Глава 31

…Почти невыносимое желание хоть как-нибудь ускорить время и хоть немного приблизить день рождения накатило… во время пребывания в Кремле. Поэтому инспекцию флигеля, выделенного Белосельскими Нинке, ее команде и прирученному зверью, я провел намного быстрее, чем планировал. Не стал забалтываться и с Ремезовым — выслушал описания мелких проблем, которые прокурорский уже решил, обсудил еще не случившиеся, но вполне вероятные, вник в несколько новостей, не связанных с аукционом, и заявил, что нам пора. Так что в «Золотые Ключи» прикатил в девятнадцать пятьдесят, припарковал внедорожник на его законное место, подхватил Наташу под локоток, довел до лифтов, поднял в нашу квартиру и утащил в кабинет.

Матушке позвонил уже оттуда — поинтересовался, как дела в усадьбе, рассказал о том, как прошел день, дождался условной фразы, пожелал добрых снов и отключился. После чего врубил турборежим — активировал «глушилку» и «няню», положил перед последней телефон, открыл портал к родительнице и следом за напарницей перешел в часовой пояс, в котором уже дорос до совершеннолетия.

Обнаружив, что матушка и ее верная целительница почему-то встречают нас в кабинете, отрешенно удивился. Но задуматься о причинах не успел — был трижды «взят в захват» и зацелован до полусмерти, наслушался невероятно искренних, теплых и веселых поздравлений, разомлел и почувствовал себя абсолютно счастливым. Вот и плавился от удовольствия до тех пор, пока кто-то из дам не вырубил верхний свет. А потом блондинка обняла меня со спины, развернула в дальний угол помещения и «убито вздохнула»:

— Каждый вечер, радуя массажем Анастасию Юрьевну, я страдаю из-за того, что ты, мой горячо любимый господин, не подпускаешь к себе меня. Вот и дарю это массажное кресло руководителя в качестве намека на то, что мои руки в разы нежнее умелой, но бездушной машины, и что я жажду хотя бы раз в сто лет избавлять тебя от усталости прожитого дня…

— Ой, лиса-а-а… — с улыбкой протянула Наташа, а я развернулся на месте, чмокнул «лису» в подставленную щечку, заявил, что собираюсь вдуматься в «намек», провел коротенькие ходовые испытания приблуды и поблагодарил Аню за великолепный подарок. Кстати, нисколько не преувеличивая — судя по тиснению на подлокотниках, кресло, которое она приобрела, было создано на предприятиях торгового дома братьев Кузнецовых — поставщиков Двора Его Императорского Величества — и стоило, как самолет.

Целительница спрятала смешинки за густыми ресницами, обиженно выпятила нижнюю губу и уставилась в пол. Пришлось исправляться:

— Намек понял. К себе подпущу. Причем не раз. Честно-честно…

Тут женщины рассмеялись, заявили, что зря я не обдумал формулировку обещания, и снова замолчали. После чего матушка включила большой экран и затаила дыхание, а Наташа поймала мой взгляд и посерьезнела:

— Опыта выходов в высший свет у меня пока немного, но то, что каждое мероприятие — это, своего рода, ярмарка тщеславия, я уже поняла. Поэтому сочла, что главе единственного рода боевых магов высшей категории Империи невместно приезжать на приемы ни на «Гепарде», ни на «Леснике». Вот и дарю автомобиль для влиятельных, состоятельных и, в то же самое время, молодых аристократов — «Магнат». Водите в свое удовольствие, мой господин!

— А где определение «любимый»⁈ — нахмурилась моя родительница, но картинку на экран все-таки вывела.

И объяснила все ее странности:

— Фотография — со странички автосалона. А сам подарок стоит на нашем третьем парковочном месте — через две машины от «Лесника». Увы, доступа к камерам гаража «Ключей» у нас нет, так что оценишь машинку сам. Впрочем, самое главное я скажу: твоя подружка выбрала бронированную и в топовой комплектации. Ибо понимает, что ее любимый господин обязан передвигаться по столице на лучшей технике из всех возможных.

— Спасибо, Наташ! Я в восторге… — улыбнулся я, подошел к сияющей подруге и приложился к обеим щечкам. А через мгновение уставился на новую картинку, появившуюся на экране, и невольно сглотнул.

