Глава 23

…В начале двенадцатого мне написал Комлев-младший и попросился на аудиенцию. Я пригласил его в кабинет, перебрался туда на пару с Наташей и через несколько минут повел рукой, приглашая парня, нарисовавшегося на пороге, усаживаться в любое кресло.

Он, пребывавший в расстроенных чувствах, коротко кивнул, подошел к первому попавшемуся, сел так, как будто проглотил лом, и убито вздохнул:

— Олег Леонидович, я бездарно слил слот Дара, который берег для какой-нибудь особо продвинутой стихии…

— Рассказывай… — спокойно предложил я, и Лева, поиграв желваками, вздохнул еще тяжелее:

— Я хотел обрести Пространство. Чтобы научиться открывать порталы и стать по-настоящему полезным. Дней десять жил в Сети, собирая информацию обо всех неудачных попытках инициироваться в эту стихию, проанализировал несколько тысяч мнений, более-менее логично объяснявших причины краха чужих надежд, придумал алгоритм, который, как мне казалось, должен был сорвать мою энергетику в нужный тип мутации, и… прорвался в «Танка». Да, де-юре перемещение случилось. Но подарило танковый аналог нашего рывка в комплекте с новым вариантом покрова и таранным ударом. И теперь мне стыдно. За свое скудоумие и за то, что приживил ненужную стихию.

— Во-первых, ненужных стихий не бывает… — начал я, почувствовав, что он чуть не плачет. — Даже то, что ты приживил третью, усилило две другие как минимум на треть, а этот тип покрова заметно повысит твою выживаемость. Во-вторых, ты далеко не дурак. Просто замахнулся на стихию с чрезвычайно высоким порогом инициации и по каким-то причинам не потянул. Кстати, об этом пороге: будь он доступным, в Сети наверняка появился бы хотя бы один ролик от новоявленного мага Пространства; спецслужбы спешно меняли бы алгоритмы безопасности первых лиц… а ящеры с медведями не берегли бы адептов этих стихий, как зеницу ока. И, в-третьих, ты и так по-настоящему полезен — являешься одним из лучших дроноводов рода и тянешь на себе всю работу с информацией. Так что прекращай комплексовать и начни осваивать новые возможности. Тем более, что других «танков» у нас нет.

— «Танк» — это, прежде всего, масса… — чуть менее убито напомнил он. — Плюс хоть какие-то навыки работы в ближнем бою. А у меня нет ни того, ни другого.

— Нет в данный момент… — уточнил я и усмехнулся. — Зато имеются цель и нешуточное упорство. Ну, и что тебе мешает набрать мышечную массу и взять рукопашку лет, эдак, за пять-десять? Кстати, уже в конце января в Восточном начнется строительство коттеджного поселка для членов рода со всей нужной инфраструктурой, включая первоклассный тренажерный зал.

С финансами у тебя проблем нет, с целителями, способными скорректировать обмен веществ и не дать себя загнать — тоже. А почти все «Владимирские» маги рода — неплохие рукопашники и относятся к тебе с уважением. Дальше объяснять?

Он отрицательно помотал головой, на несколько мгновений задумчиво расфокусировал взгляд, а затем решительно встал:

— Вы правы: раз я обрел эту стихию, значит, обязан выжать и из нее, и из себя максимум возможного!

— Выжмешь — я в тебе не сомневаюсь… — подбодрил его я и попросил поделиться выводами, сделанными во время анализа чужих неудач.

Комлев снова сел и минут за пятнадцать вывалил на нас с Наташей так много структурированной информации, что я не на шутку впечатлился его работоспособностью, а напарница, как выяснилось после ухода новоявленного «танка», в какой-то момент перестала вникать в подробности и анализировала только основные выводы. А они радовали со страшной силой, так как, по сути, подтверждали мое утверждение о том, что Пространство является стихией с чрезвычайно высоким порогом инициации. Причем «завязанным» не только на уровень «линейного» развития энергетики, но и на… хм… многообразие прокачанных кластеров. Следовательно, вала инициаций по этому «вектору» можно было не ждать.

Вот мы с Наташей и расслабились. После того, как отпустили Комлева заниматься своими делами и обменялись мнениями. Увы, расслаблялись всего ничего: ровно в полдень ко мне постучался Максим Алексеевич и доложил, что к дальнему КПП подъехал кортеж Енакиевых, и один из них попросил уделить время главе рода.

