Глава 5
Свободу информации!
Перед глазами Дика пляшет огонь, яркий, как в том месте, которое обещал пастор после смерти убийцам. Таким, как он. Дик не успевает додумать эту мысль, и пламя исчезает под вспышкой белого пенного всплеска. Это Петра брызнула из огнетушителя, и теперь на месте ало-оранжевых всполохов чернеют остатки обгоревших проводов.
– Шевелись, Дик!
Она вкладывает в его руку небольшой огнетушитель. Всего-то и нужно, что направить и нажать кнопку… тепло на кончиках пальцев, импульс отдачи… человек, в которого он… стрелял. Падающий человек. Мертвый. Дик роняет огнетушитель на палубу. Петра поднимает его, чертыхается и убегает тушить следующее мелкое возгорание. И правильно. От Дика нужно держаться подальше. От него одни неприятности.
Они идут по коридору, на ходу разбираясь с самыми тяжелыми повреждениями. Капитан и Йохан проделывают то же самое по другому борту.
– Надеюсь, мы отбежали достаточно далеко, – говорит Петра. – Если со станции за нами послали погоню, то без перехода на ускорение у нас нет шансов…
«Почему она разговаривает со мной? – думает Дик. – Они должны были убить меня, сразу, как Йохан и предлагал…»
– Я все видела, – говорит Петра после очередного залпа из огнетушителя. – Ты спас капитана. Снял того, кто в нее стрелял.
Так вот как это называется. Не убил, а «снял». Дик трясет головой.
– Ты молодец! Спасибо!
Она улыбается, как всегда обворожительно, и уходит в направлении рубки. Здесь они больше ничего не могут, дальше – заблокированные, разгерметизированные кораблем отсеки. Лучше бы он оказался там. Но Дик тащится следом за Петрой в рубку, где снова будет решаться его судьба.
Когда они возвращаются, капитан и Йохан уже там.
– На нас прет какая-то огромная махина, – сообщает Йохан Петре, на Дика даже не глядит.
– Поточнее можно?
– Поточнее корабль скажет после ремонта. А пока это огромная махина, с виду не меньше крейсера…
Но они и так уже видят ее в иллюминатор. Корабль размером с четыре Bookship заслонил им космос, опасно приблизившись.
– Запрос на связь, – говорит корабль.
– Только аудио, – отвечает капитан. – Давай.
– Капитан Bookship, – мягкий голос разносится под обшивкой корабля, словно поглаживает его. – Мы с вами не договорили.
– Не слишком удачный момент для переговоров, – говорит капитан с ледяным спокойствием. – Я перезвоню.
– Не дергайте свою посудину, капитан.
Корабль берет их на прицел. Красные зоны потенциальных ударов раскрасили схему Bookship на тактическом дисплее посреди рубки.
– Отдайте книгу.
– Боюсь, сделка не состоится, – произносит капитан очень внятно и тихо. – Не в этот раз.
– Вы, кажется, не поняли. Мы не торгуемся. Отдайте книгу…
– А то что? – перебивает кэп. – Распылите нас на атомы? Валяйте, и будете глотать радиоактивную пыль. Можете попытаться добыть книгу в бою. Возможно, у вас даже получится. Но без двух других она не имеет смысла, вы сами это знаете. Их у меня нет, это правда. Но так получилось, что я знаю, как и где их искать.
– Что вы предлагаете?
– То, с чего мы начали, – невозмутимо продолжила капитан. – Сделку. Но теперь больше. Мы привозим оставшиеся Библии, вы платите – больше, мы расстаемся и никогда не встречаемся – больше.
– Почему я должен вам верить?
– Потому что у вас нет выбора.
– Как и у вас, капитан.
– Честная сделка.
Этот кто-то молчит целую минуту, но по состоянию этого молчания уже ясно, что убивать их не будут. Не сейчас.
– У вас есть одна стандартная неделя, капитан. Не пытайтесь спрятаться.
Корабль медленно разворачивается и исчезает во вспышке перехода на ускорение. И только тогда капитан с шумом выдыхает сквозь зубы.
– Что за дела, кэп? – говорит Йохан дерганее, чем обычно. – Что ты ему пообещала?
– Нужно было выиграть время, – отвечает капитан, прикрыв глаза.
– Кажется, получилось, – тихо говорит Петра. – Но что теперь?
– Вы собирались продать ему мою книгу, да? Вы договорились с ним еще на станции?
Все оборачиваются на Дика, словно он появился из ниоткуда.
– Да ты вообще заткнись! – наконец выплескивает Йохан то, что давно сдерживал. – Из-за тебя все считают нас книжниками!
– Но вы и есть книжники…
– Раньше об этом не знала вся галактика! Надо было выбросить тебя за борт, как только нашли!
– Дик капитану жизнь спас! – взрывается Петра.
– Он всех нас, считай, прикончил!
– Вы обещали… – бормочет Дик.
– Замолчите, – тихо произносит капитан. – Мне нужно подумать.
Она с такой силой массирует виски, словно пытается вдавить что-то в голову, и вдруг резко опускает руки, поворачивается в кресле к Дику, пригвождает его взглядом к палубе.
– Ричард, выкладывай. От этого зависят наши жизни. Потом разберемся с тем, как ты ее достал из моего сейфа. Что там за история с книгой? И не думай, что я куплюсь на бредни про твою избранность.
– Никакой я не избранный! – почти кричит он. – Эти… Еретики – психи конченые! И эта книга никакая не особенная! Это просто книга! Возможно, это… придуманная история! Она не опасна и… ничего в ней нет…
Дик трясет книгой, в его движениях нет ни следа той бережности, с которой он всегда обращался с ней. Книга падает на палубу с легким стуком, раскрываясь посередине, пожелтевшими страницами на общее обозрение. Дик никогда бы не предал ее. Это она его предала.
– Хочешь сказать, что ничего не знал? Все эти годы, что книга у тебя?
– Нет, клянусь! Я всегда считал, что она под запретом из-за самой истории! Из-за того, что там сказано про Землю…
– Опять этот бред про Землю, – ворчит Йохан.
– Я не знаю ни про какой ключ! – повторяет Дик. – Простите!
– Я ему верю, – говорит Петра и кивает.
– От меня одни неприятности… – тихо говорит юноша. – Лучше бы вы и правда выбросили меня в космос…
– Это можно исправить, – замечает Йохан. – Капитан, давай отдадим его Инквизиции! Мы же объясним им, что это не наша вина, да? Что он нас подставил?
– Мы никого не сдаем Инквизиции! – громко говорит капитан.
– Закроемся на пару лет в какой-нибудь дыре, – продолжает Йохан. – Пока пыль не осядет. Я одно такое место знаю!
– Ты серьезно думаешь, что нас не найдут? – крикнула Петра. – У Инквизиции глаза и уши по всей галактике!
– Значит, надо драпать!
– На шестидесяти процентах двигателя?
– Есть идеи получше?
– Есть! – кричит Петра и, посмотрев на капитана, говорит на выдохе: – Нужно просить помощи у Свободных.
– Только. Через. Мой. Труп. – Голос капитана почти срывается на рык.
– Капитан, это ближайшая перспектива! Если нас догнал этот тип на своем личном крейсере, Инквизиция уже взяла след! Кораблю нужно время на восстановление, нам нужно время на ремонт! Нам нужен свободный порт. Сейчас же.
Капитан смотрит на Петру настороженно. Она уже собирается ответить, когда корабль подает голос.
– Запрос на связь по направленному лучу.
Она кивает, и в динамиках раздается шипение, а затем голос, будто с другого края галактики, радостно говорит:
– …вызывает Bookship! Станция свободы вызывает Bookship! Отвечайте, братья и сестры! – раздался по громкой связи бодрый голос. – Станция свободы предлагает вам убежище и защиту. Повторяю…
– Помяни черта… – произносит Йохан с восхищением. – Какие же они шустрые!
– В космосе стало слишком тесно, – устало говорит капитан, жестом приказав кораблю отключить звук. – Ладно. Мы воспользуемся их предложением. Петра, договорись о встрече, где они скажут, и готовься к стыковке в порту… или что там у них. Я скоро вернусь.
– Капитан! – окликает ее Петра. – В медотсек заверни, ладно?
Она коротко кивает, выходя из рубки, рукой слегка касаясь бордовой полосы на боку. Петра занимает ее место, а Йохан, что-то недовольно буркнув, встает за навигатор. Тогда Дик решается спросить:
– Что за… Свободные?
– Пираты, – отвечает Петра. – Ты что, правда ничего не слышал о них?
У Дика сил осталось только на то, чтобы отрицательно мотнуть головой. Но Петра продолжает, не дожидаясь реакции:
– Пираты считают, что информация должна быть бесплатной. – Девушка фыркает от смеха. – Они транслируют вообще все подряд! Передачи Сети, запрещенные каналы, им без разницы. Говорят, их радары могут уловить даже переговоры по внутренней сети кораблей!
– Но зачем им столько информации?
– Кто ж знает? Может, им просто по кайфу собирать все подряд! Правда, Йохан?
Тот ворчит что-то неразборчиво. На Дика не обращает внимания, как будто заранее решив, что его на корабле больше нет.
– А еще у них есть свои независимые медиа, – продолжает Петра. – Ну, если можно назвать независимыми тех, кто выдает непроверенные истории за факты.
– Они единственные не повторяют то, что впаривает Империя! – вдруг вступается за Свободных Йохан.
– Конечно, зачем, если можно выдумать что-то свое и назвать это новостями? – усмехнувшись, парирует девушка.
Йохан бурчит что-то под нос. Петра собирается что-то добавить, но на дисплей поступают координаты для встречи и стыковки, и серьезность на ее лице сменяет кривую улыбку. Дик поднимает книгу и, прежде чем закрыть ее, случайно переворачивает в конец главы Великого Исхода. На картинке внизу люди тянут руки в космос, а под ними светится Земля. В первый раз в жизни он не находит в ней утешения.
