Глава 22

…Первый водоем мира единорогов мы увидели в два двадцать пять ночи по времени Усть-Ангарска. На экране «базы» высокоскоростного дрона, который гнали над руслом небольшой реки. Наташа, управлявшая «птичкой» лежа, от избытка чувств пихнула меня бедром, заставила «игрушку» набрать высоту и восторженно охнула: дальний край «водоема» уходил за горизонт, а значит, мы нашли либо очень большое озеро, либо море, либо океан!

Следующие несколько минут мы вглядывались в границу между ним и небом, подернутую сиреневой дымкой, но дальнего берега так и не увидели. Поэтому подруга уронила дрон к крошечному заливчику рядом с небольшим мысом, вывесила над пятном из «туманной» травы, полюбовалась розовыми полевыми цветами и снова подняла «птичку» метров на триста.

— И… зачем? — полюбопытствовал я, пихнув женщину в предложенном ею стиле.

Ответ сорвал фантазию с нарезки:

— Сидеть у моря и пялиться на воду не в нашем стиле. А для того, чтобы буйствовать на гидроциклах, нужно знать, что тут с глубинами…

— И ведь не поспоришь… — усмехнулся я, растрепал ей волосы, подождал, пока дрон спикирует на узенькую песчаную полоску на дальней оконечности мыса, всадил метку со стихийными маркерами в чем-то понравившийся валун и «полностью вернулся» в спальню. В смысле, отполз назад, полюбовался аппетитной попкой и красивейшими ножками напарницы, верхняя половина тушки которой все еще возлежала на надувном матрасе в мире единорогов, и открыл еще один портал. Но уже к новой точке привязки. Затем перешел на ту сторону, поймал и занес «птичку» в особняк на Лесной, положил возле стены и вытянул к себе матрас вместе с подругой, «базой» и горой вкусняшек.

Наташа сразу же перевернулась на спину, вцепилась в протянутую руку, встала, в темпе закрыла «зеркало» и уставилась мне в глаза взглядом, полным воистину детского предвкушения.

— Переодевайся! — с улыбкой разрешил я, вырубил «глушилку», набрал сообщение для матушки и Ани, отправил в их личные каналы и… приложил себя заморозкой. Так как засек чувством Воздуха «неправильное» шевеление подруги, повернул голову к ее «силуэту» и обнаружил, что женщина уже тянет вверх водолазку, а все остальное шмотье аккуратно сложено на кресле!

— Засмотрелся на купальник, который еще не видел? — ехидно спросила она, правильно интерпретировав мое секундное зависание.

К этому моменту я успел остыть, поэтому отшутился в стиле батюшки:

— Красоту купальника оценю очень и очень нескоро: в данный момент я любуюсь умопомрачительной фигуркой.

— Комплимент — приятнее некуда… — довольно мурлыкнула она, в темпе повесила водолазку на спинку кресла, изобразила красивейший танцевальный пируэт и лукаво улыбнулась: — Это я так вымогаю еще один. Или два… Кстати, может, сменим локацию, пока ты придумываешь новые? А то эта превратит нас в объекты для игривых шуточек.

Я оглядел смятую постель, матрас, валяющийся на полу, «базу», дрон и стопку Наташиной одежды, представил, как разойдется матушка, увидев все это великолепие, и согласно кивнул. Поэтому стянул футболку и шорты, влез в шлепки, мотнул головой в сторону входной двери и сорвался на бег.

Как ни странно, успели: сообщение моей родительницы «Мы готовы…» упало в мой канал через несколько секунд после того, как мы влетели в гараж. Так что я переместился к терминалу управления стационарной «глушилкой», ткнул в нужный сенсор, развернулся на месте, представил лицо родительницы и сначала открыл, а затем расширил портал.

Оглядев меня с головы до ног и врубившись в настоящий смысл моего сообщения, она показала мне кулак и серией жестов попросила подождать три минуты. После моего подтверждающего кивка исчезла из поля зрения. А через две с половиной минуты вышла из рывка прямо перед «зеркалом», перешла ко мне, чмокнула в щеку и сообщила, что Анька уже бежит.

— Мы никуда не торопимся… — улыбнулся я, сделал комплимент сначала ей, а затем ее личной целительнице, закрыл портал и открыл новый. На берег то ли моря, то ли океана.