— А это — мой подарок… — мурлыкнула мама и продолжила сводить меня с ума: — Единственный гражданский экземпляр квадрокоптера «Овод». Собран персонально под тебя. В разрешении на полеты над Владимиром ограничений нет. То есть, идентификатор этой игрушки внесен в базы данных Конвоя, так что на срочные вызовы государя ты сможешь прибывать по воздуху. Впрочем, Императрица настоятельно рекомендовала приехать на этот Предновогодний Прием на «Магнате». Что еще? Ах, да: игрушка шестиместная, чуть пошустрее и заметно комфортнее «Икара». Уже доставлена на Западную посадочную площадку «Золотых Ключей» и с нетерпением ждет хозяина.

Ангар под нее тоже есть — подарили Белосельские. А пилот-перегонщик забил координаты в навигатор. Соответственно, единственное, что нам надо будет заказывать в «Стрешнево» перед прилетами и отлетами — это разъездные машины.

— Вы так меня совсем избалуете… — буркнул я, переварив услышанное. И получил шуточный совет:

— Мсти: мы все в предвкушении…

…Семейные посиделки по случаю моего совершеннолетия прошли не в кабинете — после вручения подарков Наташа открыла портал в гостиную особнячка на Лесной, в который, как вскоре выяснилось, втихаря перетаскала промышленные объемы вкусняшек. Мне понравилось абсолютно все, начиная с тостов, которые произносила матушка первые минут двадцать пребывания за праздничным столом, и заканчивая весельем, начавшимся после завершения «официальной части» мероприятия. Впрочем, шуточные перепалки не мешали нам думать. Поэтому в какой-то момент целительница, устав ржать, подняла чертовски интересный вопрос: спросила, а не потеряю ли я лицо, забив на официальное празднование своего совершеннолетия.

И заставила хозяйку хищно усмехнуться:

— Неа: де-юре Олег вынужден забить на это мероприятие из уважения к государю – принял его приглашение, прибыл во Владимир и вовсю готовится к Предновогоднему Императорскому Приему. Суббота пройдет в отдыхе от этого мероприятия, которое наверняка закончится под утро, и в утомительных перелетах. А проводить прием в воскресенье тоже не вариант — совмещать празднование Нового года с чем-либо еще, слава богу, не принято. Равно, как не принято и переносить подобные мероприятия в следующий год. Кстати, не случись эта оказия, Олег понес бы репутационные потери в любом случае…

— Почему? — нахмурилась Аня, а Наташа потемнела взглядом.

Тут заговорил я:

— Столичного поместья у нас нет, а родовая усадьба расположена у черта на рогах, соответственно, я обязан выделить каждому гостю достойные покои или хотя бы один этаж гостевого домика. А в наших гостевых домиках живут мои люди. И мне одинаково невместно как просить их ненадолго съехать, так и заселять дворян в кем-то обжитые помещения.

— Поняла… — кивнула блондинка и сделала напрашивавшийся вывод: — Получается, что коттеджный поселок в Восточном будет построен в том числе и для того, чтобы ты мог проводить в особняке приемы и балы?

Я подтвердил. И мысленно согласился со следующей догадкой. Только озвученной Наташей:

— Не удивлюсь, что государь решил провести Предновогодний Прием именно тридцатого декабря для того, чтобы не позволить твоим врагам заляпать тебя грязью.

Я собрался, было, обдумать этот тезис, но выпал в осадок от ответа матушки:

— На самом деле дату назначила государыня. Ибо памятные даты дворян, поддерживающих Белосельских, отслеживает она.

А в остальном все верно…

После того, как я задумчиво хмыкнул, родительница решила съехать на тему повеселее и поинтересовалась, отслеживали ли мы реакцию дворянства на публикацию на сетевой страничке Канцелярии официального уведомления о дате проведения Первого Императорского Аукциона и информационного блока о его лотах.

Я отрицательно помотал головой и превратился в слух.

— А зря! — ехидно ухмыльнулась она. — Уже на пятьдесят второй минуте с момента публикации этой информации был побит абсолютный суточный рекорд посещаемости сетевой странички Канцелярии. Еще через двадцать три были проданы ВСЕ авиабилеты на рейсы во Владимир на двадцать девятое и тридцатое декабря. А через два сорок мне позвонила Императрица и радостно пожаловалась на то, что ее супруга заваливают прошениями на участие в аукционе… представители властной элиты других государств!