Дверь каюты захлопывается, и капитан зовет:
– Корабль, ко мне.
– Я занят вообще-то, – отзывается равнодушный голос. Но спустя две секунды голографический образ все же возникает на фоне голой стены.
– Расскажи мне, корабль, откуда у мальчишки книга, которую я приказала спрятать в хранилище?
– Он попросил, и я отдал ее.
– Он попросил, и ты нарушил прямой приказ. Интересная у нас субординация.
Капитан обходит голограмму, поворачиваясь спиной. Она делает глубокий вдох и считает до пяти, но это, как всегда, не работает. С кораблем никогда ничего не работает как с другими – теми, кто ее боится или уважает. Она должна знать, о чем корабль думает, как она знает каждый винтик и проводок в его железном теле. Где нарушение логики и когда оно произошло – когда на борту появился этот мальчишка? Или раньше? Невозможно. Слишком много нестыковок, слишком много факторов, слишком много проблем одновременно. И теперь ей одной предстоит все расхлебывать.
– Нас преследует Инквизиция, корабль. Ты знаешь, что они с тобой сделают.
Электронный разум не испытывает страха. Он вообще ничего не испытывает. Но капитан знает, что он помнит тот день, когда ему пришлось закольцевать себя во внутренней сети, отрезая участки собственного мозга, пока красная печать инквизитора Генриха Моргана изнутри выжигала его нервы, делая беспомощным, парализованным. Если есть ад для искусственного интеллекта, то это был он. Пока не пришла она и не вытащила его оттуда.
– Если я не сделаю это раньше.
Корабль молчит. Голограмма стоит по стойке смирно, и сквозь ее спину видно дверь каюты.
– Я запрещаю тебе выполнять приказы, просьбы и мольбы Дика. Ясно тебе, корабль?
– Так точно, – отвечает он. – Свободная станция прислала координаты встречи. Стыковка через два стандартных часа.
– Встретимся в рубке на инструктаже.
Голограмма исчезает, и в тысячный раз капитан думает, что надо было сменить аватара. Но она никогда этого не сделает.
Дик думал, капитан сразу отберет книгу и выбросит в космос – возможно, вместе с ним. И что это будет логично и правильно, ведь смысла больше нет. Он никогда и ничего не узнает о Земле, если она на самом деле существовала. Столько лет он держался за мысль о том, что эта правда достойна спасения и не просто так оказалась в его руках. Но что, если Земля – это фейк, выдумка сумасшедших еретиков? Лучше уж глотать вакуум.
Петра осторожно подводит Bookship к пиратской станции. Вблизи та выглядит несуразным комком, будто слепленным нетерпеливым ребенком из деталей разных конструкторов. Но неотрывно глядя на него целых полтора часа, пока они приближались, Дик разглядел своеобразную логику. В середине находится огромный корабль типа линкора, правда устаревшего, а к нему со всех сторон, словно детеныши к матери, пристыкованы корабли поменьше, а к ним – еще и еще… Заканчивалась эта вереница шлюзом последнего судна, куда мог прибиться следующий. Неужели хозяева других кораблей вот так запросто пускают через свои коридоры всех, кто пристыковался к ним? Капитан ни за что не позволит. Но если кто-то втиснется прямо следом за Bookship, у корабля не останется места для маневра. А вылет из середины кучной парковки грозит экстренной разгерметизацией и потерей пары отсеков.
– А я-то думала, почему их никак не могут поймать! – произносит Петра как будто с восхищением. – Ищут станцию или корабль, а не… это!
– Информационный шум сбивает с толку любой радар, умно! – одобряет Йохан.
– Нет, если тебя застают врасплох.
Капитан возвращается как раз, когда им выделили стыковочный шлюз крайнего судна, у которого даже названия нет, только номер. Петра собирается уступить место, но капитан кивает, мол, продолжай, и встает посреди рубки. Она привела себя в порядок, насколько это возможно, и на ее чистом скуластом лице ярче видны тени усталости.
– Значит, так, – говорит она. – Наша задача – экстренный ремонт, и сваливаем отсюда как можно скорее. Связь только внутренняя, я запрещаю, повторяю, запрещаю выход в местную сеть. И вообще, Петра, Йохан, не покидайте корабль, занимайтесь ремонтом. Это понятно?
– Да, капитан, – как всегда отзывается Петра.
– Это еще почему? – возмутился Йохан.
– Потому что я так сказала!
– А ты что будешь делать?
– Добывать информацию и заговаривать зубы нашим радушным хозяевам. Еще вопросы?
Но Йохан еще не закончил.
– Кэп, мы ищем выход – так вот он, перед нами! Попросим у Свободных защиты! За столько лет Инквизиция так и не смогла их найти, так что им стоит…
– Это стоит очень дорого! – обрывает его капитан, но вдруг вздыхает и говорит очень тихо: – Просто, пожалуйста, хоть раз в жизни сделайте ровно то, что я прошу.
– А с ним что? – спросил Йохан, кивнув на Дика. – Может, запрем в каюте?
– Нет, он мне нужен.
Дик прижимает книгу к себе. Наконец-то можно больше не думать. Скоро его судьба решится. Капитан заслоняет собой экран, в который он таращится, лишь бы не видеть все остальное.
– Ты пойдешь со мной, – говорит она, пристально глядя на него.
Капитан берет книгу из рук Дика, пролистывает ее и захлопывает так, что парень вздрагивает. Потом она поворачивает Дика, словно куклу, на ощупь находит сумку, с которой он не расстается, опускает в нее книгу и снова поворачивает Дика лицом к себе.
– Запомни вот что. Ты – моя тень. Шаг влево, шаг вправо – и я тебя сама пристрелю. Понятно?
Дик кивает на автомате, словно еще не выбрал предпочтительный вариант – быть застреленным здесь или в другом месте.
– Предателя берут на экскурсию, а мы, убогие, вкалывать будем, – бурчит Йохан.
Капитан делает вид, что не слышит. Петра указывает Йохану на кресло навигатора и грозно велит:
– Помоги!
Стыковочный отсек безымянного транспорта увеличивается на экране, пока не занимает его весь. Легкий толчок – и корабль замирает в стальных объятиях переходного шлюза.
– Хорошая работа, – говорит капитан. – Пойдемте поздороваемся.
С первого момента на космическом корабле Дик постоянно чувствовал ограниченность пространства. Стены, пол и потолок смыкаются, подобно колодцу, да еще закрытому крышкой. Некоторых людей, никогда не покидавших родных планет, это приводит в ужас, начинается клаустрофобия, и их приходится возвращать на поверхность, накачав снотворным и успокоительным. Дик даже немного гордился тем, как хорошо переносит полет и даже ускорение – словно сам вырос в безвоздушной среде. Но теперь, стоя перед узким коридором стыковочного отсека, он физически ощущает близость пустой тьмы за пределами тонкого рукава перехода. И то, что по обе стороны от Дика стоят Йохан и Петра с оружием на изготовку, а капитан наполовину прикрывает его собой, нисколько не успокаивает. С шипением открываются шлюзы, и с другой стороны топают тяжелые ботинки на магнитной подошве. Йохан справа от Дика напрягается и берет кого-то на прицел. Петра тоже целится. Капитан стоит как скала.
– Вот это новости! – кричит мужской голос с другой стороны, в котором слышны веселые нотки. – Обычно в гости ходят без оружия.
– Обычно нас не зовут в гости так настойчиво.
– Мы рады предоставить убежище всем Свободным! Но и у нас есть порядки – ради вашей и нашей безопасности. Оружие на борту не приветствуется. Уберите свои пушки и отключите систему обороны корабля. Иначе мы не сможем друг другу доверять.
Капитан смеется, как кажется Дику, искренне. С другой стороны коридора эхом отзывается смех мужчины.
– У всех здесь поначалу проблемы с доверием, – говорит весельчак. – Но посмотрите, я один и не вооружен! Вот что мы сделаем. Встретимся посередине! Вы убедитесь, что мы тут не желаем вам зла.
Только по тому, как Йохан перехватывает оружие, Дик понимает, что мужчина пошел по стыковочному коридору – шаги в рукаве совсем не слышны. Капитан идет ему навстречу. Остается только идти следом за ней. Они делают всего два больших шага и останавливаются. Это и есть середина стыковочного рукава. Только идиот устроил бы здесь перестрелку. Дик решается немного выглянуть из-за спины капитана и видит молодого мужчину со смеющимися глазами. Он протягивает руку, очень медленно.
– Капитан станции Свободных Йенс Соммерсон. Можете звать меня просто Йенс.
– Капитан корабля Bookship. Можете звать меня просто капитан.
Они пожимают руки, и Дик замечает, как смешливые глаза смотрят на него. Он отводит взгляд.
– Капитан, – говорит Йенс уже без смеха, – я гарантирую вам, вашим людям и кораблю Bookship безопасность в течение всего времени, что вы пробудете на станции.
– И анонимность?
– На станции свободы не действует имперский запрет на информацию. Если кто-то из Свободных узнает, что вы здесь, я не смогу помешать рассказывать. Но когда наши сигнатуры попадут в информационный поток Инквизиции, мы будем уже очень далеко! А если захотите присоединиться к Свободным…
– И вам ничего не нужно взамен? – перебивает его капитан.
– Разумеется, нужно! – в голос мужчины возвращаются веселые нотки. – Но об этом поговорим в моем… офисе. Так что, вы убедились? Мы можем друг другу доверять?
– Разумеется, нет! – усмехается капитан, но затем, не оборачиваясь, кричит: – Bookship, отключить оружейную систему.
По ровному затихающему гулу Дик понимает, что корабль подчинился. Петра, повинуясь едва заметному знаку капитана, первая опускает стазер, за ней неохотно повторяет Йохан.
– Вот и славно! – говорит Йенс, поворачивается и идет обратно, приглашая капитана следовать за ним. Она идет.
