Дасти успокоился и больше не лаял до самого утра. Но Хелен всё равно не смогла заснуть. Невыспавшаяся, она вышла на террасу с подносом и присела на складной садовый стул. По радио как раз передавали новости. Обычная пробка на юго-восточной магистрали в направлении Вены. Господи, как же она рада, что больше не работает в городе, а ведёт собственную практику в Грискирхене. Первые клиенты — мать с сыном — придут сегодня в десять утра.

На высоковольтных проводах сидели голуби и наперебой ворковали. Через поля разносился бой часов местной церкви. Где-то тарахтела газонокосилка, а мимо виллы, громыхая, проехал трактор. Весенний день обещал быть тёплым. Поэтому Хелен надела лёгкую блузку и короткие джинсы с обтрёпанными краями и широким кожаным ремнём.

Она положила мобильный телефон и солнечные очки на садовый столик и налила кофе из термоса в пластиковый стаканчик. Хелен приготовила завтрак для себя и Франка — апельсиновый сок, яичницу, бекон, мюсли и цельнозерновой хлеб. По понедельникам Франк предпочитал плотно завтракать, потому что уезжал в бюро позже обычного. В следующий момент он появился на террасе.

— Доброе утро, милая, — коротко поприветствовал он её и поцеловал в щёку. — Я должен привыкнуть к твоей новой причёске. Оттенок красивый, но волосы стали чуть короче, верно?

Как это похоже на Франка! Какой ещё оттенок? Волосы чернющие, как и раньше. И эти двадцать сантиметров он называет «чуть короче»? Да он её просто разыгрывает.

— Шучу.

Она улыбнулась.

— Знаю, негодник.

Седые виски Франка серебрились на солнце. От него пахло лосьоном после бритья Ocean от Wilkinson. Возраст становился всё заметнее. Но, несмотря на свои пятьдесят лет, он чертовски хорошо выглядел. Сегодня снова был одет с иголочки: льняные брюки, рубашка поло, пиджак и итальянские дизайнерские туфли. За ворот рубашки были заткнуты зеркальные солнечные очки. На запястье — новые часы «Омега» с автоматическим подзаводом от движения руки. Хотя большая вечеринка по случаю дня рождения состоится лишь через три дня, Хелен подарила ему часы уже в выходные.

Она посмотрела на его белоснежную рубашку поло. Обычно он носил сшитые на заказ рубашки с вышитыми инициалами.

— Ты сегодня не поедешь в суд?

— Поеду, но ненадолго. Никаких важных встреч, только скучные дела в бюро.

Он стоя сделал глоток кофе. Затем положил на стол какую-то папку.

— Список гостей. Некоторые не приняли приглашение и не отказались. У меня совсем нет времени, позаботься об этом, пожалуйста.

— Я тоже работаю, — запротестовала она. — Кроме того, это твой день рождения!

Подавив ругательство, Хелен открыла папку. О господи, на это уйдёт уйма времени. Шестьдесят гостей. Напротив пятидесяти имён стояли нарисованные от руки знаки вопроса. Хелен знала судей, патологоанатомов и коллег Франка по отделу только по именам.

— Мог хотя бы номера телефонов написать.

— Ты легко найдёшь их в телефонной книге. — Франк поставил чашку на стол, вытащил из кармана брюк ключ от автомобиля, наклонился к Хелен и поцеловал её в лоб.

— Не позавтракаешь со мной? — спросила она.

Он взглянул на бекон и яичницу.

— Некогда. Увидимся позже, я приеду домой около пяти.

Его напряжение бросилось ей в глаза ещё утром. Обычно после выходных Франк был само спокойствие, но сейчас его что-то тревожило, о чём он не хотел говорить. Он даже в ванную пошёл с мобильным телефоном, чего никогда не делал. Вероятно, ждал важного звонка. С предстоящим празднованием это совершенно точно никак не связано, потому что до сегодняшнего дня Франк особо не усердствовал в подготовке.

