Поздним вечером Фло стоял в адвокатской конторе Эвелин у кофемашины и наполнял две чашки.

— Давно пора сообщить Касему, что мы установили убийцу его дочери.

Эвелин тревожно посмотрела на него.

— Чтобы он его прикончил?

— Всё лучше, чем если он прикончит нас. — Фло протянул ей чашку.

Эвелин села на диван для посетителей и взглянула в окно. Небо затянуло тучами, ветер швырял в стекло мелкий дождь. Она задумчиво помешивала кофе.

— Ты прав, — вздохнула она. — Какой у нас был старый адрес электронной почты, которым мы больше не пользуемся? Тот, с которого письма всё время попадают в спам.

Фло назвал адрес.

— А он тебе зачем?

— Хочу убедиться, что пишу именно с него.

Она поставила чашку, включила ноутбук и положила его себе на колени. Затем вошла в почтовую программу и начала печатать.

 

Уважаемый господин Аль-Касем,

Согласно последним результатам нашего расследования, мой доверитель Мартин Килиан невиновен в смерти Вашей дочери. Он стал жертвой тщательно продуманной ловушки, которую нам, к счастью, удалось раскрыть.

По имеющимся у нас на данный момент сведениям, предполагаемым преступником может являться профессор Герт Нимейер. В ближайшее время он предстанет перед судом.

Я рассчитываю, что Мартин Килиан вскоре будет освобождён из-под стражи. В связи с этим считаю своё поручение по защите Мартина Килиана успешно завершённым. Благодарю Вас за поручение и оказанное доверие, в ближайшее время направлю Вам счёт и остаюсь с уважением, Эвелин Майерс

 

Дальнейшее уже не зависело от неё. Оставалось только надеяться, что Островский прислушается к её совету и как можно скорее уберёт Нимейера с улицы.

Едва она отправила письмо Касему, как в дверь позвонили.

Фло вышел в переднюю и открыл. Эвелин услышала голос Пуласки.

— Погода мерзкая, — проворчал он. — Как дела?

— Дело закрыто! — ответил Фло.

Эвелин почудилось, будто в его голосе прозвучали одновременно разочарование и грусть. Фло обожал запутанные, сложные дела и, наверное, был бы совсем не против, если бы его ещё несколько дней держали в напряжении.

— Знаю. — Пуласки повесил пальто на крючок у вешалки. — Только что услышал в такси, по новостям.

Эвелин отодвинула ноутбук и вскочила.

— Что именно вы услышали?

— Что профессора Нимейера арестовали.

— Быстро же они.

— Кофе? — спросил Фло.

Пуласки кивнул.

Эвелин тем временем схватила пульт и включила телевизор у себя в кабинете. Быстро пролистала каналы, пока не нашла на ORF программу «Zeit im Bild». Было чуть больше половины восьмого, шёл выпуск международных новостей.

Пока в глубине комнаты жужжала кофемашина, Пуласки молча подошёл к ней и тоже уставился в экран.

— Если захотите задержаться в Вене подольше, — сказала она, не отрываясь от новостей, — завтра мы закроем контору, наконец уйдём в заслуженный отпуск — и я покажу вам город.

— До чего заманчиво, — буркнул он.

Она укоризненно посмотрела на него.

— Можно чуть больше энтузиазма?

— Я весь пылаю, — пробормотал он.

Она улыбнулась краешком губ.

Фло вошёл в кабинет, протянул Пуласки маленькую чашку чёрного кофе и присоединился к ним. Все трое замерли перед телевизором, словно соляные столпы, ожидая репортажа.

После ещё одного международного сообщения наконец перешли к австрийским новостям. В самом начале на экране появилось не самое выигрышное изображение профессора Нимейера.

— Полиции удалось добиться прорыва в деле об убийстве Алейны Аль-Рашид… — сообщила диктор.

Эвелин резко задержала дыхание: профессора выводили между двумя вооружёнными полицейскими, и один крепко держал его за плечо.

— Это лестница у главного входа Венского университета! — воскликнул Фло.

Верно. Криминальная полиция, судя по всему, задержала Нимейера прямо на рабочем месте. Судя по сумеречному свету и уличным фонарям, произошло это совсем недавно.

Перед университетом теснились журналисты с камерами и микрофонами, забрасывая Нимейера вопросами.

— Как пресса могла узнать так быстро? — спросил Фло.

Эвелин пожала плечами. Понятия не имею. Но и правда было странно, что СМИ оказались у места ареста почти в прямом эфире.

Спускаясь по лестнице, Нимейер был явно взвинчен. Перед камерами он на мгновение остановился и яростно почесал за ухом.