— Ух-ты!!! — восторженно выдохнула мама, оценив красоту «картинки», метнулась к Наташе и помогла стянуть чехлы с гидроциклов. А я тем временем ускорил восприятие, «раздул» покров, перебрался в смежный мир, огляделся и махнул рукой. Вот дамы ко мне прицепы и перекатили.

Следующие минуты три-четыре мы занимались делом: вбили в берег два стальных кола, прищелкнули к специальным кольцам карабины с тросиками от лебедок прицепов, снова завели движки последних и спустили гидроциклы на воду. А после того, как вернули «транспорт» на берег, я толкнул небольшую речь:

— Мелей, в которые можно впороться, тут нет. Крупных рыб и морских животных мы тоже не заметили. Но расслабляться не надо. Поэтому живем и в чувстве Воздуха, и в чувстве Воды, постоянно поглядываем по сторонам и держим покровы на максимуме. И последнее: Пространством владеем только мы с Наташей. Так что катаемся на разных гидроциклах. Чтобы, в случае чего, переместить вас в гараж. Вопросы?

— Вопросов нет! — отрапортовала матушка, шлепком по попе отправила ко мне целительницу и ушла в рывок. А после того, как возникла на сидении ближнего гидроцикла и заставила его покориться, вытребовала к себе мою напарницу.

Я поймал взгляд блондинки и предложил порулить, но она отрицательно помотала головой и рассмешила:

— Я хочу сойти с ума от скорости и буйства на грани умопомешательства, но сама такое катание не потяну!

— Наш человек! — довольно хохотнула моя родительница и потребовала, чтобы мы не тупили. Вот я ее примеру и последовал. Только перед тем, как переместиться на сидение гидроцикла, заставил воду «загустеть».

Наташа обозвала меня читером, а Аня не только удивила, но и заставила использовать заморозку — переместившись на гидроцикл и сев за мной, как-то уж очень смело обхватила меня за талию, вжалась в спину и проверещала на ухо, что готова ко всему на свете.

— Лови ее на слове! — ехидно посоветовала мама и сорвала свою игрушку «с места» так, что она встала на попа.

Следующие минут сорок буйствовали сравнительно недалеко от берега — закладывали сумасшедшие виражи, прыгали с создаваемых нами же волн и, конечно же, падали. Но привычка ускорять восприятие, навыки манипуляции стихиями и «раздутые» покровы позволяли не бояться травм, а получаемое удовольствие все усиливало и усиливало кураж. Так что унялись только после того, как у матушки, Наташи и Ани «отказали» предплечья.

Ага, пассажирки тоже брали на себя управление. И периодически путали гидроциклы. Хотя нет, не так: гидроциклы периодически путали все дамы, включая мою матушку. А еще нещадно грызлись за право «подержаться» за руль, сбрасывали «конкуренток», страшно обижались на меня за помощь «не тем» и «не так», «мстили», используя магию, и, конечно же, хохотали. Причем как над своими, так и над чужими падениями или проделками. Поэтому сияли на зависть светилу этого мира и «фонили» воистину безграничным счастьем.

Прерывать веселье из-за внезапной «немощи» не захотела ни одна: Аня, с моей помощью забравшаяся на гидроцикл после очередной уморительной попытки изобразить пушечное ядро, предложила сгонять к горизонту, а мама и Наташа, сражавшиеся за право… побездельничать, поддержали ее идею. Вот я и зашевелился. В смысле, открыл портальчик к «сетевой няне», посмотрел на экран телефонов, убедился в том, что ни меня, ни Наташу никто не дергал, и энергично взмахнул рукой.

Втопили, что называется, на расплав движков. И минут восемь-десять неслись к фиолетовой дымке на границе неба и воды, периодически взлетая в воздух на небольших волнах. А потом я заметил на одиннадцати часах пяток фонтанов, заложил плавную дугу и эдак километра через полтора-два скинул скорость до нуля.

Второй гидроцикл закачался рядом буквально через пятнадцать секунд, и его хозяйки затаили дыхание. Дышали через раз все время, пока я «двигал» портал к очень уж большим тушам, отдаленно напоминавшим и кашалотов, и китов.

А после того, как я вывесил «зеркало» метрах в десяти от ближнего, моя родительница озвучила мысль, терзавшую и меня:

— Интересно, какого они класса опасности, чем защищаются от местных хищников и каким объемом энергии могут одарить нас?