— Что у нас с дорогой? — полюбопытствовал я, посмотрев в окно.

— Вы запретили ее чистить, и мы доблестно выполнили приказ… — весело сообщил Макаров. — Так что найти проезжую часть — задача не из легких.

— Тогда запускайте их на территорию. И сообщите, что они должны быть у ближнего КПП не позже, чем через сорок пять минут. Ибо потом свободное «окно» в моем расписании закроется.

— Веселая у них получится поездочка… — ехидно предсказал отставной егерь и отключился…

…Поездочка у Енакиевых действительно выдалась веселая. И не только из-за того, что пурга напрочь занесла дорогу: Наташа, обозленная попыткой заляпать ее грязью, «помогала» лимузину вылетать из колеи, пробиваемой внедорожниками сопровождения, заваливаться в кювет и переворачиваться. При этом пользовалась только Пространством — чтобы манипуляции другими стихиями никто не засек. В процессе превратила дорогущую машину в мятую консервную банку, получила море удовольствия и… придумала четыре новых заклинания.

Кстати, подъезжать к ближнему КПП на «трансформере» глава рода не рискнул. Чтобы не превратиться в посмешище — пересел в «Вепрь» сразу за Усть-Ангарском и… всю оставшуюся часть пути регенерировал синяки со ссадинами, которыми обзавелся во время особо замороченных кульбитов. Ну, и приводил в порядок основательно потрепанную одежду. Что, конечно же, не лучшим образом сказалось на настроении. Но срываться на мне и моей верной помощнице мужчина не рискнул. Хотя, по логике, мог. Ведь я встретил его перед воротами, наплевав даже на непогоду, и не пригласил ни в караулку, ни в свою машину, а значит, проявил неуважение.

Удивил и извинениями: да, свалил всю вину за оскорбление Наташи на дочурку, но заявил, что с детства позволял ей слишком многое, избаловал до изумления и теперь жнет то, что посеял. Кстати, попросил прощения дважды — у меня, как у главы рода, и у моей верной подруги, как у личности, которую, собственно, и оскорбили. Потом сообщил, что уже наказал «кровиночку», продав все ее драгоценности, и дал понять, что готов выплатить достойную виру «ее деньгами». Дабы девочка осознала, что иные проступки больно бьют по ней же.

С опытом ведения переговоров даже из самой слабой позиции у него было все в порядке, так что ни я, ни матушка, незримо присутствовавшая на этой встрече, не смогли придраться ни к одной формулировке. Вот я извинения и принял. Затем дал команду Наташе отправить Енакиеву файл с банковскими реквизитами, дождался получения средств, прочитал уведомление и чуть было не заржал: Антон Федорович перечислил миллион. Вероятнее всего, откуда-то узнав, какую сумму я вытребовал у учителя биологии за оскорбление Таньки, и решив не рисковать.

Отказываться от лишнего я, естественно, не стал — коротко кивнул в знак того, что вира принята, пожелал «гостю» всего наилучшего, отвел в сторону локоть и увел подругу к «Тарану». А мощный воздушный купол, позволявший нормально общаться, убрал перед тем, как сел за руль. В этот момент Енакиев загружался в «Вепрь», и порыв ветра, внезапно качнувший ни разу не легкий автомобиль, помог впороться лбом в край крыши.

Да, покров выдержал. Но мужчине поплохело еще сильнее. И он от всей души врезал кулаком по центральной стойке.

— Никогда не думала, что могу радоваться чужому горю… — притворно вздохнула Наталья, как только я захлопнул дверь.

— Горю этого интригана и можно, и нужно… — авторитетно заявил я, без особой спешки развернул внедорожник мордой к воротам, поморгал фарами и въехал на территорию усадьбы. Потом поздравил напарницу с превращением в завидную невесту и был отбрит:

— Мой главный статус не изменился: я — ваша. А на все остальные плевать…

Матушка рассмеялась и потребовала похвалить «девочку» от ее имени, а я решил, было, повредничать, но не успел — мне позвонил Белосельский, и его фотография на экране телефона мгновенно переключила в рабочий режим.