– К услугам ваших людей на станции все виды развлечений и отдыха, информационные порталы, и если нужна помощь с ремонтом…
– Не нужна. Мои люди остаются на корабле.
– А ваш юный друг?
Йенс снова глядит на Дика. Капитан подталкивает парня вперед, и теперь он с ней рядом, но все так же старается не поднимать глаз.
– Он со мной. Он всегда и везде со мной, – говорит она.
– Это очень хорошо! – радуется хозяин пиратской станции, когда они проходят через коридор другого корабля.
Дик замечает что-то странное еще до того, как они оказываются у трапа, подводящего, как он понял из объяснений Йенса, к центру станции. Сам бы он ни за что не нашел путь обратно. Краем глаза ему кажется, что палуба внизу… шевелится, словно большое коричневое море, но счел это обманом периферийного зрения – дезориентацией космических путешественников. Но когда Дик встает на трап, чтобы спуститься вслед за капитаном, в уши и глаза ему ударяет гул голосов и свет вспышек, и тут он понимает, что коричневое море – это головы людей, которые встречают их… Нет, встречают его.
Летающие камеры-дроны окружают Дика, снимая его, ошарашенного. Голоса со всех сторон спрашивают:
– Дик, давно вы стали еретиком?
– Дик, как вы пережили космическую чуму?
– Дик, Земля и правда существует? Как вы ее нашли? Когда вы туда отправитесь?
– Дик, планируются ли еще террористические акции?
– Дик, правда ли в вас вселилась душа одного из праотцов?
Люди одновременно набрасываются на него, когда Дик сходит с трапа. От страха темнеет в глазах. Он вжимает голову в плечи, руками обхватив себя, точнее – сумку с книгой. В камере слишком быстро подлетевшего дрона он видит свои распахнутые от ужаса глаза, и в следующий миг вспышка ослепляет его.
– Иди вперед, не слушай, не смотри и ничего не бойся.
Голос капитана над его ухом звучит громче остальных – требовательных, нетерпеливых. Она спокойна, и от этого Дику становится чуть легче. Он чувствует крепкую ладонь на своем плече и сосредоточивает взгляд на спине Йенса, который разрезает толпу перед ними и не оборачивается, словно ничего не происходит.
Но вдруг кто-то хватает Дика прямо там, где под одеждой спрятана сумка с книгой. Он инстинктивно отпрыгивает, пытаясь вырваться, но хватка крепка.
– Эксклюзив для канала гражданской журналистки! – не просит, требует та, кто держит полу его плаща.
– Пошла вон! – рыкает на нее капитан и высвобождает одежду Дика.
Гражданская журналистка остается позади, но ее голос разносится поверх толпы, словно усиленный:
– Тоже мне «книжный магазин»! Ваше время кончилось, вам больше не спрятать информацию! Люди имеют право знать! Информация должна быть свободной!
– Информация должна быть свободной! – гудит толпа.
Капитан вдруг останавливается – Дик понимает это по тому, как сильно она сжимает его плечо, – и оборачивается к журналистке. Дику тоже приходится повернуться. Толпа отступает от нее под взглядом капитана. На журналистке кричаще яркий облегающий костюм, короткие волосы выкрашены в алый цвет, на глазах – искусственные линзы, передающие все, что она видит, в собственное записывающее устройство. Она в курсе как минимум новостей столичной моды.
– За информацию, – резко говорит капитан, и ее слова раздаются ударом по внезапно наступившей тишине, – всегда нужно платить. Деньгами. Кровью. Жизнью. Однажды и ты заплатишь.
В ее тоне нет угрозы, но толпа расступается и пятится. Журналистка не отводит взгляд, как делали другие, на кого капитан смотрела так же, но слова у нее явно кончились: она лишь фыркнула в ответ. Тишина в ангаре стоит такая же оглушительная, как до того гул.
Капитан подталкивает Дика, и они идут дальше, за Йенсом, который наблюдал за происходящим молча, не вмешиваясь.
Петра не слышит ровного гула машины. Он всегда успокаивал ее, напоминал: если будет грозить опасность, корабль не даст их в обиду. Ей тогда понравилась шутка младшего инквизитора: «Почему у книжного магазина пушка? Потому что он независимый». Она искренне посмеялась и запомнила. А сейчас, когда основной орудийный порт деактивирован, молчание корабля действует на нервы. Петра занимает себя работой, как всегда делает капитан. Подбитый двигатель по правому борту – серьезная проблема, и Петра осторожно отключила его реле, чтобы кораблю было полегче. Она изучает один из кабелей на предмет обрыва, когда в рубку входит Йохан.
– Ты что, уже всю систему жизнеобеспечения проверил? – спрашивает Петра.
– Ты дышишь? Значит, кислород есть, – небрежно бросает Йохан и падает в кресло.
Петра хмурится, хотя и знает, что Йохан просто выделывается, не стал бы он забивать на то, от чего и его жизнь зависит. Но его настрой ей не нравится: в последнее время он стал еще более нервным и мрачным, чем обычно, часто спорит с капитаном.
– Почему бы тебе не…
Но ее останавливает шепот корабля:
– На борту посторонний!
Петра бросает кабель и в один прыжок оказывается в трюме, на ходу вытаскивая из одного из многочисленных карманов комбеза отвертку. Если надо, она поставит на ней максимальный заряд – ничем не хуже выстрела. Йохан прыгает следом, можно лишь надеяться, что он не оставил оружие в рубке. Сначала Петра различает в неярком свете трюма пятно, и только когда оно поднимает руки, принимает очертания человека. Оранжевый с цветовыми вставками комбез подчеркивает фигуру, волосы чуть длиннее, чем это принято среди жителей космических станций – попробуй в невесомости работать, когда собственные космы застилают взгляд, – и глаза с настолько расширенными зрачками, что Петре их видно с другого конца отсека.
– Привет! – говорит женщина. – От имени Свободных приветствую Bookship!
– Сюда нельзя, – говорит Петра, держа отвертку наготове.
– Привет! – одновременно произносит Йохан. – Как жизнь? Эй, я тебя знаю!
Его тон Петре совсем не нравится, но она сделает ему замечание потом. А незваная гостья проходит вперед, словно у себя дома, и улыбается Йохану, игнорируя Петру.
– Мой канал – один из самых популярных и запрещенных в Сети! – сообщает она. – Я – гражданская журналистка!
– Журналисть отсюда подальше, – предлагает Петра, наставляя на нее отвертку. – Это наш корабль, тебя сюда не приглашали.
– Любой корабль, получивший убежище на станции Свободных, становится частью станции. Это такой же твой корабль, как и мой.
– Расскажешь это капитану, когда она выбросит тебя в шлюз с другой стороны.
– Да ладно тебе, Петра! – говорит Йохан вдруг каким-то совсем незнакомым тоном. – Она же по-хорошему. Извини ее, – обращается он к женщине. – Она немного нервная.
Петра задыхается от возмущения, чуть не направив отвертку в глаз Йохану.
– Как насчет эксклюзивного интервью? – спрашивает незнакомка, снова не обращая на Петру внимания.
– Как насчет пропустить по стаканчику, а там посмотрим? – улыбается Йохан. – Есть у вас тут приличный бар или типа того?
– Типа того!
Журналистка улыбается во все свои слишком белые зубы и с готовностью подает Йохану руку. Вдвоем они идут к стыковочному рукаву.
– Капитан не велела покидать корабль! – напоминает Петра.
– Капитан может отвалить! – кричит в ответ Йохан и исчезает в рукаве следом за своей спутницей.
Петра опускает импровизированное оружие. Йохан часто спорил с капитаном до ора, до хрипоты, но впервые он нарушил приказ. А вдруг он не вернется? Эта мысль царапала изнутри. Но у Петры нет времени размышлять об этом. Теперь они с кораблем остались совсем одни, и у них слишком много работы…
Их долго ведут вглубь станции по странным коридорам с переходами. Люди встречаются редко и сразу уступают дорогу, а потом сверлят спины взглядами. Наконец Йенс открывает одну из незаметных дверей личным ключом, и они входят следом. Дик не успевает пригнуться, задевает железную балку макушкой и потирает нарождающуюся шишку, осматривая офис начальника станции. Здесь много коробок и ящиков – настоящий склад, но беспорядок какой-то запущенный, небрежный, какого он не видел на Bookship.
Йенс проходит мимо ряда ящиков, протискивается к столу, заваленному картами, прозрачными файлами и другой россыпью информации, падает в кресло и закидывает ноги на стол. Капитан не удерживается от того, чтобы закатить глаза. Именно так представляют пиратов в развлекательных драмах на официальных каналах Сети.
– Знаешь, как собирали информацию эти чудаки из Гильдии книжников? – спрашивает Йенс, устроившись в кресле.
Других приспособлений для сидения нет, но капитан и не собирается задерживаться тут надолго.
– Просвети.
– Любой корабль, совершающий посадку на их территории, обязан был сдавать все свои письменные источники: цифровые файлы, карты… книги. Все это копировали, заносили в какую-то базу… Говорят, где-то до сих пор лежит эта огромная библиотека!
Капитан улыбается совсем невесело.
– Какая замечательная легенда!
– Легенда или нет, но мы тут делаем то же самое. Мы делимся информацией, понимаешь, что я имею в виду? Это плата за постой.
Капитан через всю комнату бросает Йенсу небольшой файловый накопитель, явно заготовленный заранее. Пират неловко, чуть не вылетев из кресла, ловит его.
– Свежие карты, метки засад патрулей, их обновленные сигнатуры. Больше, чем вам нужно для этих ваших… вещаний.
– А книга? – спрашивает Йенс, не скрывая жадности.
Дик с большим трудом заставляет руку не тянуться к сумке.
– Ты веришь пропаганде Инквизиции? – говорит капитан. – Думаешь, у меня правда есть книга?