— Единороги — пятый класс… — напомнил я и принялся рассуждать вслух: — Дикие собаки, сурки и вся остальная живность, выбиравшаяся к нам из этого мира — тоже. Если предел уровня развития живых существ напрямую зависит от плотности магофона планеты, то морские монстры могут быть не более чем на два-три класса опасности выше. И посмертный импульс «восьмерок» нам не навредит. Тем более сегодня…

— Ну да: мы не брали новые уровни почти сутки… — согласно кивнула она и задумчиво посмотрела в «зеркало»: — Раз они живут в воде, значит, и бить должны ею. А мы подойдем по поверхности…

— … и спугнем… — продолжил я. — Я очень сильно сомневаюсь в том, что у них нет чувства Воды.

— А что нам мешает определить приблизительный класс опасности этих рыбок по радиусу области контроля? — внезапно спросила моя напарница.

Я почувствовал себя идиотом, назвал ее умницей, и предложил алгоритм действий:

— Мам, мы с тобой заходим на крайнего кашалота со стороны хвоста на самом малом ходу. Ты рулишь, а я пребываю в готовности его прибить через портал. Наташ, вы с Аней двигаетесь метрах в пяти за нами, пребывая под ускорением и в готовности либо усилить наши щиты со стенами, либо рвануть к туше за посмертным импульсом.

Пока я менял целительницу на родительницу, озвучил план действий еще в двух негативных вариантах развития событий. Потом провел тренировку по экстремальному уходу в портал, убедился в том, что Наташа в состоянии манипулировать Пространством очень быстро, и счел, что мы готовы. Так что посадил маму за руль и разрешил рулить к «кашалотам», а сам «догнал» стаю очередным порталом, «привязанным» к себе, прикинул, где у этого животного должен находиться головной мозг, и приготовился бить искажением. Само собой, со всей дури. Вот и ударил. С сорока двух метров. Но — на автомате. Из-за того, что почувствовал, как вода под нами стала «чужой»!

— Десятый ранг!!! — ошалело выдохнула матушка, оценив радиус области контроля «кашалота», затем ощутила, что чужой контроль исчез, увидела, как другие «рыбки» уходят на глубину, и кинула гидроцикл вперед. К здоровенной туше, забившейся в агонии.

— Очень близко не подходи! — проорал я, неслабо впечатлившись силой удара хвостом и начавшегося волнения. А через несколько мгновений создал что-то вроде Ока Бури вокруг наших гидроциклов, мысленно согласился с траекторией, по которой родительница рулила к донору халявной энергии, и… охнул от мощи посмертного импульса!

Матушку накрыло куда сильнее: она на мгновение потеряла управление и чуть было не опрокинула нас набок. Зато после того, как пришла в себя и увидела перед нами «зеркало» Наташиного портала, крутанула ручку, влетела точно в центр и ушла в сторону. Чтобы не впороться в берег и не подставиться под удар второй машинки. А та не заставила себя ждать — вынеслась на нашу сторону в облаке брызг, скинула скорость и навелась на нас. Тут-то женщины и задурили. Хотя нет, не так: первой задурила моя родительница — вырубила движок, вскочила с сидения и… от избытка чувств спихнула в воду меня. А после того, как я встал на дно, радостно протараторила, что взяла три уровня и прорвалась в десятый ранг.

Аня попробовала последовать примеру своей хозяйки, но не тут-то было — Наталья, пребывавшая под ускорением, увернулась от толчка и отправила полетать счастливую агрессоршу. Впрочем, после того, как та рухнула в море, прыгнула следом, пару раз утопила и поплыла ко мне. Спасаться от мести двух «обозленных» фурий. Вот море между нами и «закипело». От столкновений четырех «контролей» и ослабленных площадных заклинаний, всаживаемых в него с пулеметной скоростью.

Напарницу я все-таки спас. И, задвинув за свою спину, поинтересовался у страшно растрепанной, но безумно счастливой целительницы результатами ее усиления.

— Три уровня и десятый ранг! — промурлыкала она, подплыла к нам и по разику чмокнула в щеку нас обоих.

— Два с половиной… — «убито» доложила Наташа, ответив подруге тем же самым. И посерьезнела: — Эти «рыбки» — идеальные доноры силы для магов нашего уровня. Но убивать больше одной штуки в сутки нельзя — пережжем энергетические системы.

