Глава 16
Удивительно, но следующие два дня прошли совершенно спокойно. Похоже, решение Дарьи Михайловны подействовало. Что происходит в кабинетах, я не знал и особо-то и не интересовался, продолжая лечить самых тяжёлых больных. Однако сама атмосфера в госпиталях резко изменилась, и это было заметно невооружённым глазом.
А уж как светились лица заведующих, с которыми мы встречались! На них словно просыпался дождь из денег, оборудования и обеспечения. Хотя, судя по всему, эти заведующие не участвовали в схеме, в которую обеими ногами влетел Лисичкин, уже покинувший свой пост и отправившийся не домой, а в камеру выборгского отделения жандармерии.
Ему-то никто защиты не предлагал.
Завтра состоится бал, на который мы оба получили официальные приглашения. Доставил их курьер от генерал-губернатора Выборга, так что можно было признать, что Скороходов каким-то образом выкрутился.
Сегодня Анна Павловна отсутствовала на ужине, так что мы с наследницей престола остались одни, если не считать, конечно, прислугу и охрану. Будущая государыня что-то читала за столом, изредка отвлекаясь для того, чтобы подцепить вилкой еду, но я был уверен — спроси я сейчас, она даже не ответит, что конкретно ест.
Я выматываться не успевал, но напрягаться всё же приходилось. Так что, помимо удовлетворения от хорошо выполненной работы, чувствовал, что эти дни прошли не зря. И едой наслаждался с удовольствием.
В зал ресторана вошёл мужчина в униформе жандармерии. Подойдя к Дарье Михайловне, он склонился к её уху и что-то зашептал. Я мог бы подслушать, но с делами правящего рода чем меньше знаешь, тем крепче спишь, потому увлёкся свиными колбасками на блюде. А когда подчинённый великого князя покинул ресторан, наследница престола улыбнулась, глядя на меня, и впервые за ужин отложила телефон.
— Ну вот всё и готово, Иван Владимирович, — заявила Дарья Михайловна. — Так что завтра на балу, пожалуйста, держитесь рядом со мной.
— Даже и в мыслях не было, что может быть иначе, ваше императорское высочество, — заверил я. — Разве может быть что-то более значимым для меня, чем сопровождение будущей императрицы?
Она улыбнулась и, отведя взгляд, заправила выбившуюся прядку за ухо.
— Я очень надеюсь, что всё пройдёт, как задумано. Но нельзя не допускать мысль, что ваши услуги могут пригодиться, — произнесла Долгорукова. — Но несколько танцев вам придётся уступить. Я обязана не только со своим фаворитом танцевать, иначе это сочтут неуважением к местному дворянству.
Я пожал плечами.
— Вы уверены, ваше императорское высочество? — скорее, для проформы, чем реально опасаясь за репутацию будущей государыни, уточнил я. — Генерал-губернатор, судя по всему, замаран в схеме воровства денег у вашего рода.
Дарья Михайловна мило улыбнулась.
— Как жаль, что вы совершенно не ревнуете, — заявила она. — Это бы пригодилось для более убедительной игры в фаворита.
Я усмехнулся и картинно выпрямился, положив руки на пояс.
— «Как смеете вы дышать одним воздухом с её императорским высочеством?» — максимально возмущённо проговорил я. — Примерно так это должно выглядеть?
Долгорукова уже прикрывала рот ладошкой, сотрясаясь от смеха. Наконец, успокоившись, она махнула в мою сторону рукой.
— В вас умер великий актёр, Иван Владимирович.
— К счастью, ваше императорское высочество, — легко кивнул я.
Вновь улыбнувшись, она хмыкнула.
— Нет, с губернатором я танцевать не стану. Но помимо тех, кто, как вы выразились, «замаран», есть и лояльные дворяне, которые тоже непременно окажутся на балу. Вот с ними я и станцую. Два, максимум три танца, а всё остальное время я вся ваша, Иван Владимирович.
Говоря последнюю фразу, она со значением поиграла бровями. А я в очередной раз подумал, что по возвращении в Москву нужно что-то делать со всеми этими амурными делами. Всё-таки тяжеловато выносить постоянные заигрывания молодой и красивой девушки, которая и сама постоянно проявляет инициативу сближения.
С другой стороны, эта игра всё равно ни к чему не приведёт. Стоит мне только протянуть руки не туда, как мне самому потребуется отращивать кисти. Или даже не придётся об этом думать. Потому что сложно думать, когда твои мозги разнесло крупнокалиберной пулей.
Дарья Михайловна от нашего флирта тоже получает удовольствие. Однако дальше этого мы всё равно не зайдём. Ей нужно хранить себя для будущего супруга, и мне рядом с ней на троне не место. Хотя, возможно, в другой жизни мы были бы отличной парой, но здесь и сейчас передо мной не просто привлекательная девушка, а будущая владелица самой огромной страны на Земле.