— Ты предупредил фотографа? — спросила она.

— А, чёрт!

Чего и следовало ожидать! Хелен почувствовала комок в горле.

— Нам ещё нужно обсудить рассадку гостей и решить, должна ли музыкальная группа установить оборудование в шатре на случай дождя.

Франк помотал головой:

— Дождя не будет.

— Когда привезут еду для вечеринки?

Франк был уже на полпути к навесу, под которым стояли машины.

— Выясни сама, милая!

— Я забуду! — крикнула она ему вслед. — В конце концов, я не твоя экономка. Что-то ты и сам можешь сделать!

— Что с тобой? ПМС?

Его красный спортивный автомобиль квакнул. Франк открыл дверцу и плюхнулся на сиденье.

Хелен обвела взглядом хлеб, яичницу, бекон и мюсли.

Только не волноваться…

Что она всегда советовала своим пациентам? Сосчитать до десяти, глубоко вздохнуть, дождаться, пока первый гнев пройдёт, и лишь тогда открывать рот. Она начала считать. Когда мысленно произнесла «три», под навесом уже стояла только её маленькая голубая «тойота». Гравий разлетался во все стороны по подъездной дорожке. Франк задним ходом промчался на «ламборгини» к выезду, не останавливаясь, миновал почтовый ящик и развернулся на дороге.

Вместо того чтобы помахать Хелен, он нажал на газ. И умчался.

— Козёл! — выругалась она.

Всё-таки это его вечеринка, которая должна пройти именно в среду и именно в её доме. В этом весь Франк! Гости снова должны подстраиваться под него. Он обещал ей позаботиться обо всём и помочь в день праздника. Интересно будет на это посмотреть! Она ведь умеет так великолепно всё организовывать и общаться с людьми. Он не самый деликатный и лишь допрашивает преступников — она же разговаривает с людьми. Хотя они поженились не так давно, их отношения всё чаще подвергались испытаниям. Франк, который вначале был очень внимателен, превратился в прожигателя жизни, всё меньше считавшегося с желаниями и потребностями Хелен.

«Франк — настоящий джентльмен, вы идеально смотритесь вместе», — утверждали её подруги. Но ни одна из них не знала, какой он на самом деле. Одна из самых ярких его способностей — умение всё делегировать в последнюю секунду. О’кей! Выдохни! Ты всё равно не можешь это изменить.

Хелен громко свистнула.

— Дасти! Завтрак! Бекон и яичница!

Обычно джек-рассел-терьер прибегал сразу же, едва слышал свист. Но сейчас его и след простыл. Хелен поковыряла ложкой мюсли и бросила взгляд на список гостей. Кому она должна позвонить? Адвокату Сайснеру, доктору Хенриху из суда, трём женщинам — коллегам Франка, двум доцентам из университета, школьному другу и… У Хелен перехватило дыхание.

Бен Колер.

Напротив его имени стояла галочка. Значит, он придёт в среду. А значит, буря эмоций на этой вечеринке Хелен обеспечена. Как ей держаться с ним? И самое главное… как поведёт себя он? Всё-таки в последний раз они виделись три года назад, и между ними осталось так много недосказанного. В то время она ещё сотрудничала с уголовной полицией в качестве судебного психолога-эксперта. Но три года назад всё резко оборвалось — как и её отношения с Беном. О господи, Бен. На глаза навернулись слёзы, когда она подумала о его сыне.

Хелен познакомилась с Беном, когда он перешёл из спецподразделения «Вега» в уголовную полицию. Самый разумный шаг, какой мог сделать отец-одиночка. Сейчас он наверняка уже главный инспектор отдела по расследованию убийств. Очевидно, они сотрудничают с Франком как с прокурором. Помнит ли Франк, что раньше Хелен и Бен были вместе? Несомненно. Франк никогда ничего не забывает — а такое и подавно. Наверняка он знает, что сын Бена умер три года назад, — ещё одна причина, по которой их отношения распались. Смерть Флориана подкосила Хелен не меньше, а возможно, даже больше. Она безумно любила Фло. Наверное, потому что сама не могла иметь детей.

