— Ну, полюбуйся на эту мерзость, — говорит мужчина у неё за спиной, до боли сжимает ей предплечье и грубо дёргает в сторону. — Давай, вон туда, на другой стол.

Как сомнамбула, она отворачивается от стола, по гладкой поверхности которого расползлась её рвота. Переставляет ногу за ногой. Не замечает ледяного кафеля под босыми ступнями. Добирается до соседнего стола и наваливается на край.

Этот список… Всего несколько слов, выписанных столбиком. С цифрами рядом. Но они с чудовищной ясностью говорят, что её ждёт.

С этим осознанием внутри рушится всё, что ещё могло бы поднять её на последний бунт против неизбежного. Она уже давно поняла: от этого безумца пощады не дождаться.

— Ты испоганила мой красивый стол, — внезапно звучит его голос у самого уха.

В следующий миг ноздри улавливают его дыхание. Кислое. Тошнотворное. К горлу подкатывает едкая желчь, но ей удаётся подавить спазм.

Но он это замечает.

— Если ты мне и этот стол заблюёшь, я первым делом вырежу тебе глаза, — рычит он.

Она почти теряет сознание. Наверное, в самом деле провалилась бы в милосердную темноту, если бы не почувствовала на спине его руку. Он грубо толкает её вперёд.

— Ложись. Немедленно.

Она поворачивается. Опускает взгляд, чтобы не смотреть на него. Упирается ладонями в край и подтягивается. Хромированная столешница обжигает холодом голые ягодицы. Не обращая на это внимания, она подбирает ноги.

И вот она лежит на спине, уставившись в потолок.

Над ней возникает его рука. В пальцах — шприц.

— У меня для тебя подарок, — говорит он. Рот снова растягивается в этой жуткой ухмылке. — Маленькое спасибо за то, что облевала мой красивый стол. Ты не уснёшь. Ты будешь в сознании наблюдать, как я отрабатываю на тебе список. Ну разве не прекрасно?

Её запястье грубо перехватывают и выворачивают. Затем — резкий укол в локтевой сгиб.

— Вообще-то это я должен сказать тебе спасибо. Я ведь обещал дать вам поспать. Но о том, что будет, если мне обблюют оборудование, речи не было. Особые обстоятельства требуют особых мер. Ты ведь понимаешь, правда?

Как посторонняя, она отмечает: её рот шевелится. Она что-то говорит, сама не зная что. Не понимает собственных слов. Может быть, это и не слова вовсе, а просто бессвязные звуки. Ей всё равно.

Она чувствует, как что-то холодное прокладывает себе путь по венам. В тот же миг вспыхивает мысль: не смерть ли это тянет к ней свои ледяные когти?

И с поразительной ясностью понимает: ей всё равно. Больше того — она надеется в ближайшие секунды просто умереть.

«Ты не уснёшь», — эхом отдаются его слова.

Перед глазами снова встают строчки из списка. Они выжжены в сознании как раскалённым железом.

Сердце — 3, печень — 5, почка — 2, лёгкое — 2, тонкий кишечник — 3, поджелудочная железа — 4.

 

 

 

Отправить