— Значит, Нинка и ее помощники заработают денег на десяток безбедных жизней… — с улыбкой заключил я.

— Именно! — подтвердила родительница и посерьезнела: — Увы, и в этой бочке меда найдутся свои ложки дегтя. Поэтому вдумайся, пожалуйста, вот во что…

Более чем вероятные варианты развития событий описывала как бы не полчаса. А после того, как добилась понимания, вздохнула, извинилась за то, что так сильно загрузила в день моего рождения, произнесла еще один тост и, осушив бокал, послала нас с Наташей лесом. В смысле, в «Золотые Ключи». Отсыпаться перед сложным мероприятием. Впрочем, в усадьбу свалила лишь после того, как Аня с Наташей убрались со стола.

Мы тоже не стали задерживаться — я открыл портал в кабинет, перешел в него следом за напарницей, «скинул» ненужное заклинание и подобрался, поймав ее очень уж серьезный взгляд:

— Олег, уделишь мне несколько минут?

Я кивнул, помог ей опуститься в ближайшее кресло, сел напротив и повел рукой, предлагая начинать.

«Природница» собралась с мыслями и, по своему обыкновению, не стала ходить вокруг да около:

— Я знаю, что нравлюсь тебе, как женщина, достаточно давно. Когда-то это пугало. Потом начало удивлять. Из-за того, что ты, находясь на самом пике гормонального взрыва, относился ко мне предупредительнее некуда. А через какое-то время после того, как я вросла душой в тебя, в твою матушку и в Аню, внезапно заставило почувствовать себя твоей во всех смыслах этого слова. Я до смерти боюсь тебя разочаровать, поэтому «сдалась» Анастасии Юрьевне — описала все грани моего отношения к тебе, предельно честно ответила на все вопросы и прослушала лекцию о половом воспитании юношей в дворянских родах. Потом узнала про мезальянсы и про твое обещание отцу, разобралась во всех нюансах обязанностей вековуш и заявила, что хотела бы стать для тебя еще и ею. Как оказалось, мне, потомственной дворянке, невместно заключать подобные контракты, тем не менее, я, незамужняя девушка, вправе спать с тем, с кем считаю нужным. Само собой, не афишируя этих отношений. Так вот, раз ты стал совершеннолетним и свободен от клятв, значит, я имею право предложить себя в вековуши без заключения контракта. То есть, спать с тобой без каких-либо обязательств с твоей стороны до тех пор, пока ты не решишь жениться или не сочтешь, что эта часть моего служения более не требуется. И еще: я прекрасно осознаю, чего прошу, не претендую на место твоей супруги или матери твоих детей и даю слово, что не заставлю пожалеть о согласии пойти мне навстречу.

Я приложил себя заморозкой еще в самом начале этих объяснений, так что задал первый уточняющий вопрос, не отвлекаясь на волнующие фантазии:

— Наташ, я в два раза младше тебя. Тебя это не смущает?

Она отрицательно помотала головой:

— Нет: я ушла под твою руку, считаю это решение лучшим в своей жизни, а тебя — центром моей личной Вселенной, и плевать хотела на все, что мешает стать твоей еще и так.

— Ты хочешь сказать, что видишь во мне мужчину? — переварив очень уж эмоциональное завершение фразы, спросил я, затаил дыхание и получил еще более убийственный ответ:

— Да. И для того, чтобы в этом убедиться, тебе достаточно прислушаться к чувству Воды…

Прислушался. Не сразу, но сообразил, на что она намекает, и на пару мгновений выпал в осадок. Потом обновил заморозку, чтобы хоть немного прийти в себя, облизал пересохшие губы и… ляпнул:

— Мне до безумия хочется согласиться. Но я не представляю следующий шаг.

— В идеале нам надо будет разойтись по разным ванным. И через какое-то время встретиться либо в твоей, либо в моей спальне… — без тени улыбки ответила она, и у меня помутилось в голове. То ли от хрипотцы, появившейся в ее голосе, от ли от безуминки во взгляде. А потом Наташа пошутила, и мне поплохело еще сильнее: — Кстати, в теории я должна скромно выдохнуть слово «Да…», но мне хочется спросить, почему мы еще тут… Простишь?