И именно долг для неё будет на первом месте, как бы ни хотелось углубить наши отношения. Однако никто ведь не запрещает нам получить немного удовольствия, пока ещё можно. Кто знает, может быть, сразу после нашего возвращения Долгоруковы представят ей будущего мужа. И моя фигурка отправится на полку — пылиться до тех пор, пока правящему роду не понадобится помощь Корсаковых.
— Ох, Дарья Михайловна, — вздохнул я, — вы заставляете меня краснеть. Такие фразы… Интригуют.
Долгорукова победно улыбнулась, явно довольная произведённым эффектом. Впрочем, она практически сразу вернулась мыслями к завтрашнему дню.
— Скажите, Иван Владимирович, вы могли бы вызвать на дуэль человека, который чем-то меня оскорбит?
Я взглянул на неё, приподняв бровь.
С одной стороны, конечно, у Долгоруковых хватит власти самим убрать человека. Однако, судя по всему, это не вопрос замены одних рук другими, а формирование некоего образа вокруг моей персоны.
— Могу, разумеется, — подтвердил я. — Но будет лучше, если я остановлю такого человека прежде, чем он раскроет рот. Оскорбление члена правящего рода — это очень серьёзное преступление, и тот, кто осмелится это сделать, вряд ли покинет бал целым и невредимым. Опять же, какая слава пойдёт по стране, если на балу генерал-губернатора кто-то из благородных семей решится вас оскорблять? Если вы кого-то подозреваете, не лучше ли сказать об этом, чтобы я знал, чего ожидать?
Дарья Михайловна скомкала салфетку в руке и серьёзно взглянула на меня.
— Да, вы правы, Иван Владимирович, — твёрдо проговорила Долгорукова. — Но всё же приятно знать. Конечно, дуэль обязательно будет не магическая, в этом случае даже моё разрешение не поможет. Но холодное и огнестрельное оружие…
Я улыбнулся и кивнул.
— У меня нет никаких возражений, ваше императорское высочество. Если, конечно, найдётся кому защищать вас, пока я буду тыкать в живого человека острым железом.
Она склонила голову набок.
— Вы хорошо фехтуете? — уточнила она.
— И стреляю, ваше императорское высочество, — пожал плечами я. — Любого дворянина учат этому с детства. Дуэли — часть нашей жизни, как бы с ними ни боролись правящие династии, простите за дерзость. Матушка позаботилась, чтобы я вынес из этих уроков максимум пользы. Так что, полагаю, мне нечего опасаться, если противник не решит сжульничать. Но примет ли он вызов?
Наследница престола улыбнулась.
— Об этом не беспокойтесь, у него в любом случае не будет выбора. Ведь, как вы и сказали, оскорбление члена правящего рода — серьёзное преступление.
Мне оставалось только пожать плечами.
— В таком случае не вижу причины отказывать в вашем желании, ваше императорское высочество.
— Ах, ваше благородие, вы сама обходительность! — преувеличенно бодро отозвалась Дарья Михайловна.
* * *
Генерал-губернатор отгрохал себе настоящий дворец в черте города. Огромная территория, отведённая под владение его высокопревосходительства, колыхалась зелёными кронами высаженных ровными рядами деревьев. На фоне этого рукотворного леса мраморный особняк в три этажа, занимающий никак не меньшую территорию, чем госпитали, которые мы осматривали. Колонны, статуи, фонтаны — чувствовалось, что хозяин этого места точно знает толк в роскоши.
Я выбрался наружу из машины и, поправив парадный китель, повернулся, чтобы подать руку её императорскому высочеству. Дарья Михайловна сегодня не носила форму, предпочла платье в чёрно-белых цветах. Красный кокошник с изумрудами на голове дополнял образ, привлекая внимание. Учитывая собственную красоту девушки, выбор был прекрасным — глаз от Долгоруковой было не оторвать.
Коснувшись кончиками пальцев моей ладони, наследница престола ступила на мраморную дорожку. Её взгляд, сейчас наполненный лёгким равнодушием, мазнул по собравшимся в саду гостям. Дворяне Выборга, которым повезло получить на этот бал приглашения, застыли в поклоне, приветствуя будущую государыню.
Хозяин вечера подошёл к нам степенно, без подобострастия и поспешности, но уважительно склонил голову.
— Ваше императорское высочество, — проговорил он, прижимая руку к груди, — я счастлив, что вы нашли время посетить мой бал. Уверен, для всего высшего общества сегодняшний день станет одним из самых счастливых в их жизни.
Дарья Михайловна опёрлась на мой локоть и ответила с тёплой улыбкой.