В этот раз самодержец пребывал в хорошем настроении. Поэтому после обмена приветствиями перешел к делу в шуточном режиме:

— Понимаю, что каждое мое приглашение во Владимир уже вызывает у вас нервный тик, но причина этого вызова расстроить не должна: я имею честь пригласить вас на Предновогодний Императорский прием, который состоится тридцатого декабря. Официальные приглашения вам доставят во вторник, то есть, после завершения пурги, и их будет достаточно много, но в вашем случае это лишь дань традициям и уважению: вы вправе прибыть на прием с теми, с кем сочтете нужным. Далее, моя дражайшая супруга требует передать привет вашей матушке, Анне Филипповне и Наталье Георгиевне. Кроме того, уже взяла с меня слово, что в начале следующего года я отпущу ее к вам хотя бы на три дня. Так что заранее сочувствую и себе, и вам. И последнее: вчера днем нам рассказали о конфликте Татьяны Тихоновны Державиной с Ростиславом Борисовичем Крапивиным. Так вот, мы хохотали до слез. Поэтому просим передать вашей двоюродной сестренке, что в восторге от ее умения ставить на место самовлюбленных взрослых, и желаем, чтобы честно заработанный ею миллион преумножился как можно быстрее.

— Судя по всему, вам рассказали только финальную часть этой истории… — вздохнул я

и поделился «самым интересным». Приукрашивал по самому минимуму, но Виктор Константинович от души посмеялся, затем заявил, что настолько боевых девиц в его Империи не так уж и много, и собрался сказать что-то еще, но прервался, расстроенно сообщил, что ему звонят по другой линии, пожелал хорошего вечера и отключился.

Я убрал телефон, запоздало вырубил двигатель и выбрался из салона. Благо, за время разговора с главой государства успел доехать до дому и загнать машину в гараж. По дороге к лифту подхватил напарницу под локоток и убрал «лишние» слои с ее покрова. А в холле второго этажа услышал характерный звук уведомления о получении запроса на подключение к личному каналу, дал разрешение и услышал напряженный голос Бажовой:

— Здравствуйте, Олег Леонидович. Я вас, часом, ни от чего серьезного не отвлекаю?

— Нет, Ольга Петровна, не отвлекаете… — отозвался я. — Рассказывайте…

— У нашего сына только что случилась комплексная инициация: Юрка помогал Лешке и Игнату отрабатывать постановку взаимно усиленного щита из трех стихий. Прямо за нашим домиком. Поймал «отголосок» удара Молнией и сорвался в строенную мутацию. Взял Молнию, Воздух — вероятнее всего, из-за сильного ветра — и, по вполне понятным причинам, Лед. Процесс прошел заметно быстрее, чем обычно, но, по моим ощущениям, без перекосов: ядро «выглядит» сформировавшимся, магистральные каналы уже начали делиться на стихийные, а частота пульсации ничем не отличается от стандартной. Инна Константиновна и Татьяна Павловна тоже не «видят» ничего странного или настораживающего, поэтому я… докладываю о том, что в роду появился еще один Одаренный, и буду счастлива, если вы сочтете возможным зачислить его в дроноводы.

— Это желание его или ваше? — полюбопытствовал я, переварив новую информацию.

— Его, конечно! — уверенно ответила женщина: — Он дружит с Колосовым и Спицыным, живет их рассказами о боевых дежурствах и боях с иномирным зверьем, мечтает приносить роду пользу и уже распланировал свое будущее.

— Как он себя чувствует?

— Перед тем, как уйти в медитацию, чувствовал себя прекрасно. А сейчас учится ускорять пульсацию.

«Упертый, однако…» — подумал я и озвучил принятое решение: — Что ж, тогда жду вас обоих в кабинете. На собеседование и подписание контракта…

…В том, что сын Бажовых пройдет собеседование, я не сомневался, так как видел, как фанатично он нарабатывает физическую форму и как убивается на стрельбище, с каким удовольствием помогает всем подряд и насколько добросовестно изучает «теорию магии», повадки иномирных зверей и тактику их убиения. Тем не менее, вопросы задавал без дураков и заставил парня чуть-чуть понервничать.

Убедившись в том, что с мотивацией у него все в порядке, сдал его на медосмотр Старшей Целительнице рода — Ане. А после получения ее вердикта провел достаточно торжественное подписание контракта, принял новоявленного мага в дроноводы и приставил к Егору Жарову. Набираться опыта и привыкать к тяготам ни разу не простой службы.

