Конор вел машину примерно полчаса, удерживая спидометр на отметке чуть ниже максимально допустимой скорости. На всякий случай он заранее убедился, что маршрут не проходит ни по одной платной дороге, но чем дальше Конор ехал, тем выше был риск встретить дорожную камеру (хотя было темно и он спрятал лицо под маской) или столкнуться с другой непредвиденной проблемой, особенно если его остановит патруль.

Он свернул на обочину, содрал транспондер для оплаты проезда с лобового стекла и снял с правой руки перчатку. Затем достал смартфон Кэтрин и отправил сообщение Эмили, которая снова справлялась о самочувствии матери. Эмили по привычке выключила телефон перед сном и не прочитает его ответ до самого утра, если, конечно, не проснется посреди ночи.

Изображать, будто Кэтрин решила вернуться в Нью-Йорк, было бы ошибкой. В доме наверняка работает консьерж, который заметит ее отсутствие. Поездка в никуда тоже могла вызвать подозрения. Значит, надо выбрать такое место, которое вполне вписывается в культурную среду Кэтрин, но не сообщать Эмили, куда конкретно она направилась. Конору пришла в голову только одна локация, соответствующая этим критериям.

«Горло прошло, – написал он. – Сходила с ума от скуки и решила съездить на Кейп. Буду останавливаться в мотелях, чтобы не заразиться ковидом. Скоро позвоню бухгалтеру». Это разъясняло и ситуацию со здоровьем Кэтрин, и причину ее внезапного отъезда, а также давало Конору еще несколько дней, прежде чем Эмили снова спросит мать о бухгалтере.

Он двигался на восток еще примерно пятнадцать минут. Затем выключил смартфон Кэтрин, выехал с автомагистрали, развернулся и поехал обратно.

В два часа ночи Конор прибыл в Провиденс, без труда добравшись до него по I-195. Проехав через реку, припарковался у воды. Убедился, что в багажнике «мерседеса» не осталось ничего, что указывает на его владелицу, и вышел из машины, прихватив ноутбук Кэтрин, ее сумочку, телефон и документы из бардачка.

Он вытряхнул в урну кредитки Кэтрин, ее водительские права и другие бумаги, в которых значилось ее имя. Документы на машину порвал, а также снял этикетки с рецептурных банок и тоже выбросил – лучше оставить все улики в одном месте, чем разбрасывать по всему городу: тем меньше шансов, что одну из них обнаружат. Затем избавился от кошелька, забрав из него восемьдесят три доллара наличными (как ни странно, эта мелкая кража показалась ему самым серьезным преступлением из всех, что он совершил).

Потом Конор дошел до середины близлежащего пешеходного моста. Рядом никого не было. Река казалась глубокой. Снова стерев с телефона отпечатки пальцев и вытащив из него сим-карту при помощи скрепки, прихваченной с собой, Конор швырнул его в воду вместе с ноутбуком Кэтрин.

Последнее местоположение смартфона пропавшей будет зафиксировано где-то по дороге на Кейп-Код.

Конор остановился на светофоре, опустил стекло и, спрятав затянутые в перчатки руки, спросил пешехода, как проехать к автовокзалу, поскольку больше не имел под рукой карты местности. Когда до вокзала оставались считаные шаги, он поискал темный безлюдный переулок, но достаточно неприметный, чтобы не привлекать внимания патрульных. Вскоре ему удалось найти соответствующее всем критериям место в небольшом квартале с заколоченными домами.

«Деклассированные», – подумал Конор.

Он припарковался и приступил к работе, орудуя отбеливателем и тряпками из рюкзака, стараясь оттереть каждое пятнышко спермы, какое только смог разглядеть. Затем слегка промокнул потолок салона. Теперь он сделал все, что было в его силах, чтобы запустить процесс деградации ДНК. Да, отбеливатель оставит следы, но это уже не имеет значения. Конор также протер все поверхности, которых мог коснуться голыми руками.

Довольный проделанной работой, он полностью опустил стекло у водительского сиденья и оставил ключ на видном месте на приборной панели.

У вокзала было припарковано несколько такси, но все они работали только через приложение. Конор подошел к первому попавшемуся водителю и попросил довезти его до деревушки недалеко от Каттерса за наличный расчет, чтобы не кормить посредника. Тот отказался, зато согласился второй. Конор расплатился сразу, а всю дорогу молчал и не снимал маску. По прибытии оставил традиционные двадцать процентов на чай, чтобы поездка ничем не запомнилась таксисту, а потом, выйдя из автомобиля, пешком направился на полуостров.

Солнце едва успело коснуться горизонта, когда Конор добрался до гостевого дома. Открыв дверь, он на цыпочках прокрался в спальню. Эмили спала. Конор разделся и уже снимал носки, как вдруг она пошевелилась.

– Конор? – пробормотала Эмили. – Ты одеваешься?

– Тсс, – шепнул он, забравшись в постель и прижавшись к ней. – Спи дальше.

Через минуту она снова засопела.

«Мерседес» Кэтрин почти наверняка угонят из переулка, в котором Конор его бросил, а если нет, он неплохо потрудился, избавляясь от своих следов. Ее смартфон двигался по направлению к Кейп-Коду, и в последнем сообщении, адресованном дочери, она сама это подтвердила. В то время как телефон Конора был всю ночь подключен к роутеру в гостевом доме.

Никому и в голову не придет засомневаться, что он не покидал постель Эмили в ту ночь, когда Кэтрин Хэвмайер отправилась в поездку и исчезла, будь то по собственной воле или по чьей-то прихоти.