Когда Сабина вместе со Снейдером покинула комнату для допросов, она увидела, что ван Нистельрой уже ушел. Кшиштоф удобно расположился на стуле, пристроив ноги на стол, и прижимал к виску холодную банку с колой из автомата. Чуть в стороне Тина только что закончила говорить по телефону.

— Есть новости, — сказала она. — Отдел криминалистической техники со вчерашнего дня проверяет всех людей, которые когда-либо были связаны с монастырем урсулинок. Среди них акушерка, которая работала в окрестностях монастыря и иногда туда наведывалась. До настоящего момента она была не в приоритете.

До настоящего момента!

Сабина невольно подумала о родах Магдалены Энгельман и словах Януса-старшего о детях.

— Но последние сведения неожиданно делают акушерку очень интересной.

— Именно. — Тина убрала ноги Кшиштофа со стола и села. — Коллега сейчас спустится и подробнее расскажет нам об этой женщине.

Не прошло и минуты, как в дверь постучали и вошел тот же парень с ежиком на голове. В руке он держал планшет и уже собирался открыть файл, но Снейдер его опередил.

Он показал три пальца.

— Как зовут акушерку? Она еще жива? Если да, где она сейчас?

Молодой человек прочитал данные из отчета:

— Вивиана Кронер. Сейчас ей шестьдесят девять. Родилась в Верхней Австрии, двадцать лет назад переехала в Швейцарию.

— Полагаю, в Берн, — предположила Сабина.

Сотрудник удивленно посмотрел на нее.

— Откуда вы знаете?

Сабина достала из сумки распечатки Телекома и долистала до того места, которое сотрудник выделил маркером.

— Это ее номер?

Мужчина взглянул на него и сравнил данные с планшетом.

— Да, — изумленно пробормотал он.

Сабина подняла взгляд.

— На прошлой неделе Вальтер Граймс пять раз разговаривал с этой акушеркой. Боюсь, Вивианы Кронер уже нет в живых — по крайней мере, она не подходит к телефону.

— Спасибо, вы можете идти, — сказал Снейдер. — Цитглогге в Берне — наша подсказка. Нам нужно туда. — Он достал телефон из кармана и нажал на кнопку быстрого набора.

Кшиштоф отнял банку колы ото лба.

— Куда ты звонишь? В турфирму?

— Хоровицу. Он сумеет нам помочь.

— Но ему семьдесят, — засомневалась Сабина.

— Семьдесят два, — исправил ее Снейдер.

— Еще хуже — разве он уже немного не заржавел? — спросила она.

— Заржавел? Он? — повторил Снейдер и холодно улыбнулся Сабине. — Не думаю.

— Но…

— Немез! — перебил он ее с поднятой рукой. — В последние десятилетия криминология породила трех настоящих гениев: моего учителя и наставника Конрада Вессели, который умер почти четыре года назад, Хоровица и меня.

— Вау! — цинично прокомментировала она. — Тогда дело можно считать практически раскрытым.

 

 

Отправить