Зазвонил мобильный телефон. Она вздрогнула. Неизвестный номер. Поглощённая мыслями, Хелен схватила телефон.

— Да?

В ответ послышалось лишь тяжёлое дыхание.

— Алло? — сказала она. — Франк, это ты?

Дыхание.

— Франк? — повторили на другом конце. — Это ваш муж? — Голос казался изменённым, каким-то электронным.

Сердце Хелен забилось быстрее. Она не ответила.

— Вы одна, госпожа доктор? Франк уехал? — спросил мужчина.

— Кто это? — Хелен старалась говорить уверенно.

— Если вы выясните, кого я похитил и почему, человек останется в живых. Если нет — умрёт. У вас сорок восемь часов.

— Простите? — Хелен решила, что ослышалась.

На другом конце дышали. Хелен начала ощущать воздействие угрозы. Но ещё не понимала, пытается ли кто-то сыграть с ней злую шутку или звонивший просто сумасшедший.

— Чтобы доказать, что я не шучу, — продолжил мужчина, — я оставил вам подарок.

— Подарок? — повторила она. Взгляд машинально скользнул по столу и остановился на пустой коробочке с красной подкладкой, которую она нашла утром возле почтового ящика.

— Как вас зовут? — спросила она.

— Это не имеет отношения к делу.

— Но кое-что я о вас уже знаю, — заявила Хелен.

Он рассмеялся.

— Например, фрау доктор?

— Я знаю ваш почерк.

— Значит, вы уже нашли коробочку.

Хелен показалось, что он ухмыльнулся. Она по-прежнему понятия не имела, чего он добивался своим «подарком», потому что коробка была пуста.

— Что ещё, по-вашему, вы обо мне знаете?

Вопрос звучал провокационно. Он хотел её проверить. В любой другой ситуации Хелен положила бы трубку, но сейчас хотела выяснить, говорит ли он правду, утверждая, что похитил человека.

Она глубоко вдохнула и произнесла настолько ровным и спокойным голосом, насколько это было возможно:

— Надпись смазана вправо. Вы левша.

Смех незнакомца оборвался.

Хелен вспомнила цитату, которую любил повторять Бен Колер: «Чем сильнее преступник пытается запутать следы, тем больше подсказок оставляет». Кроме того, имея за плечами психологический факультет, четырнадцать лет терапевтической практики и опыт работы судебным психологом, Хелен автоматически анализировала любое необычное поведение — и первая мысль, как правило, оказывалась верной.

— Поскольку на коробке не указан адрес, — продолжила она, — полагаю, вы лично принесли подарок. Вероятно, сегодня ночью, около пяти утра. Моя собака прогнала вас, иначе вы оставили бы его перед дверью… а не засунули в почтовый ящик. — Дасти наверняка вытащил коробочку оттуда лапой.

Мужчина молчал.

— Вы изменили голос. Значит, по настоящему голосу я вас узнаю. Кроме того, вы скрыли номер телефона, чтобы я не могла сообщить в полицию. Возможно, мы уже встречались. Вы один из моих клиентов?

Он по-прежнему молчал.

Хелен молилась, чтобы всё это оказалось глупым розыгрышем и шутник поскорее назвал своё имя. Не хватало ей только сумасшедшего, который по ночам околачивается на её участке, как, впрочем, и сталкера или невменяемого клиента.

— Я… — Она замолчала, краем глаза увидев, как Дасти выпрыгнул из-за низких изумрудных туй, отделявших участок от прилегающих полей. Он помчался к ней и улёгся под столом. Хелен услышала чавкающие звуки, заглянула вниз и не поверила своим глазам.

Дасти что-то жевал. У Хелен тут же мелькнула мысль, что сумасшедший, возможно, хочет отравить её пса. Она отложила телефон, схватила Дасти за ошейник и залезла рукой ему в пасть, чтобы вытащить предмет.

