ЧАСТЬ II

 

Вторник, 25 мая

 

В шесть утра на траве детской площадки серебрилась роса. Петер Геринк припарковал «Паджеро» у современного жилого комплекса в венском Флоридсдорфе. Солнце выглядывало из-за горизонта оранжевым шаром, просвечивая сквозь стойки игрового замка с горкой. С парковки супермаркета как раз отъезжал фургон доставки.

Геринк огляделся. Скатоццы нигде не было. Ладно, дам ему ещё пять минут — а после наберу. Либо этот сицилийский казанова, по обыкновению, нежится в чужой постели, либо красавчик битый час торчит перед зеркалом, укладывая волосы гелем.

Пять минут!

Геринк включил радио — послушал новости, прогноз погоды и сводку с дорог. На автобане пока было свободно. Он запустил навигатор и пробежался глазами по маршруту до Италии: Южный автобан до Филлаха, у Арнольдштайна — через границу, дальше на Удине, Венецию, Болонью и до Флоренции. Если как следует поднажать, через семь часов они будут на месте.

С включённым кондиционером «Паджеро» жрёт восемь литров на сотню. Бак под завязку — до Флоренции хватит. Он выключил навигатор: тот понадобится только на месте.

В боковое стекло постучали. В салон уставилась физиономия Скатоццы.

— Открой багажник!

Сицилиец стоял на тротуаре с сумкой через плечо, парусиновым мешком и двумя чемоданами на колёсиках по пояс ему ростом.

— Ты спятил? — вырвалось у Геринка. — Мы что, в трёхнедельный отпуск собрались?

— А ты думал, я возьму с собой пачку «Темпо» да косметичку? Открывай давай!

Скатоццы запихал свой скарб в багажник, остальное распихал по заднему сиденью.

— Барахло из «ВЕГА» всё ещё там, — констатировал он.

— Вообще-то вернуть его — была твоя забота.

— Времени не было.

С компьютерной сумкой в руках Скатоццы плюхнулся на пассажирское сиденье. Пристегнуться он не успел — Геринк уже вырулил с парковки и вдавил газ.

— Ты меня угробить решил? — буркнул Скатоццы.

А что, мысль неплохая.

— Знаю, о чём ты думаешь! — буркнул напарник. — У тебя это прямо на лбу написано.

— Понятия ты не имеешь… — Геринк коротко покосился на него.

— Может, всё-таки разберёмся с этой историей с Еленой? — начал Скатоццы. — Нам ведь как-никак ближайшие три…

— Не хочу об этом говорить.

— И всё-таки мне кажется…

— Ты слышал Айзерт! — оборвал его Геринк. — Делаем свою работу.

— Тебе виднее, amico, — вздохнул Скатоццы. — Но из-за меня так гнать не обязательно.

— У меня нет ни малейшего желания тащиться по автобану в самое пекло.

— Как скажешь.

Скатоццы отрегулировал сиденье и устроился поудобнее. Зеркальные очки были закинуты в иссиня-чёрные волосы, узкие, тщательно выбритые бакенбарды доходили до линии подбородка. Природная смуглость лишь добавляла ему лоска. Он всегда выглядел так, будто его только что распаковали.

И как ему это удаётся при нашей-то работе? — в который раз поражался Геринк.

На Скатоццы была расстёгнутая чуть не до пупа рубашка от Hugo Boss, чёрные брюки, лаковые туфли и широкий ремень с массивной блестящей пряжкой.

Ну и пижон!

Сам Геринк был в сандалиях, шортах цвета хаки до колена и рубашке с коротким рукавом, которая после сушилки села и стала ему тесна. Сейчас в ней он казался ещё мускулистее обычного.

— Это что, из восьмидесятых? — спросил Скатоццы, искоса глянув на рубашку.

— Нет, из семидесятых.

Скатоццы ухмыльнулся. И тут же посерьёзнел:

— Эй, а с каких пор у тебя татуировка? Это же эмблема «Харли-Дэвидсон».

Геринк не сводил глаз с дороги.

— Лет пятнадцать уже.

Скатоццы протянул руку.

— Убери лапы!

Из-под рукава ещё виднелась надпись «Cycles». Эту татуировку он сделал в те времена, когда вместе с приятелями носился на мотоциклах и ещё не знал Елену.

— Только не говори, что ты состоял в клубе.

— Это давно было.

— Чего только о тебе не узнаёшь… — Скатоццы порылся в бардачке, но через пару секунд захлопнул его. — Ты прихватил нам чего-нибудь поесть?

— А как же. Кола и сэндвичи сзади, в сумке-холодильнике.

Скатоццы и впрямь обернулся.

Вот идиот! Никакой сумки-холодильника Геринк, разумеется, с собой не брал.

Скатоццы невнятно проворчал что-то под нос. Мышцы на его предплечье ходили вверх-вниз, пока он перекатывал между пальцами монету, выуженную из бокового кармана двери.

— Это и есть наши суточные?

Геринк не ответил.

— За Филлахом меняемся, — произнёс он спустя минуту.

— Это вряд ли.

Скатоццы щелчком отправил монету в нагрудный карман и расстегнул молнию на сумке с ноутбуком.

— Будем сменяться! — повторил Геринк.

— No, amico!

Скатоццы метнул на него тот самый чёрный пронизывающий взгляд, от которого таяло любое существо женского пола в возрасте от тринадцати до девяноста.

— Зря стараешься, на меня твои штучки не действуют.

Скатоццы посерьёзнел:

— У меня в одиннадцать аукцион на eBay. Пропустить никак нельзя.

eBay! Опять двадцать пять! Теперь всё встало на свои места.

— Так вот зачем тебе сегодня понадобился выходной! Чтобы по дешёвке урвать коллекцию порно-DVD.

— В точку, балбес!

— И ради этого ты потащил с собой ноутбук?

— Так точно. — Скатоццы откинул крышку и запустил машину. — Надо следить за ставками…

— А мне на это глубоко наплевать. От Филлаха за руль садишься ты.

Геринк бросил на напарника суровый взгляд — и его вдруг кольнуло дурное предчувствие. Уж я-то знаю, каким упёртым бывает Скатоццы. А слово «считаться с другими» в его словаре отсутствует напрочь.

— Сколько у тебя этих аукционов?

Скатоццы извлёк из нагрудного кармана список с расписанием.

— Семь штук за ближайшие три дня.

— Вот же чёрт!

Геринк направил машину на автобан. Как мы вообще разыщем Терезу Дель Веккьо, если напарник теперь будет безвылазно сидеть в интернете?

 

 

 

 

Отправить