— В том случае, если ты придешь в мою спальню не позже, чем через десять минут… — услышал я свой собственный голос, отрешенно отметил, что привычка отшучиваться на автомате иногда оказывается чрезвычайно кстати, и последовал примеру Наташи, сорвавшейся в рывок…

…Она нарисовалась на пороге от силы через семь минут, спокойно сняла халат, без особой спешки забралась под одеяло и поймала мой взгляд:

— Несколько советов примешь?

Я утвердительно кивнул, так как говорить был не в состоянии.

— Олег, я уже твоя, хочу тебя ничуть не меньше, чем ты меня, и тоже теоретик. Почему именно, расскажу как-нибудь потом. А пока порекомендую приложить меня Огнем и Жизнью. Секунд, эдак, на пятнадцать — у меня сорвет крышу, и самый первый раз у обоих получится очень быстрым. Зато потом я помогу разобраться в реакциях моего тела на любые ласки и постараюсь не разочаровать…

Первый раз действительно получился очень быстрым. И, окажись я в постели не с Наташей, наверняка обзавелся бы комплексом неполноценности. Но эта женщина улетела быстрее меня, свела с ума чувственностью стонов и, не успев… хм… отстреляться, сначала опрокинула меня на спину, затем села сверху и, коснувшись грудью моих губ, хрипло призналась, что ей не хватило буйства моих губ и рук.

Вот я и распустил и те, и другие. Еще до того, как начал соображать. А через несколько мгновений почувствовал, что мои поцелуи и ласки сводят ее с ума, взял под контроль Воздух, услышал хриплое «Спасибо…», и выключил голову. Хотя нет, не так: я перестал думать. Но реакции «Природницы» на мои воздействия отслеживал внимательнее некуда. Поэтому уже через пару минут поверил, что ей нравится… хм… внимание к груди, потом поймал точно такое же ощущение, погладив попку, и совершенно осознанно приложил свою женщину ее любимым сочетанием стихий.

Наташа снова улетела фантастически быстро.

Но в этот раз задержалась на пике удовольствия секунд на восемь-десять. А после того, как вернулась в реальность, напрочь отпустила тормоза — дотянулась до терминала управления светом, выбрала режим, осветивший ее тело, и снова отключила мой разум:

— Я менялась для тебя. Поэтому любуйся открыто: это дико возбуждает. И еще: возьми меня так, как хочется тебе — я хочу почувствовать себя твоей…

Попробовал. И то, и другое. В процессе убедился в том, что ей на самом деле нравятся и восторг в моих глазах, и любые проявления инициативы, так что наплевал на свои загоны и сначала утолил самое острое желание, а потом занялся «экспериментами». Хотя нет, опять не так: ими занялись МЫ — Наташа описывала испытываемые ощущения, подсказывала, как их усилить, и сводила с ума яркостью… хм… финишей, а я, вроде как, проявляющий инициативу, с удовольствием следовал советам и наслаждался результатами.

Увы, в восемь утра завибрировали наши часы, и моя женщина, как раз изображавшая наездницу, сначала посмотрела на экран своих, а затем поймала мой взгляд, облизала припухшие губки и снова качнула тазом:

— Нам… пора… тормозить… Но я… хочу… еще…

— Ненасытная… — встроившись в ритм, выдохнул я, приложил ее Огнем и Жизнью, отпустил полетать свою крышу и снова выпал из течения времени. А после того, как «еще» закончилось, помог напарнице рухнуть рядом, обнял влажное тело, продолжавшее содрогаться от остаточных волн удовольствия, и ляпнул: — Кажется, ты взяла шестую стихию — Чувственное Удовольствие.

— Ага. И эта стихия заточена персонально под тебя… — мурлыкнула она, легла на правый бок, пристроила руку мне на грудь, закинула колено на бедро, потерлась щекой о плечо, уставилась в глаза и как-то резко посерьезнела: — Олег, я помню, что не вправе навязывать свои желания, поэтому говорю, как есть, в первый и последний раз: я получила море удовольствия, хочу еще до слабости в коленях и буду счастлива отдаваться хоть по десять раз на дню. Так что появится желание — зови. Хоть в спальню, хоть в кабинет, хоть в душевую кабинку. И последнее, но самое главное: спасибо — я, наконец, почувствовала себя женщиной…