Наконец-то Геринку удалось дозвониться до Елены и более-менее по-человечески с ней поговорить. Когда у Скатоццы зазвонил мобильный и итальянец жестом дал понять, что разговор важный, Геринк свернул беседу с Еленой. Может, на проводе Никола.

Они выходили из палисадника дома Беатриче Дель Веккьо и направлялись к «Паджеро», когда Скатоццы включил громкую связь — чтобы Геринк тоже мог слышать.

— Чем вы там, собственно, занимаетесь? — раздался из трубки жестяной женский голос.

Лиза Айзерт!

— Мне казалось, мы договорились, что вы будете регулярно докладывать. Прокурорша уже сидит у меня на шее.

Скатоццы сунул мобильник Геринку и бросил измученный взгляд. Сам с ней поговоришь?

Геринк забрал трубку и отключил громкую связь.

— Это Петер. Мы по уши в расследовании.

— Да что вы? А я-то думала, вы любуетесь Пизанской башней.

— Мы во Флоренции, — поправил её Геринк.

— Ну хоть с этим справились, — фыркнула она. — Мне нужны подробности. Как идёт сотрудничество с итальянцами?

Сотрудничество? Геринк едва не расхохотался во весь голос.

— Надеюсь, у вас есть хорошие новости, — добавила Айзерт. — Через два часа у меня ужин с прокуроршей и бургомистром.

Ужин! Какая прелесть. В Вене, видимо, всё устроено в точности как во Флоренции. Прокуроры за казённый счёт встречаются с политиками за столом, и там-то и решается, какие расследования двигать вперёд, а какие — задвинуть на запасной путь.

— Скажи ей, что у нас одна койка на двоих! — прошипел Скатоццы.

— У нас одни только догадки, — отозвался Геринк.

— Выкладывай!

— Дело не только в том, что брат Терезы, Сальваторе, год назад бесследно исчез, но и…

— Руки прочь! — оборвала она. — Это нас не касается.

— Скажи ей, что нам приходится ночевать в свинарнике, в номере для молодожёнов! — шипел Скатоццы.

— Я знаю, что нас это не касается, но…

— Скажи ей, что…

— Ты что, сам хочешь с ней поговорить? — рявкнул Геринк, прикрыв трубку ладонью. — Нет? Тогда заткнись, будь добр!

Он отвернулся от Скатоццы и снова поднёс мобильник к уху.

— Я в курсе, но два месяца назад старший брат Терезы, Маттео, погиб в автокатастрофе, а месяц назад её младший брат Лоренцо — при крушении лодки.

— Где? — спросила Айзерт.

Чёрт! Геринк прикусил язык.

— В Сиене и во Флоренции.

— Боже мой! — воскликнула она. — Ты же не новичок! Если ты копаешься в чужих делах, итальянцы повесят на нас препятствование следствию. Сам понимаешь, чем это пахнет!

Ещё бы. Дисциплинарное разбирательство и отстранение от службы! Но дело было не только в этом, подумал Геринк. Они ведь ещё и стащили дело! Вдобавок побеспокоили одну из родственниц, а ночью собирались вломиться в семейный склеп. И если их там застукают, Скатоццы, чего доброго, выхватит ствол, который тайком провёз через границу.

— Дино слышит? — спросила она.

Геринк оглянулся. Скатоццы стоял в нескольких шагах.

— Нет.

— Приглядывай за ним. Ты же знаешь, каким непредсказуемым он порой бывает.

Порой?

— Обещаешь? — настойчиво переспросила она.

— Я не хотел ехать с ним в Италию, — сквозь зубы процедил Геринк.

— Но он — единственный в нашем отделе, кто говорит по-итальянски.

Что нам, прямо скажем, пока не сильно помогло!

— Что ты выяснил насчёт Терезы?

Геринк потёр висок.

— Её похитили. И не случайно. Преступник — лысый тип, пробравшийся на участок во время поминок, — явно охотился именно за ней. Всё было спланировано. Где бы Тереза или её тело сейчас ни находились — речь идёт не только о ней. Это касается всей семьи. Возможно, всё началось ещё с исчезновения Сальваторе Дель Веккьо.

— Лысый? — задумчиво повторила она. — Имя Виктор Кёниг тебе о чём-нибудь говорит?

— Виктор Кёниг? Нет.

— Просто пришло в голову. Этот лысый, бывший офицер «штази», поставил Елене фингал.

— Что?! — Об этом Елена ни словом не обмолвилась.

— Но с ней всё в порядке, — успокоила его Лиза. — Что нарыла итальянская полиция?

— Ничего. Возможно, карабинеры, ведущие следователи или даже сам прокурор в доле.

— Прокурор? — переспросила она на удивление спокойно. — Как его зовут?

— Франческо Фокетти. Парню шестьдесят семь, женат, коллекционирует ретромобили и, похоже, имеет связь на стороне. Правда, никакой ниточки от него к Дель Веккьо мы пока не нашли.

— Ладно… Значит, Фокетти… Попробую что-нибудь раскопать. — Геринк услышал, как застучала её клавиатура. — И вот ещё что, Петер, — без всяких фокусов.

Он закусил губу.

— Само собой.

— Чёрт побери, почему я знаю, что ты врёшь?

Серого Волка не проведёшь.

Но она лишь обронила:

— Позвони мне прямо завтра с утра. И береги себя.

— Хорошо.

Геринк отключился, полез в карман и проглотил таблетку от желудочной боли.

Скатоццы придвинулся к нему.

— Почему ты не сказал ей, что нам приходится ночевать в этом заплёванном клоповнике?

Господи! Это что, единственное, что его волнует?

— И что бы это изменило?

— По крайней мере, прибавка к командировочным меня бы хоть немного примирила с такой жизнью.

— Зато я мог бы сообщить ей, что мы топчемся на месте, потому что нам приходится без конца следить за десятками твоих лотов на «eBay»!

В зрачках Скатоццы заиграли искорки.

— Но что мой ноутбук помог тебе с поисками — это тебя устраивает, верно? — тихо произнёс он.

Мысли Геринка на мгновение уплыли куда-то в сторону.

— Елена тоже в Италии, — сказал он. — Она ищет Сальваторе Дель Веккьо. Лиза говорит, у неё была стычка с лысым по имени Виктор Кёниг, бывшим офицером «штази».

— Тот самый, что похитил Терезу?

— Возможно.

Геринк искоса глянул на Вито — щуплого парня в тёмных очках, который сидел метрах в ста от них в зелёном «фиате» и наблюдал. Что он, должно быть, о них думает? Ведут себя как дети, не поделившие в песочнице пластмассовое ведёрко.

Скатоццы проследил за его взглядом.

— Так и подмывает подойти и набить ему морду, — процедил он.

— Я тебе помогу… Нет, постой! У меня идея получше. — Геринк улыбнулся. — Мы используем Вито, чтобы незаметно проникнуть в фамильный склеп Дель Веккьо.

 

 

 

 

Отправить