Я согласно кивнул и задал дамам вопрос на засыпку:

— Домой возвращаемся, или как?

— Ага! — хором ответили помощницы, а матушка сочла необходимым дать более распространенный ответ:

— Конечно: после буйного веселья и настолько приятных прорывов нам жизненно необходимо качественное расслабление в баньке…

…Вибрация напоминалки часов, естественно, вернула меня в сознание, но глаза я открыл далеко не сразу. Так как заснул аж в половине шестого и не выспался. Но стоило кинуть взгляд на мигающий экран и прочитать текст, как пришло в себя чувство долга, заставило встать с кровати и погнало приводить себя в порядок.

Наташе я отписался уже из душа, принял входящий звонок, выслушал коротенький доклад и от всей души поблагодарил женщину за оперативность. А уже минут через двадцать, вывалившись в общий коридор, оценил красоту букета, составленного и из наших, и из иномирных цветов, чмокнул подругу в щечку и… завис, сообразив, что снаружи метет, а до теплиц — не ближний свет. Слава богу, голова включилась практически сразу и напомнила о том, что эта особа умеет пользоваться порталами, и меня отпустило. А потом открылась дверь в покои матушки, и к нам вышли две заспанные, но улыбающиеся дамы.

Пока обменивались приветствиями, я «отжал» у родительницы пакет с общим подарком и обдумал поздравительную речь. Поэтому после появления в коридоре именинницы не тупил — наговорил Даше всякого-разного, немного потискал, вручил сначала подарок, а потом букет и отдал на растерзание маме. Само собой, счастливой девчонке «досталось» и от Наташи, Ани, Вари, Вали и Марии Тарасовны, так что общее настроение компании пробило потолок, и поздний завтрак превратился в праздничное застолье: нам было плевать на то, что за окном и за закрытыми ставнями дикий холод, воет вьюга и все никак не рассветет — мы пили чай, уминали бисквитный торт, подначивали друг друга и ухохатывались со страшной силой.

В районе десяти утра компанию «разбавили» Антип Назарович и Нинка: первый пришел поздравлять Державину от имени всего личного состава моей родовой дружины, а вторая — от себя лично. И, признаюсь честно, шокировала даже меня. Чем? Да тем, что посадила на стол идеально отмытого и красиво причесанного детеныша пушистика,

призналась, что приручила его почти две недели тому назад, подробно описала повадки, сообщила, что этот монстрик прекрасно усваивает земную пищу, и попросила моего разрешения перекинуть импритинг на Дарью.

Каюсь: я заколебался. Но Пришвина-младшая жаждала сделать Даше убийственный подарок, поэтому подставилась по полной программе:

— Я избавила пушистика и от насекомых, и от паразитов нашей, земной, химией. Дрессировала минимум по часу в день и внимательнейшим образом анализировала состояние своего организма. И, конечно же, изучала организм этого монстрика с помощью магии. Поэтому могу со всей ответственностью заявить, что этот зверек не навредит. А вот помочь может: он с удовольствием учится, прогрессирует быстрее любой собаки, взял вторую стихию — Лед — и на посмертных импульсах прорвался в третий ранг. Хотя сородичи упираются во второй, а этой особи, по моим ощущениям, месяцев пять-шесть…

— Нин, я понимаю, чем ты руководствовалась, экспериментируя с этим зверьком, но то, что эти эксперименты проводились без моей санкции, не дело! — начал я, уложив в голове все услышанное.

— Я хотела сделать приятный сюрприз… — призналась девчонка, поняла, что не убедила, и опустила голову: — Тем не менее, вину признаю. И даю слово, что такое больше не повторится.

— Что ж, я тебя услышал… — после небольшой паузы сказал я, прочитал сообщение матушки с обещанием заняться ее воспитанием, и сменил гнев на милость: — Ты дрессировала его под себя?

— Нет… — убито вздохнула Пришвина. — Под Дарью Константиновну: в прошлый приезд она сказала, что декабрьская, и я запомнила.

Я мысленно хмыкнул и повернулся к сестренке:

— Даш, ты готова взвалить на свои плечи ответственность за животное, одно существование которого рядом с тобой создаст множество проблем?

— Да, готова! — твердо ответила она.

— Тогда принимаешь подарок, откладываешь возвращение домой дня на три-четыре и все это время на пару с Ниной разбираешься в возможностях ни разу не игрушки…