— Меня подставили! — выкрикнул он в камеру.

После этого второй полицейский тоже схватил его за руку, и Нимейера увели мимо объектива.

— Это заговор против меня! — проорал он через плечо.

— Как недостойно, — пробормотала Эвелин.

Своим доверителям она всегда советовала не говорить прессе ни слова и, едва начиналась съёмка, закрывать лицо папкой.

Пока ведущая кратко пересказывала обстоятельства преступления, на экране показывали, как Нимейера усаживают в машину с размытым номером.

— Теперь он пытается перевернуть всё с ног на голову, — заметил Фло. — Сам хотел подставить невиновного, провалился — и вот.

— Может, он всё ещё рассчитывает выкрутиться, — сказал Пуласки.

Вдруг в кадр протиснулся пожилой мужчина в бежевом костюме, с широкими бакенбардами и блестящими очками в стальной оправе.

— Это доктор Грот! — воскликнул Фло.

— Мой доверитель невиновен, — заявил тот.

Пуласки вопросительно посмотрел на Эвелин.

— Грот — один из лучших адвокатов по уголовным делам в Вене, — пояснила она. — Тёртый калач, не дёшев, берёт только знаменитостей.

— Какое совпадение, что к моменту ареста у Нимейера уже есть защитник, — заметил Пуласки.

— Видимо, очная ставка в Федеральном управлении уголовной полиции его встряхнула, — предположила Эвелин.

И он, на всякий случай, уже встретился с доктором Гротом у себя в кабинете в университете, — мысленно добавила она.

— …мы докажем, что и судьи, и прокуратура предвзяты, — продолжал Грот, — а полиция в ходе расследования напортачила и теперь решила сделать из моего доверителя удобного козла отпущения.

— Зачем он это говорит? — возмутился Фло. — Он же не может всерьёз утверждать, будто судьи предвзяты?

— Разумеется, сам он в это не верит, — сказала Эвелин. — Зато сейчас это увидел миллион зрителей. И среди них, вполне возможно, есть будущие присяжные, которыми он уже начинает манипулировать.

Пуласки кивнул.

— Ловко.

— Именно поэтому он так любит устраивать аресты своих доверителей перед камерами, — пояснила Эвелин.

Диктор уже сворачивала репортаж, когда Фло вскинул руку.

— Смотрите!

На заднем плане, между репортёрами, мелькнул бородатый мужчина в водолазке и с седым пучком.

— Имраан! — вырвалось у Эвелин.

Она с ужасом поняла: действительно похоже, что он пытался добраться до Нимейера. К счастью, зеваки и полиция оттеснили его в сторону.

На миг у Эвелин по предплечьям побежали мурашки. Фу-у-ух, страшно подумать, что было бы, окажись Имраан у университета на несколько минут раньше.

Либо Касем уже догадывался о правде и отдал своим людям соответствующие распоряжения, либо Имраан сам сложил два и два и пришёл к выводу, что убийцей мог быть только профессор Нимейер.

Так или иначе, теперь Нимейер был под стражей и находился под защитой Островского.

Эвелин выключила телевизор и отпила уже остывший кофе.

— Будем праздновать? — спросил Фло. — Принести из кухни шампанское и бокалы? Или пойдём?..

— Отпразднуем, когда Килиана выпустят из следственного изолятора, — остудила она его пыл. — А пока…

Она осеклась: зазвонил мобильный. На дисплее высветился номер Касема. Чёрт!

Эвелин откашлялась и ответила:

— Да?

— Прекрасного доброго вечера, фрау доктор Майерс, — произнёс Касем звучным голосом.

Слова звучали спокойно, но под этой вежливостью явственно слышалась угроза.

— Полагаю, вы знаете, зачем я звоню?

— Могу догадаться.

Эвелин жестом велела остальным молчать.

— Я только что посмотрел телевизионные новости.

— Я тоже.

Она подошла к окну, одной рукой опёрлась о подоконник и посмотрела сквозь забрызганное дождём стекло вниз, на улицу. Горели фонари, по тротуару спешили прохожие с раскрытыми зонтами.

— Мне казалось, у нас была договорённость. Почему о последних событиях я узнаю из новостей?

— Я вас проинформировала, — возразила Эвелин и взглянула на наручные часы. — Полчаса назад.

— Никакого звонка от вас я не получал, — упрекнул он.

— В столь щекотливых вопросах я не звоню по телефону, — пояснила она. — Поэтому отправила вам официальное письмо из конторы.

— Никакого письма я тоже не получал.

— Тогда, будьте добры, загляните в папку со спамом.

 

 

 

 

Отправить