— Благодарю за приглашение, Александр Платонович, — произнесла она. — Я давно хотела провести время в приятной компании. И уверена, что сегодняшний вечер станет приятным не только для выборгского высшего общества, но и для меня. С вашим опытом, Александр Платонович, невозможно провести иной бал.
И не скажешь ведь, что оба прекрасно знают, что сегодня будет обсуждаться судьба казнокрада, владеющего этим особняком. И сам генерал-губернатор, и наследница престола играют на публику. Как хорошо, что это не моя жизнь.
— Представлю вам своего друга, — продолжая улыбаться, произнесла Дарья Михайловна, — Корсаков Иван Владимирович, целитель и настоящий герой, спасший меня по дороге в ваш чудесный город.
Упоминание о случившемся нападении, конечно, не могло пройти незамеченным. Уже прекратившие гнуть спины дворяне прекрасно улавливали намёки. Им придётся постараться, чтобы будущая государыня забыла этот кошмарный эпизод.
— Рад нашему знакомству, Иван Владимирович, — глядя на меня, как на пустое место, улыбнулся генерал-губернатор. — Надеюсь, вы проведёте время на моём балу с удовольствием.
— Разве может быть иначе, когда я сопровождаю её императорское высочество? — ответил я.
Наконец, все положенные слова были сказаны, и Александр Платонович повёл нас внутрь особняка. Остальные гости, кучковавшиеся снаружи в ожидании прибытия наследницы престола, потянулись за нами, хоть и держались на расстоянии.
Слуги распахнули двери, открывая проход в громадную бальную залу. Здесь можно было бы разместить полк, пожалуй, и всем бы вдоволь хватило места. Боковые двери были распахнуты, приглашая гостей в игровые и курительные комнаты. Прикрытые портьерами альковы угадывались за свисающими с потолка полотнами с гербом Филипповых — рода генерал-губернатора.
— Окажете честь открыть наш бал первым танцем, ваше императорское высочество? — уточнил хозяин вечера.
Вопрос правильный. Мало ли, не захочет сейчас наследница престола танцевать, а ты её объявишь. К чему вызывать недовольство, когда она и так уже настроена максимально негативно? Во-первых, напоминанием о нападении намекнула, что не забыла о случившемся. Во-вторых, ей прекрасно известно, что здесь присутствуют воры, обокравшие род Долгоруковых. Добавлять к этому недовольство, это нужно совсем уж берегов не видеть.
— С удовольствием! — чуть более весёлым голосом отозвалась Дарья Михайловна.
Я предложил ей руку, и мы заняли место в центре пустого зала. Остальные гости генерал-губернатора разместились вдоль стен. Их черёд придёт позднее, когда музыка дойдёт до первой трети. А до тех пор никто не должен оттенять её императорское высочество.
— Музыку! — скомандовал генерал-губернатор, и исполнители, спрятанные на балконе второго этажа, ударили в смычки.
Я закружил Дарью Михайловну в ритме вальса. Долгорукова в моих руках наслаждалась танцем, не сводя взгляда с моего лица. Не обращая больше ни на кого внимания, наследница престола шепнула мне:
— Скоро начнётся, Иван, будь готов.
Я кивнул, продолжая вести.
Появились первые парочки, присоединившиеся к нам, и вскоре весь зал кружился под звуки вальса. Я не думал ни о чём, просто наслаждался приятной компанией и получал удовольствие от процесса. Судя по довольному взгляду Дарьи Михайловны, она была занята ровно тем же самым.
Однако я всё равно не смог пропустить момента, когда в бальной зале появились люди Долгоруковых. С максимальной вежливостью они тенями скользили между гостями и то и дело выводили кого-то из зала. Уходящие дворяне не выглядели подавленными или напуганными.
Интересно, именно поэтому должен вызывать кого-то я? Выходят не виновные в хищениях, а те, кому посчастливилось не запятнать себя в этой коррупционной схеме. А значит, лояльных дворян сейчас быстро станет слишком мало.
Расходиться после первого танца мы не стали, и когда практически без перехода заиграла кадриль. На лице моей партнёрши расцвела улыбка, и мы ещё несколько минут наслаждались происходящим. К счастью, Дарья Михайловна решила сделать перерыв.
Раскрасневшаяся и тяжело дышащая, наследница престола взглядом попросила меня отвести её к столам. Вручив бокал с шампанским, я уже привычно наложил на неё защиту от отравления, так что наследница престола сделала большой глоток, совершенно не беспокоясь о себе.
— Прошу прощения, ваше императорское высочество, — раздался мужской голос за моей спиной. — С моей стороны, разумеется, будет дерзостью просить вас подарить мне танец, но прошу вас, окажите мне эту честь.
Я медленно повернулся к говорящему и окинул его взглядом.