Йенс ухмыляется.
– Я думаю, даже не одна. Станция свободы вещает на сотни миров. Мы узнаем новости быстрее, чем Инквизиция успевает подправить их в Сети. Знаешь, что последние несколько часов передают все линии связи? Как это один маленький книжный магазин пережил чистки Инквизиции и продолжает продавать запрещенный товар?! Наши архивы вверх дном перевернули! Ребята требуют эксклюзивного репортажа!
– Через мой труп, – улыбается капитан.
– Тогда это будет уже не актуально. А вы что скажете, молодой человек? – Йенс вдруг обращается к Дику. – Как вы оказались на Bookship и где ваша книга?
Дик смотрит на капитана, а в его голове звучит ее голос перед тем, как корабль состыковался со станцией: «Рот даже не открывай!» Он бы и не смог. Встреча в порту оглушила его, лишила последней крупицы надежды. Дик надеялся, что успеет улизнуть от капитана, как сделал это в метрополии, и тут, среди миллионов незнакомых лиц, в мешанине кораблей, где нет никакой системы, он затеряется без труда. Сменит имя, сядет кому-нибудь на хвост, как планировал еще на Алгее, сойдет в первом же порту или на планете и пристроится на следующий транспорт грузчиком. Потом на другой, на третий, пока, наконец, не исчезнет с лица этой Вселенной, как точка погасшей звезды исчезает с карт, станет незаметным, каким и должен был быть всегда. А книга? Ну прятал же он ее столько лет, будет прятать и дальше. Это его крест, не капитана. Команда Bookship ни в чем не виновата, он не позволит сделать их мишенью из-за него одного. Но капитан не спускает с него глаз с того момента, как они вышли из шлюза. Если бы он мог объяснить, что просто хочет избавить ее от проблем! Но нужные слова не приходят. Слова его подвели.
«А если прямо сейчас отдать книгу Йенсу?» – вдруг озаряет Дика. Пусть теперь Свободные со всем разбираются! Пусть за ними гоняется Инквизиция, раз так давно не может поймать. Может, с ними и книга будет в безопасности? Они скопируют ее, разнесут по всей галактике, а ведь это именно то, что стоило сделать!
Дик набирает в грудь воздуха, чтобы сделать то, о чем обещает себе пожалеть позже, гораздо позже… Но капитан опережает его.
Расстегнув куртку, она вынимает сверток, разворачивает. Йенс, чуть не перевернувшись, убирает ноги со стола и весь вытягивается в кресле вперед. Но руки к книге не протягивает. Капитан кладет сокровище на стол, и (показалось или нет?) лидер пиратов слегка вздрагивает, но не отводит от свертка глаз. На этот раз Дик не сдерживается, проводит руками по контурам книги, которую прячет в сумке. Ну конечно… капитан подменила ее, как в прошлый раз. А сама говорила ему: следи за руками!
– Только рукописная копия, – говорит капитан. – После того как мы улетим, вводите во все архивы, какие приспичит, но пока мы на борту – только рукописная копия!
– Идет! – говорит Йенс, все еще слишком ошарашенный происходящим. Видел ли он до этого книги?
Взмахом руки открыв дверь, Йенс дает понять, что гости свободны.
– И это все? – вдруг выдавливает из себя Дик. Тут же прикусывает язык и смотрит на капитана. Та не выказывает недовольства.
– Смотри-ка, он разговаривает! – снова улыбается Йенс. – Это Свободная станция. Здесь все свободны говорить и делать что угодно.
– Мы здесь ненадолго, – говорит капитан.
Взяв Дика за руку, она выталкивает его в дверь. В спину раздается:
– Все так сначала говорят.
Завернув в первый попавшийся коридор, капитан останавливается и тормозит Дика. Она прикладывает руку к уху, указывая Дику, чтобы сделал то же самое.
– Петра, ты нашла?
– Задачка непростая, – отвечает бодрый голос в ухе Дика. – Я ведь не знала, что искать… Но, кажется, одно место недалеко от центра попадает под характеристики. Выслать координаты?
– Не хватало еще, чтобы перехватили. Просто будешь вести нас.
– С того места, где вы стоите, это всего лишь пара поворотов направо. Там сами увидите. Но это не все новости, капитан. Мы тут с кораблем покопались в журнале станции. Вы не поверите, кто тут еще припаркован! «Мореход», «Призрак» и… «Люпус».
Капитан вдруг как-то неестественно выпрямляется, ее рот кривится в усмешке, которую Дик не пожелает увидеть врагу.
– Кажется, тут вечеринка, – со смешком произносит Петра, но Дик хорошо знает тон, которым она пытается смягчить злость капитана. – А нас забыли пригласить.
– Спасибо, Петра. Я разберусь.
Она выключает связь, и Дик слышит легкое жужжание с той стороны – значит, и Петра тоже отключилась. Капитан идет вдоль коридора, придерживаясь правой стороны, ведет Дика перед собой. Несмотря на его опасения, на пути у них ни души.
– Что это за корабли, ну, которые Петра назвала? – осторожно решается спросить юноша. – Тоже книжники?
– Не просто книжники, – произносит капитан. – Издатели. Бывшие, конечно. Во время чистки Инквизиция реквизировала их книгопечатное оборудование вместе с книгами.
– И они примкнули к пиратам?
– Сомневаюсь. Все бывшие члены Гильдии примерно одинакового мнения об этих отбросах. Но что они тут делают… Хороший вопрос. Если все пойдет по плану, мы с ними не встретимся. Это большая станция.
Но за следующим поворотом их уже ждут.
Дик едва успевает ощутить толчок – и в следующую секунду лежит на полу, глядя, как капитан уходит от выпада справа. Она стоит у стены, сгруппировавшись, а напротив возвышается светловолосый громила под два метра, бицепсы выпирают под одеждой. Его кулачищи налетают на кэпа торпедами, но она без труда отводит удары и, кажется, улыбается.
– Прекрати, Макс! – гремит сзади.
Чуть повернув голову, Дик видит напротив другой стены очень странную пару. Миниатюрная женщина, с виду даже меньше Петры, с короткими вьющимися волосами. Только глубокие морщинки вокруг глаз выдают ее возраст. Мужчина же огромный – Дик никогда прежде не видел такого великана – и совершенно седой, а довершают образ огромные пышные усы, тоже белые. Это он велел прекратить.
Напавший нехотя отступает и встает рядом со странной парочкой. Не такой уж он, оказывается, и громила, просто накачанный. Дышит тяжело, как злобный пес. Типичный любитель подраться в баре, какие встречаются в любом уголке обитаемой Вселенной. Капитан помогает Дику подняться, но смотрит не на него.
– Привет, Марта, Отто… Макс, – в тоне сквозит усмешка, когда она произносит имя напавшего на нее громилы. – Дик, знакомься, это капитаны «Призрака», «Морехода» и «Люпуса» соответственно. Члены Гильдии книжников…
– Из которой ты исключена! – рычит Макс.
– Начнем с того, что я в ней и не состояла, – невозмутимо говорит капитан. – Коллеги.
– А стоило бы исключить, – произносит Марта неожиданно глубоким хриплым голосом. – Но этого мало за все, что ты натворила!
– Коллеги, мы это обсуждали, – мягкий шепот Отто проносится по всему коридору. – Мы здесь не для того, чтобы ворошить старые обиды. Правда, Макс?
Мужчина резко выдыхает и встает ровно, сложив руки на груди в замок, взгляд исподлобья. Готов броситься в любой момент, и этот огромный ему не указ.
– Вы здесь? – спрашивает капитан, выделив это «вы». – Стали Свободными?
– Хватит оскорблений! – отвечает Отто и понижает голос. – Мы решились на встречу только потому, что ты одна из нас. Мы готовимся к переговорам. Станция свободы любезно предоставила место для согласования решающего этапа.
– Но ты все испортила, – бросает Марта.
– Переговоры. С Инквизицией? – догадывается капитан, не обратив внимания на Марту. – Вы серьезно?
– Мы ведем их уже очень давно, – говорит Отто. – И добились больших успехов. Уступок. Империи не хватает силы печатного слова. Этого нигде не скажут, но Сеть не всеохватна и уязвима. Мы доказали это и уже обсуждали возвращение хотя бы части печатной продукции, когда произошел… инцидент с вашим участием.
– Ты похоронила идею с возвратом книг полностью. Довольна? – сквозь зубы говорит Макс.
– Империя свернула последний этап переговоров, – продолжает Отто. – И теперь мы обращаемся к тебе. Не просто к коллеге-книжнику. К сестре. Присоединяйся к нам. Мы гарантируем тебе амнистию и, возможно, даже место за столом переговоров, но ты должна пойти на сделку с Инквизицией и отдать им ту книгу, из-за которой все завертелось.
«И еретика, который ее прячет», – мысленно заканчивает за него Дик. Он внимательно наблюдает за капитаном, но она, хотя и слушает внимательно, улыбается своей косой улыбкой ярости. Когда Отто заканчивает, она молчит несколько долгих секунд, а потом говорит:
– Переговоры. Уступки. Значит, как только вам вернут оборудование, будете печатать книги во славу Империи и с высочайшего разрешения Инквизиции?
– Есть идеи получше? – снова хрипит Марта. – Полное молчание? Контрабанда под страхом смертной казни? У тебя получается, что ли?
– Мы будем понемногу добиваться большей свободы для всех книжников, – говорит Отто. – Как ты не понимаешь? Это процесс! Мы все жертвуем чем-то ради общего дела. И ты должна.
– Я уже достаточно жертвовала! – бросает капитан. – Где была Гильдия, когда Инквизиция сжигала книжные магазины вместе с экипажами? Когда обращались за помощью, а вы отказывались прятать корабли? Это было во имя свободы книжников? А теперь, оказывается, я во всем виновата! Ну валяйте, договаривайтесь с убийцами, играйте в свободу на поводке. Делайте вид, что это снова вас не коснется. Я отказываюсь. Идите, сообщите своим будущим хозяевам.
