Парень за стойкой портье скользнул по ним равнодушным взглядом.

— Минуточку, — сказала Елена и шагнула к Хёделю. — Уходите. Немедленно.

— Нет. Я должен знать, — выдохнул он в ответ.

Голос его не терпел возражений. Елена медленно перевела дыхание. На компромисс Хёдель не пойдёт.

По-хорошему, мне следовало бы прямо сейчас всё бросить. Но до первых по-настоящему интересных результатов оставался один шаг.

— Ну хорошо, — пробормотала она, поймав решимость в его холодных глазах. — Берите мой чемодан, изобразите улыбку — и за мной.

Она развернулась и, покачивая бёдрами, двинулась к стойке. Хёдель пошёл следом.

Елена чуть подтянула юбку.

— Поглядывайте время от времени на мои ноги — может, это вас расслабит. Сегодня можно.

Он смотрел прямо перед собой, как истукан.

— И не забывайте: мы с вами на «ты», — шепнула она у самой стойки.

— Да, дорогая, — отозвался он, но голос прозвучал неестественно и натянуто.

Елена облокотилась на тёмное дерево.

— Так всё-таки вдвоём, — заметил парень. — Фамилия?

Говорить взялась Елена.

— Господин и госпожа Камински.

Её родители были родом из Польши, и порой она пользовалась девичьей фамилией. Она продиктовала по буквам: «Ка-мин-ски».

Не дрогнув лицом, парень уткнулся в журнал регистрации — словно ещё предстояло выяснить, найдётся ли в этой гостинице хоть один свободный номер.

В понедельник в десять утра!

Тем временем Елена скользнула взглядом по доске с ключами. Двух не хватало: сто третьего — на первом этаже и двести четырнадцатого — на втором. В один из них и упорхнула блондинка с небритым типом.

— Свободен триста одиннадцатый.

Елена и бровью не повела. Поверх солнечных очков она заглянула за стойку. Каракули в журнале разобрать было почти невозможно, но в нижней строке ей, кажется, померещилось «214».

— Нам бы двести пятнадцатый, — бросила она. — Старая привычка.

Прислонившись к стойке, она одарила своего спутника томным взглядом.

— Правда же, мой большой друг? — И потёрлась коленом о его ногу.

— Да, конечно… дорогая, — выдавил Хёдель.

— Как угодно. — Парень черкнул в журнале. — Семьдесят евро.

Елена выразительно посмотрела на Хёделя. Раз уж напросился — пусть и платит.

— Разумеется. — Он опустил чемодан и полез за бумажником во внутренний карман пиджака.

Только теперь парень поднял глаза и оглядел обоих. На фигуре Елены взгляд его задержался чуть дольше. Прикидывает, наверное, сколько я вытягиваю из этого седого. А седой выглядел как недурная копия стареющей кинозвезды и уж точно не походил на человека, которому пристало захаживать в подобные ночлежки.

Получив деньги, парень протянул Елене ключ от двести пятнадцатого. Хёдель подхватил чемодан и двинулся вперёд.

Заметив, что парень пялится на её атташе-кейс, Елена подмигнула ему поверх оправы.

— Игрушки!

Когда они вошли в номер и Елена повернула ключ в замке, Хёдель отёр со лба пот.

— Господи, как душно.

— Всё в порядке, — успокоила она. — Развяжите галстук, освежитесь в ванной. Мне понадобится ещё минут десять.

— Через час я должен быть в банке.

Надо было думать раньше.

— Не беспокойтесь, к тому времени всё будет готово.

Он рванул узел галстука.

— Надеюсь.

Костюм на Хёделе уже промок насквозь, но жалости она не испытывала. Эмоциональные горки, которые ждут его в ближайший час, выжмут из него ещё не одну каплю.

Она бросила атташе-кейс на кровать и щёлкнула замками. В чёрных гнёздах поролона покоились маленький ноутбук, кабели, аккумуляторы, блоки питания, микрофоны и объективы камер.

— Почему именно этот номер? — донеслось из ванной.

Елена размотала кабель.

— Потому что ваша дочь — в соседнем.

 

 

 

 

 

Отправить