Хелен едва не стошнило.

Что-то продолговатое, мягкое и тёплое. Человеческий палец! Отрезанный у самого основания пястной кости. Неаккуратный срез. Кожа и ткани на конце обтрёпаны, словно кто-то несколько раз принимался за садовые ножницы, пытаясь отделить палец от ладони.

С отвращением Хелен бросила палец на пустую тарелку, чтобы Дасти больше не мог до него добраться. Вытерла руку о джинсы и закрыла глаза. Её всё ещё подташнивало. Нет, этого не может быть! Сердце бешено колотилось, в горле словно застрял плотный комок. Хелен схватила стакан с апельсиновым соком и выпила залпом, но комок остался.

Это был женский палец. Теперь она поняла, почему коробочка с красной подкладкой была пуста. Дасти унюхал палец и вытащил его из картонной коробки.

Вдруг Дасти стал давиться. Господи, что теперь? Пёс хрипел и кашлял, его грудная клетка содрогалась. Пугающие гортанные звуки — словно желудок выворачивало наизнанку.

— Дасти! — Она присела рядом и погладила его по животу. В следующий момент пса стошнило. По плитам террасы, звякнув, покатилось кольцо. Несмотря на припекавшее весеннее солнце, у Хелен по спине пробежал мороз. Она подняла покрытое слизью украшение — рубин тускло заиграл на свету.

Пожалуйста, — взмолилась она про себя. Это какая-то мерзкая шутка. Послезавтра Франк отмечает пятидесятилетие, на праздник приглашено около шестидесяти гостей. Может, кто-то из них решил разыграть её? Но почему именно её, а не Франка? И почему сегодня? Или за всем этим стоит сам Франк? Ни за что! За два года их брака он никогда над ней не подшучивал, а такой безвкусный розыгрыш был не в его стиле. Поэтому оставался один вывод: она действительно разговаривает с сумасшедшим.

Дасти уже оправился и блаженно валялся на спине. Хелен сжала кулак, надеясь мышечным напряжением избавиться от стресса и волнения, которые с каждой секундой охватывали её всё сильнее. Но это не помогло. Она знала: парень хочет просто свести её с ума.

Дрожащими пальцами она схватила мобильный телефон.

— Что…

— Почему вы пропали? — спросил он.

— Потому что мою собаку стошнило! Хотите услышать подробности? — Её страх превратился в ярость.

— С этого момента вы делаете только то, что я вам говорю! И даже не вздумайте рассказать мужу или полиции о нашем телефонном разговоре, — пригрозил он, — иначе я отрежу жертве не только оставшиеся девять пальцев, но и вообще все части тела, чтобы она истекла кровью. Вы меня поняли?

Хелен молчала.

— Я задал вам вопрос!

— Да. — Её желудок протестовал. Она почувствовала кисловатый привкус во рту и сглотнула. — Как себя чувствует женщина?

— Женщина? — повторил он. — Вы наблюдательны. Имеете в виду, если не считать кровотечения? Она держится молодцом.

— Ей нужна медицинская помощь?

— Полагаю, да, но у неё всё в порядке.

— Я хочу поговорить с ней.

— Завтра, когда она будет в сознании.

Вероятно, сейчас её рядом не было. Наверняка он держал женщину в каком-нибудь подвале, связанную и с кляпом во рту.

— Почему я? Почему именно сегодня? — Бессмысленно было притворяться и говорить уверенным тоном. Психопат знал, что сломил её сопротивление.

— Почему? — эхом отозвался он. — Это вы должны выяснить, Хелен. У вас осталось чуть меньше сорока восьми часов.

Машинально она посмотрела на склизкое рубиновое кольцо, которое Дасти лапой возил по полу. Подсознание подсказывало, что она уже видела это кольцо.

— Ещё одна подсказка, потому что ваше время уже пошло: речь идёт о ком-то, с кем вы знакомы. Но этот человек знает вас лучше, чем вы его.

Связь оборвалась.

 

Отправить