– Ты не можешь говорить от лица всех книжных магазинов, – шепчет Марта.
– Bookship – последний книжный магазин! Мы – это все, что осталось!
Капитан не кричит, но в ее голосе столько злости! Дик боится, что все закончится дракой. Краем глаза он смотрит на Макса, который еле сдерживается, чтобы снова не броситься на кэпа. Только Отто выглядит спокойной каменной скалой. При взгляде на него кажется реальным, что Инквизиция вела переговоры с книжниками. С таким человеком можно договариваться. С ним хочется соглашаться.
– Я знаю, – говорит он. – Ты имеешь право злиться. Но время действовать не пришло. Ты не останешься в стороне, даю слово. От тебя требуется всего…
– Мы тратим время! – рявкает Макс. – О чем с ней договариваться? Отобрать книгу, и все дела!
Капитан словно ждала этого. Дик видит, как она сжимает кулаки.
– Работает безотказно, правда, Макс? Удивляюсь, что ты не примкнул к пиратам. В Инквизицию, наверное, не взяли? После того, как очередная команда ушла.
– Знаешь, в чем твоя проблема, малая? Ты думаешь, что умнее всех, даже если сама все испортила. Но если вокруг все такие уроды, может, дело не в них, а в тебе?
– Повтори этот вопрос перед зеркалом.
– О, да заткнитесь вы наконец! – взрывается Марта так, что вздрогнул даже Отто. – В баре выясните отношения! Хоть поубивайте друг друга, мне плевать! А сейчас для разнообразия подумайте не только о себе!
Капитан, хмыкнув, опускает кулаки, и Макс отступает. Но тяжелых взглядов друг от друга не отводят.
– Повторяю наше предложение, – снова говорит Отто. – Отдай нам книгу, мы выступим посредниками между тобой и Инквизицией. Никто не пострадает.
– Слишком поздно! – отвечает капитан и широко улыбается книжнику в лицо. – Я отдала книгу Йенсу. Для копирования.
– Что? – сотрясло коридор.
Марта убегает первой, цедя про себя проклятия. Отто достает из кармана платок и аккуратно вытирает пот с покрасневшего лица.
– Понимаешь, что ты наделала? Ты предала нас! Предала Гильдию!
– Я немного запуталась в том, кто кого предал, Отто, – спокойно говорит капитан. – Никогда не буду играть по правилам, которые прописала Инквизиция. Пойдем, Ричард.
Они уже поворачивают за угол, когда в спины им долетает:
– От тебя всегда одни проблемы! – Макс явно хотел, чтобы последнее слово осталось за ним.
– Ты это всем своим бывшим говоришь, – не оглядываясь, отвечает капитан.
– Ты все еще должна мне денег! – донеслось уже тише. – За ту дыру!
– Вычти из моего заработка, – говорит кэп про себя. – Который я так и не получила.
Они снова поворачивают направо, и еще раз, точно как описывала Петра. Но в нужном коридоре дверь не одна. Целый ряд тянется длинной однообразной цепочкой. Капитан, хмыкнув, начинает вскрывать первую.
– А если нас и правда сдадут Инквизиции? – решает спросить Дик.
– Можешь не беспокоиться, они это уже сделали.
Дверь, пикнув, отъезжает в сторону.
– Вот почему, – продолжает капитан, – надо быстро закончить здесь свои дела.
– Какие еще дела?
– Добыть информацию, конечно. Ты думал, что здесь на прогулке? Мне нужна твоя помощь.
На этот раз она не толкает Дика, а пропускает вперед. И только когда дверь за ними захлопывается, он позволяет себе восторженное ругательство.
Бар на этой станции занимает целый космический корабль, хозяин которого то ли умер, то ли спился. Но когда выпивка за чужой счет, да еще в компании прекрасной незнакомки, какая разница, в какой точке Вселенной ты находишься? Йохан не то чтобы расслабляется, но позволяет событиям нести его, тем более перспективы расплываются огромным черным пятном посреди космоса. Он злится на капитана, на пацана, который так глупо их подставил, на себя – за то, что проголосовал пацана оставить. Йохан заслужил небольшую передышку, время только для себя и для удовольствий, как было бы в метрополии, не случись… того, что случилось. Конечно, он вернется на корабль и, может, даже выскажет все капитану, но сейчас он возьмет от жизни то, что она ему задолжала.
За пару часов он перезнакомился со всеми в баре. Его здесь приветствуют подобающе: кивают, пожимают руку. И хотя все явно в курсе истории в метрополии, но с расспросами не лезут, уважают частное пространство. Может, эти пираты не так уж плохи, как представляет их капитан?
– Так что, Bookship правда книжный магазин? – спрашивает журналистка, подливая ему в третий раз какой-то бурды, похожей на виски только цветом.
Йохан подписан на нее в Сети уже несколько стандартных лет, но о чем она там вещает в своих репортажах, не особо вникает. Достаточно того, что она вертит всем, чем надо.
– Конечно нет! – говорит он, фыркнув. – Это обычное грузовое судно! Перевезти что? Доставим, не вопрос! Все что угодно!
– Даже книги?
– Ну, блин, мы ж не самоубийцы!
– Но член вашего экипажа был замечен с книгой в метрополии. Мы изучили запись Инквизиции, это не фейк.
Будь Йохан чуть менее пьян, он бы заметил, как расширились глаза прекрасной собеседницы. Ее линзы передают запись всего, что она видит и слышит, в прямой эфир личного блога, а значит, скоро это разойдется по всей Сети, легальной и запрещенной.
– Да все этот чертов еретик! – почти выкрикивает Йохан.
– Который избранный? – спрашивает кто-то за столом справа.
– Какой он на фиг избранный? Придурок! В общем, книга эта – его, и он ею как полоумный прямо перед носом у Инквизиции размахивает. Нормально, да? Подставил всех нас!
– То есть книга все-таки существует? И она на борту Bookship? – голос журналистки становится требовательным.
– Ну да!
Йохан на мгновение сомневается – стоило ли говорить? – но кивает сам себе. Все равно пираты сказали, что видели книгу в новостях. Так что такого он может выдать? Эх, все-таки недовиски хорош, несмотря на какое-то странное послевкусие. Йохан тянется налить себе еще и краем глаза замечает, как все в обозримом пространстве отодвигаются от него.
– Бутылку можете забрать, – кричит бармен, отошедший к другому концу стойки. – За счет заведения.
Дик осматривается, время от времени вспоминая, что нужно дышать. Ни одна база данных из всех, с какими он работал, не походила на этот… храм информации. Ровно гудящие колонны железа в три ряда тянутся вдоль длинного коридора, будто светящийся лес. Провода раскинулись по полу корнями и лианами. Капитан берется за один из них и, найдя порт, подключает планшет. Дик за ее плечом глядит то на пробегающие по экрану цифры, которые ни о чем ему не говорят, то на ряды светящихся колонн. Что-то ему все это очень напоминает. Что-то вертится на краешке сознания, но он никак не может вспомнить…
– Это информационный центр, – отвечает капитан на незаданный вопрос. – Все, что пираты поймают в Сети и отправляют незаконно, проходит здесь. Записи блогеров, переговоры кораблей, коды и логи и все, что можно обратить в информацию. И каждую секунду ее становится все больше. Помойка, в которой нам придется покопаться.
– Что искать?
– Твою Библию, конечно. Она должна была оставить где-то след. Ты знаешь ее лучше кого бы то ни было, сможешь найти зацепку. Подключайся и отмечай все, что покажется важным.
– Вы отдали книгу пиратам. Зачем? Что с ней теперь будет?
– Мой тебе совет: никогда не играй в наперстки. Открой сумку, здесь безопасно. Посмотри.
Он давно уже борется с желанием хотя бы потрогать книгу через ткань и теперь, когда капитан разрешает, выхватывает ее, как профессиональный убийца оружие. Это она, его книга. Источник его счастья и всех проблем. Но тогда что же капитан отдала для копирования?
– Пираты, Ричард, не читают то, что распространяют, – говорит капитан, снова будто подглядев его мысли. – Я дала Йенсу книгу из своего хранилища. У меня есть еще экземпляр… Сомневаюсь, что его переписчики, если они вообще здесь есть, заметят разницу. Твоя Библия в безопасности.
– Вы уже обещали это мне! – не сдерживается Дик. – Но чуть не продали ее тому типу!
Капитан не меняется в лице, когда он выкрикивает обвинение. Дик вдруг осекается на полумысли. Капитан – книжница, она продает книги. Наверное, с ее точки зрения, она тоже спасала Библию, передавая в другие руки, обращая в деньги свое посредничество. Ей в голову не приходит, что книгами можно просто… владеть. Что они могут быть больше чем информацией. И как объяснить ей, что эта Библия для него все равно что для нее – Bookship? Дик не знает.
– А меня почему не выдали пиратам? – спрашивает он. – Или Инквизиции. Или этому… кому вы там хотели продать мою книгу? Почему?
– Даже не мечтай так просто отделаться, – говорит капитан очень тихо. – Мы крупно влипли, Ричард, и, если хотим выбраться, должны держаться вместе. Ты – часть моего экипажа. И ты спас мне жизнь.
Вспышка света, разрезающая воздух. Падающий человек. Красное пятно. Оружие в руках, словно раскалившееся. Взгляд капитана с другой стороны дока, удивленный… Дик видит этот момент снова и снова, как будто может задержать его, остановить, не допустить непоправимого. Ноги подкашиваются, и он сползает прямо по ближайшему серверу.
– Дыши, глубже. И-и-и раз, и-и-и два, и-и-и три. Не смей здесь блевать.
Он слушается голоса. Шум зала информации охлаждает его собственный мозг. Успокаивает. Рука на его плече. Кто-то гладит его по затылку, это приятно холодит. В глазах все расплывается.