На вид мужчине было слегка за сорок, волосы уже начали редеть, однако себя в форме полицейский держал. Городской пристав в парадном мундире не производил впечатления профессионального ловеласа, а вот на кондового вояку — вполне походил. Никакой угрозы от него я не чувствовал, да и его высокоблагородие пылал искренним желанием действительно станцевать с Дарьей Михайловной.
— Мы не представлены, — с улыбкой чуть наклонила голову наследница престола.
— Прошу прощения, ваше императорское высочество, — с такой решимостью, будто в атаку пошёл на врага, поклонился тот. — Городской пристав, Громов Андрей Тимофеевич, имею честь представлять всю полицию нашего славного Выборга на этом балу.
Я видел, как на лице наследницы престола появилось сомнение, но она кивнула мне и всё же вручила руку Андрею Тимофеевичу.
— Никак не могу отказать вашему решительному напору, — с добрым смешком произнесла Дарья Михайловна. — Ведите же, ваше высокоблагородие!
Они упорхнули в центр зала, а я остался стоять у столика с напитками. Однако долго скучать мне не пришлось — стоило будущей государыне начать двигаться в паре с городским приставом, как рядом, словно по волшебству, возникло несколько дам.
— Ах, её императорское высочество так юна и прекрасна! — заявила одна из них, помахивая веером.
— Да, вот она, сила молодости, — поддержала вторая.
— Вам очень повезло, ваше благородие, — обратилась ко мне третья, взяв бокал у официанта. — Вы прекрасно смотритесь вместе. Наверное, ваша матушка очень вами гордится?
Я улыбнулся в ответ.
— Как и любая мать собственным сыном, — чуть наклонив голову, произнёс я.
Первая сложила веер и сместилась чуть в сторону. Не прошло и секунды, а меня уже отрезали от остального зала. Теперь разглядеть, что здесь происходит, было невозможно. Технично дамочки работают!
— Вы скоро отбудете из Выборга, ваше благородие, а сегодня её императорское высочество наверняка задержится на балу, — воркующим тоном произнесла вторая. — Но мы знаем, что вы прекрасно себя показали в наших госпиталях. И что оказывали в столице некоторым девицам услуги по возвращению утраченной красоты.
— Я не говорю о своих пациентах, — ответил я. — Но кое-какой опыт в пластической коррекции действительно имею.
— Ох, это замечательно, — томно вздохнула третья, заодно демонстрируя мне содержимое своего декольте. — А скажите, может ли дама рассчитывать на то, что вы сможете проявить свои чудеса сегодня?
Я вскинул бровь, но всё же произнёс:
— Я сопровождаю её императорское высочество, — заговорил я. — А потому не могу давать таких обещаний. Но если, скажем, ваша подруга захочет получить консультацию, ей следует обратиться в выборгский корпус целителей, уверен, ей не откажут.
Дамы переглянулись, после чего испарились так же быстро и технично, как и появились рядом со мной. Каким-то чудесным образом я ощутил, что в кармане брюк появилась сложенная вдвое записка. Это не благородные дамы, это щипачи какие-то!
Впрочем, в другой обстановке я бы им точно не отказал. А так посмотрим, как оно дальше сложится. Может быть, приглашу в Москву, где мы случайно пересечёмся, и я смогу подправить то, что их в себе не устраивает.
Дарья Михайловна всё ещё танцевала с городским приставом, а потому я достал бумажку и развернул. Ничего крамольного — предложение встретиться сегодня ночью для проведения процедур. Адрес, по которому меня будут ждать, прилагался. Как и обещание, что я об этом точно не пожалею.
Улыбнувшись, я убрал бумажку обратно в карман и поймал взгляд наследницы престола. Танец закончился, и Дарья Михайловна шла под руку с полицейским ко мне. На лице Андрея Тимофеевича пылала довольная улыбка. Уверен, он запомнит этот день на долгие годы.
— Возвращаю вам вашу спутницу, ваше благородие, — произнёс городской пристав, вложив руку наследницы престола в мою. — Ваше императорское высочество, благодарю за оказанную честь.
Дарья Михайловна чуть наклонила голову, глядя на него с искренней теплотой в глазах.
— Я была рада, Андрей Тимофеевич.
Я вручил наследнице престола новый бокал, и она кивнула мне в сторону окна.
— Прогуляемся? Мне нужно передохнуть.
— С удовольствием, ваше императорское высочество, — ответил я, но нас прервали.
— Прошу прощения, ваше императорское высочество, — проговорил слуга Филиппова. — Его высокопревосходительство всё подготовил, вы можете пройти к нему в кабинет.
Долгорукова улыбнулась.
— Идёмте, Иван Владимирович, поговорим с Александром Платоновичем.
