Между мирами

 

Я уже писал, что жизнь на корпункте весьма специфическая. Ты как бы живешь и не там, и не здесь. Ну в точности, как командировка, только растянувшаяся на годы. С одной стороны, корпоративная квартира в центре Тель-Авива, закрытый жилой комплекс с бассейном и сауной, зарплата сильно повыше, чем в Москве, служебные телефон и машина. С другой — себе не принадлежишь вовсе, заменить тебя некем, в туалет ходишь с телефоном, что-то запланировать дольше, чем на ближайшие 24 часа невозможно. Да и такой срок не факт — вечно что-то случается, то теракт, то война, то еще какая-нибудь неурядица.

Сидишь вот так с женой в кафе, дзынь, пришла смска — теракт в Димоне. Срываешься с места и мчишься за пару сотен км, чтобы снять сюжет. А на следующий день запланирована съемка в кибуце на юге, где в пустыне выращивают помидоры в песке по какой-то чудесной технологии, а послезавтра надо сделать сюжет о женщине, которая устроила у себя дома приют для раненых черепах в количестве трех сотен и так всю дорогу.

Одна только радость — у нас родился сын. Правда, и тут не обошлось без приключений. В том смысле, что он надумал появиться на свет 1 апреля. Поэтому, когда Алена растолкала меня ни свет ни заря со словами «сейчас поедем рожать», я чего-то пробурчал вроде «очень смешно» и откинулся на подушку, но через секунду подскочил, жена не склонна к таким шуткам, и мы поехали в больницу, где спустя часов 10 появился на свет Сергей Ауслендер — младший.

Имя ему давали так. Были разные варианты, но тут приехал взглянуть на новорожденного мой друг, которого зовут Сергей и, услышав про трудности с выбором имени, сказал, что лучше имени «Сергей» пока не придумали. На том и порешили. Алена, услышав окончательный вариант, долго возмущалась, потом смирилась, но заявила, что, когда появится дочь (она родилась через три с половиной года), ее «Аленой» точно не назовут, а выбор имени девочки она эксклюзивно оставляет за собой. Дочь впоследствии назвали Машей.

Отправить