– Не могу обещать тебе, что однажды станет легче.
Голос капитана холодит так же, как ее рука, неожиданно нежная.
– Да, я знаю, как это бывает… в первый раз… и не желала тебе ничего подобного. Но я жива благодаря тебе, и это меня устраивает.
Дик молчит, ждет, когда стены вокруг него перестанут вращаться.
– Но я знаю, что может помочь.
– Что? – хрипит Дик.
– Хорошая, тяжелая работа.
Капитан протягивает ему планшет. Дик делает над собой всего одно огромное усилие, и девайс перестает расплываться в его глазах. Он берет его, подключает в свободный разъем.
– Капитан, можно вопрос? – осторожно спрашивает Дик.
– Валяй.
– Кто такой этот Макс? Почему он на вас так злится? Что он там кричал про деньги за какую-то дыру?
К удивлению Дика, капитан весело смеется.
– Макс не может забыть нашу последнюю встречу. Я когда-то работала на него.
– Что? – у Дика чуть планшет из рук не вылетает. Чтобы капитан и на кого-то работала?!
– Это было сразу после того, как я спасла Bookship. Он был в таком состоянии, что мы еле дотянули до дока… Макс попался мне на пути, предложил работу и порт, пока корабль залечивает раны…
Дик кивает, запоминая вопросы на будущее. В смысле – корабль залечивает раны? Может, это образ такой. Разумеется, капитан сама его восстанавливала.
– Я думала, что научусь у него чему-нибудь, но, скорее, наоборот… Макс – это яркий пример того, каким капитаном быть не надо. Все у него виноваты, кроме него, а если что-то удалось, то он молодец. Пришлось мне уйти раньше, чем рассчитывала. Вот только он взял Bookship в заложники. Реально думал, что сможет заработать на нем.
– Как можно взять в заложники целый корабль? – выпаливает Дик, прежде чем сообразить, что сейчас они в похожей ситуации.
– Просто запер его в доке под своим ключом… На той станции все у него в корешах ходили, в том числе бывшие издатели, которые уже сдались и работали транспортниками… Так что осталась я пустая, во враждебном месте, без корабля…
– И… что вы сделали?
– Начала собирать собственную команду, – улыбается капитан. – Тогда ко мне присоединился Йохан. Вместе мы вскрыли код, забрали Bookship, но надо было еще станцию покинуть. Так пришлось просто… ну, проломить дверь.
– Что? – обалдевший вопрос Дика вызывает у капитана новый приступ веселья.
– Мы разогнались и выбили заслоны станции! – подтверждает она. – Боги, там целый сектор пылал после нашего… отлета. Конечно, корабль тоже поцарапали знатно, мне ИИ потом это еще долго припоминал… Но самое прекрасное, что я увидела, – лицо Макса напоследок на экране, даже ручкой ему успела сделать. В общем, с тех пор он решил, что я ему должна за этот маневр – видимо, кореша заставили раскошелиться, но я считаю, что это моя моральная компенсация за год, семь месяцев и четыре дня работы на этого гада.
Капитан замолкает и улыбается собственным мыслям, и Дику нравится эта улыбка. Какая-то она… счастливая.
– Так что вот, с тех пор у меня репутация открывающей любые двери. Не уговорами, так пинком. Все, хватит вопросов, за работу.
И Дик возвращается к экрану. Информация живым потоком вливается в него, чтобы быть услышанной и прочитанной, чтобы не пропасть бесследно.
Повернувшись, Дик чуть не падает – тонкие иголки пронзают ногу, которую он отсидел, пока систематизировал и фильтровал файлы. Как всегда во время работы, он не замечает и не чувствует ничего. Он всегда знал, что его книга не просто история, и давно проверил все шифровальные системы, какие попадались ему в запрещенной части Сети. Ни одна из них не выявила подтекста или скрытого послания. Текст всегда оставался просто рассказанной историей. Но это слишком простой ответ. Что, если ключ запрятан глубже, в ID или в попытках стереть его? Вот чем занимается Дик: ищет свою книгу в бесчисленном количестве файлов и цифр. Он здесь как дома. Почти сразу он понял, что современные материалы можно отсеять, а вот период двадцатилетней и десятилетней давности надо просматривать очень внимательно. Время уничтожения книжных магазинов. Время их расцвета.
За несколько лет до рождения Дика это была совсем другая Вселенная. Тысячи тонких нитей на звездной карте – пути книжных магазинов – прорезали космос от планеты к планете, от станции к станции. Дик без труда нашел основные точки пересечения: станцию «Гутенберг» и планету Гильдии книжников Фаланстéр. Планета до сих пор на карантине из-за эпидемии, а станция теперь называется «Торквемада» и принадлежит Инквизиции. Но тогда… книжные магазины, груженные тысячами книг, развозили знания по всей Вселенной, туда, где их ждали. Дик пытается представить, что можно получить любую информацию, стоит только попросить, и она не изменится, не перепишется автоматически через несколько часов или дней, она статична, потому что напечатана. Мир, полный достоверных данных. Ну, может, и не всегда достоверных, но позволяющих развивать собственные мысли.
Не без труда, но Дик все-таки находит маленькую точку, перемещающуюся по одной ей известной траектории, вдалеке от основных путей и крупных планет и станций, но с потрясающей скоростью. Сигнатуры не изменились за годы.
– Капитан предпочитал работать на периферии.
Дик вздрагивает от голоса за спиной. Он хочет уменьшить карту, но капитан жестом останавливает его. Дуги маршрутов на несколько секунд высвечиваются ярче, и в самом центре пересечений мигает точка Bookship. Капитан выделяет фрагмент.
– От окраины до станции «Гутенберг» мы не делали остановок. Иногда на ускорении путь занимал несколько суток. Капитан всегда успевал, пока новости были свежие. Туда, где они нужнее всего.
Капитан смахивает карту небрежным движением руки.
– Ладно, теперь это неважно.
– Нет! – горячо выпаливает Дик. – Это очень важно!
Он вспоминает маленький клочок Алгеи с борьбой за каждую каплю влаги. Каменистую Биа-4, где аборигены приносят в жертву себе подобных, чтобы вызвать помощь богов плодородия. Он видел, что невежество делает с людьми. Все это мог исправить или не допустить всего один книжный магазин.
– Дик, очнись ты уже. Книги сами по себе ничего не значат. Их используют люди. И людям они больше не нужны, ими разучились пользоваться. В Сети можно найти все что угодно по щелчку пальцев. Станет кто-то расшифровывать информацию на устаревшей бумаге?
– Вы не тот человек, который рискует жизнью за что-то неважное.
– У меня нет выбора, – усмехается капитан. – Я родилась на Bookship, кровь книжников – моя кровь.
– Хотел бы я знать, – задумчиво произносит Дик, – что у меня в крови. Эта книга со мной, сколько я себя помню. Я изучил ее вдоль и поперек, и все равно она для меня тайна! Кто отдал ее мне, зачем и почему бросил меня одного с ней именно там и тогда? Я бы все отдал, чтобы только узнать…
– Ты уверен, что хочешь знать?
Дик смотрит на капитана. Она как будто смотрит сквозь него на что-то, что видит только она одна.
– Проблема с книгами в том, что написанное в них не дает ответов. Оно лишь множит вопросы. Если ты думаешь, что найдешь ключ к своей судьбе в книге, лучше сейчас брось эту затею.
Он хочет возразить, но переносной компьютер издает звук, сообщая, что сбор информации закончен, и Дик выводит ее на виртуальный экран, чтобы капитан тоже видела.
– «Гиперион», «Эйдос», «Прометей», «Старбукс»… Это…
– Книжные магазины, – подтверждает догадку капитан. – Почему они в твоей подборке?
– Я задал программе поиск любых совпадений с Библией. Она перебрала все варианты и выбрала из них самое логичное сочетание. Эти книжники перевозили Библию! Вот, смотрите, все они стартовали со станции «Гутенберг» и отправлялись в разные точки Империи. Это та самая зацепка!
– Толку от нее, – охлаждает его пыл капитан. – Эти книжные магазины уничтожены вместе с книгами. Если они вообще были на борту.
– Вот именно! – восклицает Дик. – Если были! Я настроил поиск не по совпадению, а по отсутствию! У этих книг не было ID.
– Невозможно. Инквизиция ввела маркировку книг века назад, чтобы отслеживать их перемещение! Без ID они не могли покинуть станцию книгопечатников.
– Значит, их отпечатали без одобрения Инквизиции. Кто-то знал, что они опасны.
– Значит, мы вернулись к тому, с чего начали. Без ID – это все равно что искать паяльник, улетевший в космос.
– Не совсем так.
Дик открывает карту еще шире. Линии, точки и тире заполняют пространство между ним и капитаном, искрясь в свете баз данных.
– У нас есть маршруты перемещения последних книжных магазинов. Мы находим совпадения… и убираем лишнее!
Часть линий исчезает, оставляя на карте несколько дуг и пунктиров. Некоторые обрываются в космическом пространстве, но другие ведут к планетам и станциям.
– Нужно проверить пункты прибытия этих магазинов, – очень тихо говорит капитан. – Они на самом деле могли доставить две оставшиеся Библии! Работали до самого конца…
– Капитан!
Нервный крик Петры раздается в ухе Дика так громко, что он вскрикивает от неожиданности.
– Слушаю, – отвечает кэп, не повышая голос.
– Капитан, мне очень, очень жаль… Это я его отпустила…
– Что случилось?
– Прямо сейчас, на всех каналах! Передача со станции!
Капитан смахивает карту и переключается на прямую трансляцию. Дик с удивлением узнает в человеке на экране Йохана. Он говорит в камеру, а под картинкой плывет быстрая строка, состоящая из одних ссылок: «вся правда о взрыве в метрополии», «книготорговцы», «еретики», «Bookship».