После того, как наставник увел подопечного на первое теоретическое занятие, ответил на несколько вопросов Бажовой, отпустил ее восвояси и вопросительно уставился на резко посерьезневшую блондинку:

— Что-то не так?

— С Юрой все в порядке… — уверенно заявила она и загрузила: — Но у меня сложилось впечатление, что его инициация нормальнее «одиночных». И что по мере повышения плотности магофона процент комплексных будет расти. До тех пор, пока они не станут единственно возможным вариантом срывов. Да, теоретически подростков можно оградить от воздействия инициирующих факторов. Но учитывая тот факт, что инициация случается не в день рождения, а во время одного из довольно долгих этапов полового созревания, и что при более высокой плотности магофона сорваться в первичную мутацию, скорее всего, можно будет даже от обычного сквозняка, в какой-то момент население планеты потеряет возможность планировать получение конкретных стихий. Так что «комплектность» Даров будет навязываться условиями жизни.

— То есть, подростки, проживающие, к примеру, в джунглях Амазонки, будут автоматически обретать Воздух, Воду и Природу, а жители пустынь — Воздух, Землю и Огонь? — спросила Наташа.

Целительница кивнула:

— Если очень грубо, то да. Кстати, это предположение неплохо объясняет причины небольшого количества магов Жизни у ящеров и медведей: и те, и другие живут под устоявшимся магофоном. И в Средневековье, то есть, в обществе, в котором все сколь-либо значимые знания передаются от наставника к ученику-родичу, а не в лицеях или вузах, как у нас. Вот количество «линий наследования» толком и не растет. И еще: если мы хотим сохранить вариативность Даров в нашем роду, то имеет смысл либо приобрести небольшие поместья в разных климатических условиях, либо создать их искусственные аналоги тут, в Восточном.

— Будет время — прикинь плюсы и минусы обоих вариантов, ладно? — попросил я, дождался утвердительного кивка и спросил у целительницы, чем занимаются матушка, именинница и Варя с Валей.

— Надели самые красивые купальники и ждут, когда вы освободитесь, чтобы выкатить ультиматум и потребовать увести нас в баню… — с улыбкой сообщила женщина, затем демонстративно приспустила блузку с левого плеча и показала ярко-красную бретельку.

— Понял… — «убито вздохнул» я, вытащил из кармана завибрировавший телефон, посмотрел на экран, принял вызов и весело поздоровался: — Привет, Танюш! Если ты горишь желанием поздравить Дашу, то звони ей: я нахожусь в кабинете, а она, вероятнее всего, в покоях моей матушки.

— Привет, Олег! — как-то уж очень экспрессивно выдохнула она, заявила, что сестренку поздравила в шесть утра по времени Владимира, и затараторила: — … а тебе звоню совсем по другой причине: к нашему поместью только что приезжал лимузин с гербами Белосельских, и сотрудник Его Императорского Величества Канцелярии сначала вызвал к воротам МЕНЯ, а потом вручил роскошнейший букет и личное послание ГОСУДАРЫНИ!!!

— И что она тебе написала? — «предельно серьезно» поинтересовался я, представив ее ошарашенное личико и задавив желание расхохотаться.

— Что я — настоящая Державина, что вся в деда Юру и что у меня характер прирожденной воительницы! А еще посоветовала равняться на тебя и твоих подруг, ни перед кем не прогибаться и учиться. Ибо тупые воительницы, как правило, не доживают даже до двадцатилетия.

— И ведь не поспоришь… — авторитетно заявил я: — Ты — самая боевая и самая неудержимая девица в роду, а значит, унаследовала дух деда Юры; я и мои подруги плохому не научим, а тупые воительницы создают себе проблемы сами.

— Это понятно! — злобно фыркнула она и задала вопрос на засыпку: — А с чего это вдруг я, одиннадцатилетняя девочка из загнивающего рода, привлекла внимание Императрицы — нет. Может, объяснишь?

— Я тут ни при чем… — честно сказал я и невольно улыбнулся: — Кто-то из придворных рассказал Белосельским, как ты ставила на место лицейского эксперта по всему и вся. Вот они и впечатлились. В общем, можешь задирать нос и терроризировать родичей в новом ключе.

— Не смогу… — притворно вздохнула девчонка и объяснилась: — Они уже передохли от зависти…