она закончила, то сунула руку между ног и понюхала пальцы. В тот же миг искоса глянула на него и заметила, как он резко отвернулся.

Она знала: он попался.

Когда она снова села в машину, лицо у него было красным.

— У тебя что, встал? — спросила она без обиняков.

— Я…

У него перехватило дыхание.

— Спорим, встал.

Одним движением она перебралась к нему и уселась верхом.

— О господи, вот это стояк! — вырвалось у неё, когда она его почувствовала.

— Да что вы себе позволяете…

Бросив короткий взгляд в зеркало заднего вида, он попытался столкнуть её с себя.

— Слезьте… чёрт побери, что это такое?

Она прижала ладонь к его носу и размазала запах мочи по его губам и щекам. Иногда это действовало как афродизиак.

Внезапно его руки легли ей на ягодицы. Она качнула бёдрами.

— Ради бога, — простонал он.

Его ладони двинулись выше. И вдруг глаза у него расширились.

— На тебе нет трусиков!

— Они мне не нужны, — выдохнула она.

Он торопливо зашарил у себя на брюках, принялся расстёгивать молнию. Теперь ему, казалось, было всё равно, проедет ли мимо другая машина и увидит ли кто-нибудь, как она сидит в кабриолете на коленях у господина политика.

Он отчаянно пытался вытащить из брюк свой возбуждённый член.

Всё это уже слишком затянулось. От его сопения её мутило. Коротким взглядом она убедилась, что по горной дороге снизу не поднимается ни одна машина, и нащупала кассетный магнитофон, стоявший позади неё на полке приборной панели.

Там уже играла следующая песня.

— Чёрт, подвинься немного, — прохрипел он.

Она схватила магнитофон и со всей силы ударила его ребром по лбу.

Катушки замерли, Knockin’ on Heaven’s Door оборвалась. Его взгляд погас. Голова медленно опустилась на подголовник.

Всё оказалось легче, чем она ожидала.

Она отпустила ручной тормоз, положила ему на колени магнитофон с Минни-Маус, взяла дорожную сумку с пассажирского сиденья и вышла из машины.

«Мерседес» уже катился, когда она захлопнула дверцу. Ей даже не пришлось толкать его. На всякий случай она отошла с дороги. Вокруг по-прежнему не было видно ни одной машины.

«Мерседес» съехал с асфальта и покатился по хвойной подстилке к обрыву.

Она ещё успела увидеть, как крыло скрежетнуло о камень и раскрылась подушка безопасности. Потом машина перевалилась через край и рухнула в ущелье.

Она не знала, как глубоко упал автомобиль, но далеко — вряд ли. Удар последовал почти сразу.

Кассета! — мелькнуло у неё в голове.

Она осталась в магнитофоне.

Стоит забрать плёнку? В нерешительности она огляделась. Слишком рискованно. Кто-нибудь мог её увидеть. Но, с другой стороны…

И тут из-за холма донёсся далёкий шум моторов. Несколько тяжёлых мотоциклов колонной поднимались по дороге.

Забудь про кассету, — подумала она.

Она быстро скинула туфли на каблуках и побежала по лесной дороге в чащу. В нескольких сотнях метров ниже, на поляне, стояла её машина…

---

Примечания переводчика:

КК-Юг — криминальный комиссариат «Юг» / южное подразделение криминальной полиции.

Die Presse — австрийская ежедневная газета; буквально: «Пресса».

AirBerlin — немецкая авиакомпания; название оставлено в фирменном написании.

Sixt — международная компания по прокату автомобилей.

---

 

 

Отправить