– Не то чтобы это совсем не имеет смысла! – говорит Йохан, и под ним высвечивается его имя с отметкой «экипаж Bookship». – Но нельзя же толкать книги направо-налево, это штука деликатная, требует особого обращения. Видала, как полки складываются в невесомости, чтобы не повредить товар? Знаешь, как это сложно наладить? А починить, если сломалось? Такие технологии больше не в ходу!
– Кстати, о технологиях, – произносит голос за кадром. – Правда, что магазином Bookship управляет искусственный интеллект?
– Пожалуй, хватит, – говорит капитан.
Дик слышит ее голос не только рядом, но и в ухе. Йохан на экране дергается и вдруг как-то по-другому смотрит в камеру.
– Ты все это стримила? – рычит он.
Раздаются вскрики, что-то разбивается, а затем край комбеза Йохана мелькает в проеме двери бара, но никто, кажется, не пытается его задержать. А потом на экране появляется другое лицо. Девушка говорит с зеркалом, и ее оранжевый комбинезон и яркие волосы уже успели надоесть Дику, хотя он видит ее всего лишь второй раз.
– Вся правда об атаке еретиков на метрополию из первых рук на канале гражданской журналистки! – говорит она. – Подписывайтесь, чтобы узнать все первыми!
Дик смотрит на капитана, ожидая чего угодно, но только не смешка, с которым она выключает трансляцию.
– Наше время закончилось, – говорит она ему, а потом спрашивает, приложив палец к уху: – Петра, как корабль?
– Подлатались… Можно и лучше, но…
– На ускорение перейти сможем?
– Думаю, да.
– Первая готовность к вылету, жду всех на месте.
«Опять придется бежать», – думает Дик.
И они бегут.
В коридорах станции на них никто не обращает внимания, хотя Дик и старается бежать, глядя в пол. Но иногда нужно поднимать голову, чтобы не врезаться в переборку! Люди на пути все идут в ту же сторону. Тут и там из чьих-то личных передатчиков слышатся фрагменты интервью Йохана. Никаких сигналов тревоги не прозвучало, но напряжение передается по информационным каналам вместе со словами. Когда капитан поворачивает в очередной раз, Дик вспоминает, что сейчас они выйдут в отсек, куда спускались с трапа. Он хватает капитана за руку и останавливается так резко, что чувствует ее встречное напряжение.
– В чем дело? – хмурится она.
– Там впереди – большое пространство. К кораблю ведет узкое горло по лестнице.
– Все верно. И что?
– Нас наверняка поджидают! Капитан, это ловушка!
Капитан вздыхает и смотрит на Дика как будто с сочувствием.
– Это было ловушкой с самого начала, – говорит она. – Слышал, сколько за нас готовы денег отвалить? Пираты закладывают друг друга и за меньшее.
– Вы знали и все равно…
– Нам нужна была информация и ремонт. Так что это обдуманный риск. Просто не суетись и повторяй за мной.
– Будет как тогда, в метрополии… Капитан, я не могу… Я не хочу… снова.
– Не будет, Ричард. Доверься мне.
Ее голос теплеет. Капитан… улыбается. Она первой выходит в огромное пространство бывшего ангара, где несколько часов назад их встречала восторженная толпа. Дик вздыхает, хлопает по сумке, чтобы заставить себя шевелиться, и следует за капитаном. Звук снятых с предохранителей стазеров он узнает сразу.
– Капитан Bookship!
Посреди ангара в окружении охраны стоит Йенс и улыбается еще шире, чем раньше.
– Куда-то торопитесь?
– Подальше от вашего гостеприимства, – с улыбкой отвечает капитан. – А что? Я думала, здесь все свободны приходить и уходить, когда вздумается.
– Свобода стоит дорого.
– Ты правда думаешь, что Инквизиция тебе заплатит? Как заплатила, чтобы заманил сюда издателей?
Дику показалось или несколько человек с оружием переглянулись? Из-за их спин выглянула уже знакомая яркая фигура с необычайно расширенными зрачками и зашептала в невидимый микрофон.
– Время книг прошло, капитан, – продолжает Йенс. – Информация наконец освободилась от оболочки, и это мы ее освободили, и распространять будем мы!
– И это меня считают мечтательницей, – вздыхает Капитан и вдруг оборачивается на Дика: – Покажи им, Ричард. Давай, не бойся.
«Доверься мне!» – звучит в голове Дика. Не успев подумать дважды, чтобы не испугаться, он достает книгу и, распахнув, держит на вытянутых руках. В бывшем ангаре гулко разносятся возгласы удивления и… ужаса? Словно волна прошлась по людскому морю – пираты резко подаются назад, кто-то даже опускает оружие.
– Чума! Книжная чума! – проносится шепот. – Они заразные!
Йенс с недовольством оглядывается на телохранителей, отступивших от него на пару шагов.
– Книжная чума – это фейк, – произносит он, оглядываясь по сторонам. – Его придумала Инквизиция, чтобы уничтожить таких, как она! И она жива! Взять ее!
Никто не шелохнулся, и Дик слышит угрозу сквозь биение собственного сердца.
– Инквизиция часто припудривает ложь частицей правды, – улыбаясь, продолжает капитан. – У нас с командой иммунитет, ведь мы все время имеем дело с книгами. А вы?
– Чушь! Слушайте все! Я держал в руках одну из книг! Посмотрите на меня! Я в порядке!
Справа от Йенса кто-то, кажется один из его телохранителей, звучно чихнул. Пираты бросаются врассыпную, образуя перед несчастным большой полукруг. В наступившей после тишине капитан говорит:
– Если кто-то попытается помешать нам покинуть станцию, юный Ричард бросит в него или нее вот этой книгой, полной чумных спор. Всего доброго и счастливо оставаться.
Едва заметным движением капитан указывает на трап, и Дик читает в ее взгляде: «Быстро!» Она идет к нему, и толпа расступается, словно невидимая преграда проделала коридор до трапа. Дик наступает след в след, держа книгу на вытянутых руках. Краем глаза он видит что-то справа и, развернувшись, успевает заметить, как незнакомая девушка с большим гаечным ключом в руках, резко отпрянула и чуть не упала. Зацепившись за перила трапа, она с ужасом смотрит на книгу.
– Извините… – шепчет Дик.
И ныряет следом за капитаном в переход. Только там он закрывает книгу, чувствуя, как ноют руки.
– Что ты застыл? – произносит капитан своим обычным тоном. – Шевелись, они скоро очухаются.
Дик кивает и бежит к своему кораблю за своим капитаном так быстро, как никогда еще не бегал. «Никто не пострадал!» – думает он. Пока не пострадал.
Хмель выветрился из Йохана в тот момент, когда в его ухе прозвучал голос капитана. А потом пришел гнев. На кэпа за то, что подслушивала, на девку, развязавшую ему язык дрянной выпивкой, на себя, так ничего и не решившего. Он жил по наитию и, даже когда кэп затащила его в их первую авантюру, мог принять решение и отказаться, но не сделал этого. А теперь он, кажется, навеки повязан с Bookship, но до сих пор не знает, хорошо это или плохо. Мог сойти здесь, на этой станции, где его приняли… только затем, чтобы снова кинуть. Капитан не кидает людей. Она может не говорить всего, она капитан, в конце концов, но не бросила ни его, ни Петру, ни даже этого новичка. Это он, Йохан, подвел их всех. И весть об этом распространяется по космосу со скоростью пожара в кислородном отсеке.
Он влетает в ангар Bookship с разбега, отчасти надеясь разбиться о переборку, которую выставит ему навстречу корабль. Но ничего такого не происходит, и Йохан забирается в рубку.
– Где тебя носило? – бросает ему Петра.
Хотя бы разговаривает с ним.
– Капитан и Дик. Они… в порядке? – задыхаясь, спрашивает Йохан.
– Еще не вернулись.
– Что мне делать? – спрашивает он, имея в виду «что мне сделать, чтобы отменить вред, который причинил».
– Смотри, чтобы нам снаружи не перекрыли выход! По правому борту к нам может пристроиться любой пират, и придется пробиваться с боем, а корабль и так еле успел привести себя в порядок. Я включу оружейные системы вручную, а ты гляди в оба!
Петра убегает, на ходу закатывая рукава, а Йохан переключает все экраны на внешний обзор и даже посматривает в иллюминатор. Но пока, кажется, пираты действительно не додумались окружить их… Пока. Йохан давно не был так сосредоточен. Он виновато думает, что слишком часто выполнял свою работу без должного старания и, если бы не настроенная система ухода за растениями, он бы даже свое любимое дело загубил. Холодок проползает у него по спине. Если только они выберутся отсюда, он все будет делать правильно и честно, как капитан! Вспомнив о капитане, он чуть не рычит, но тут мигает один из экранов. И вот теперь Йохан холодеет весь. Если верить приборам дальнего слежения, прямо к станции приближался корабль с до боли знакомой сигнатурой… Йохан увеличивает карту и просит корабль проверить, хотя все уже знает.
Знакомое шипение ангарного шлюза прерывает все, что Йохан делает. Петра велела ему следить за активностью снаружи, но он совсем не подумал о том, что пробиваться к ним скорее всего будут изнутри! За этим должен был следить корабль… нет, Йохан не будет снова перекладывать ответственность! Это он облажался! Из тайника на палубе он извлекает маленький стазер. Уж пару-тройку пиратов он уложит, а там, глядишь, и Петра успеет разобраться с оружием. Йохан прячется за выступающим экраном и наводит дуло на дверь рубки. Давайте, уроды!
Йохан смотрит в увеличитель прицела, сосредоточившись, а увидев знакомое лицо, сначала даже забывает убрать оружие.
– Капитан! – кричит за его спиной Петра. – Слава богам, вы в порядке!
Йохан опускает стазер, и волна облегчения чуть не сносит его с ног.
– Капитан, – говорит он. – Я… я всех подвел! Повелся на милое личико, заболтался, как идиот! Простите!
– Что? – не поняла капитан.
Она как ни в чем не бывало подходит к своему креслу, активируя панель управления. Дик идет следом за ней, кивает Йохану, но тот не может сейчас ответить ему.
– Мы успели, – сообщает капитан. – Уложились по времени.
– Корабль готов к отстыковке! – гордо сообщает Петра. – Начинать?
– Пока нет, но всем приготовиться. Мне нужно закончить кое-что. Корабль, ты как?
– Восстановление на восемьдесят пять процентов, – отвечает голос.
– На ускорение перейдем?
– Да.
– Приготовься к тому, что делать это придется быстро.
– Так точно.
Петра садится у компьютера навигатора, Дик занимает привычное место в кресле по правому борту, и только Йохан стоит, будто на страже, у входа в рубку.
– Капитан, – говорит он с печалью в голосе. – Это… это был просто треп, понимаешь?
– Йохан, все время от времени жалуются на свое начальство, – говорит капитан, не поднимая взгляд от экрана. – Просто в следующий раз делай это менее… публично.
– Но пираты…
– …сдали нас еще до того, как мы ступили на борт, – вставил Дик. – Мы знаем.
– Сдали… – шепчет Йохан и вдруг восклицает: – Капитан! У нас же инквизитор на хвосте!
Он рывком открывает карту, увеличивая ее чуть ли не до размера рубки. Красная точка обзавелась такими же сопровождающими. Это может означать только одно. Инквизитор Генрих Морган летит сюда с кавалерией специального инквизиционного корпуса.
Корабль как будто немного накренился. Йохан бросается проверять свой экран, но Петра опережает его, крикнув:
– Капитан, несколько кораблей отстыковались от станции. Движутся… в разных направлениях. Это не за нами.
– Отлично, значит, кто-то включил мозги. Корабль, дай мне общую связь с кораблями «Призрак», «Мореход» и «Люпус». И отправь им по прямому каналу вот это, – кивает на свой экран.
– Капитан, мы собираемся улетать? – с удивлением напоминает Петра.
– Сначала убедимся, что этот сигнал поймали все, – отвечает она.
Словно в ответ ее экран загорается запросом связи, но экран оказывается черным.
– Ты знал, Отто? – спрашивает капитан. – Проект «Минотавр».
– Я знал, что ты не поймешь, если сказать тебе все как есть, – голос здоровяка заполнил всю рубку.
– О чем вы? – резко перебивает голос Марты.
– Посмотри файл, Марта, – отвечает капитан. – Все ваши книги оцифруют еще в допечатной стадии и засунут в систему «Минотавр», где их прокрутят в барабане цензуры и только потом в электронном виде отправят в Сеть. Это не возвращение книгопечатания, это окончательное его уничтожение. Тебе Отто об этом не забыл сказать?
Вместо ответа Марта прерывает контакт.
– Это единственный выход, – вздыхает Отто. – Это временно…
– Нет! – вдруг рявкает капитан. – И от того, что вы повторите это еще сотню раз, это не станет правдой! Вы много лет назад могли объединиться, чтобы создать сопротивление, но вместо этого занимались грызней друг с другом, пока Инквизиция не подобралась к вам вплотную! Это последний рубеж, Отто! Вы либо спасаете книги, либо помогаете их убивать.
– И кто возглавит сопротивление? – вклинивается третий голос, явно изо всех сил сдерживающий злость. – Ты, что ли?
– Да если бы и я! – кричит капитан так, что слова звенят в рубке, будто разбитое стекло. – Я проломлю эту дверь!
Движением руки капитан прерывает связь и спрашивает в тишину:
– Корабль, все получили послание?
– Сигнал прошел по всему информационному полю, вряд ли кто-то его не заметил, – отвечает спокойный голос.
– Тогда выводи нас отсюда.
Дик со всей силы сжимает подлокотники, хотя и пристегнут, но взлет оказывается совсем незаметным, даже пол под ногами не поплыл. Через мгновение он видит в иллюминатор станцию как впервые – собранные в разном порядке разнокалиберные части странного трансформера. Но теперь пиратская станция изменила конфигурацию и как будто уменьшилась. Слой за слоем от нее отделяются корабли.
– Издатели улетели, – сказала Петра. – «Люпус» уже далеко.
– Почему станция сама не перемещается? – спрашивает Дик. – Они уже должны видеть инквизиторов! Еще есть время сбежать!
– Потому что идиотизм неизлечим, – отвечает капитан.
– Капитан, – с плохо сдерживаемым ужасом проговаривает Йохан. – Инквизитор…
Она кивает, мол, вижу. Красные точки ускоряются, приближаясь к станции. Эфир вдруг прорезает крик лидера пиратов:
– Я обещал вам Bookship, – вот он!
– Вы должны были задержать его до нашего прибытия, – произносит знакомый голос с ноткой металла. – Что, отпустили прогуляться напоследок?
Оправдания Йенса прерывает все тот же голос:
– Ваш лимит доверия исчерпан. Как и мое терпение.
Красный луч разрезает черное пространство, и старый линкор разносит на несколько огромных частей, которые продолжают разваливаться. Йохан увеличивает этот квадрат, и ему кажется, что в одном из пролетающих фрагментов он видит стену бара, в котором пил всего несколько часов назад. Последние маленькие кораблики и шаттлы брызнули врассыпную. Станция пиратов уничтожена.
В холодной тишине космоса Дик слышит голос капитана:
– Корабль, переход на ускорение по заданным координатам. Через пять…
Обратный отсчет прерывает звук запроса связи. Капитан кивает Петре, которая нажимает на кнопку так, словно та может ее укусить.
– Я тебя достану, – обещает Морган.
– Уже не достал, – отвечает капитан и жестом вырубает связь.
Дик, Петра и Йохан выдыхают как по команде, словно долго сдерживались.
– Переход, – сообщает корабль.
Все заслоняет огромная вспышка света.
Дик сначала тихонько шевелит руками, ногами, головой и только потом, убедившись, что всё на месте, открывает глаза. Звезды за бортом сложились в новый рисунок. Капитан, как всегда, первая пришла в себя и уже работает на терминале.
– Где мы? – слышит Дик свой голос.
– А, очухался, – говорит капитан. – Корабль, общий сбор.
Петра и Йохан встают с кресел-постов, голограмма корабля образуется за их спинами. Капитан встает с кресла и ждет, пока в малый круг неловкой походкой вступит Дик. Круг замыкается, и капитан поднимает руку, призывая всех к тишине, хотя в рубке и так слышно лишь тихое гудение приборов и сбивчивое дыхание.
– Нет смысла объяснять, как мы влипли, – произносит капитан, посмотрев на каждого, и останавливает Дика взмахом руки. – И я не собираюсь выслушивать извинения и оправдания! Инквизиция давно охотится за нами, рано или поздно они бы придумали причину уничтожить Bookship. Я предпочитаю знать об этом, а не ждать каждой новой встречи. Кто-то не согласен?
Никто не отвечает, и капитан кивает.
– Значит, эту тему мы закрыли. Остается последнее. Библия. Три эти книги. Ключ к Земле и все такое.
Капитан взмахивает рукой, и огромная сфера с точками звезд, планет, станций и кораблей заполняет пространство рубки.
– Я наложила карту, которую нашел Ричард, на современную, и вот что получилось.
На сфере появляются пунктиры и линии книжных магазинов десятилетней давности. Весь космос расчерчен ими почти добела.
– Где-то в одной из этих точек, возможно, находятся два последних экземпляра.
– Мы что, будем искать эту… Библию? – спрашивает Йохан, разрушив тишину.
Капитан поворачивается к нему, и Йохан опускает голову, вспомнив о том, что собирался больше никогда не перечить. Но капитан лишь внимательно, словно в первый раз, осматривает свою команду.
– Об этом я и хочу спросить каждого из вас. Даже если это не миф, выдуманный еретиками, книги могли погибнуть в чистках Инквизиции, или были выброшены за борт, или… да что угодно еще. И даже если – если! – они найдутся, неизвестно, что за информация в них зашифрована и можно ли ее расшифровать. Но если – если! – этот шанс есть, я хочу их найти. Я хочу знать, за что нас пытаются уничтожить. И если – если! – это оружие, то можем ли мы его использовать. Вот мое предложение. Что вы скажете?
Тишина вновь забирается в паузы между вдохами и выдохами, но не проходит и полминуты, как Дик вдруг слышит собственный голос:
– Что мы теряем, если попробуем их найти? Эта информация может спасти нам жизнь. Я голосую за.
Петра произносит резким, срывающимся голосом:
– Капитан, зачем вы спрашиваете? Конечно, я за! Вдруг выдастся шанс пострелять в инквизиторов! Как можно такое упустить!
– Я за, капитан, – говорит Йохан и быстро добавляет: – Тем более можно загнать за большие бабки тому барыге из метрополии…
– Мы решим это, когда поймем, что за информация в наших руках, – перебивает его капитан. – Корабль, что скажешь?
– Книжный магазин – моя основная функция, – отвечает спокойный голос. – Вы отправляетесь за книгами. Как я могу быть против? Но все могло бы быть проще, если бы вы внесли Библию Ричарда…
– Нет, – отрезает капитан. – В информационной сетке, даже в нашей, она светиться не будет! Но, Ричард, опасно то, что она так болтается в твоей сумке все время. Ты отдашь ее мне на хранение?
Дик колеблется всего секунду. Он достает книгу и передает ее в бережные руки капитана. Та взвешивает ее в руках и сообщает:
– Я верну ее в книгохранилище. – И снова всем: – Решено. Корабль, мы летим за книгами.
– Куда?
Капитан думает несколько секунд. Карта со множеством пересечений и точек сияет, сбивая с толку, и капитан убирает ее нервным движением руки.
– Мы решим, когда изучим карту пиратов. А пока просто вперед, корабль, как всегда.
– Так точно.
