Через несколько минут после разговора с Паулем Гердесом Кантштайн позвонил снова.

— Почему вы давеча спросили, откуда я знаю, что коллега Шпранг говорил с вами лично по поводу сообщения Крольмана? — начал он без обиняков.

— Вы поэтому мне звоните? Похоже, вас это сильно занимает.

— Так что? Почему?

Хендрик коротко прикинул. Что тут ответишь, кроме правды?

— Потому что мне показалось, будто вы проехали мимо моего дома. Сразу после того, как комиссар Шпранг сел в машину.

— Показалось?

— Да, водителя я разглядел только мельком.

— Ага. Что-то ещё?

— В смысле — что-то ещё? — Хендрика удивил и вопрос, и резкость Кантштайна. — Если не ошибаюсь, это вы мне сейчас позвонили. И если кто и вправе задавать вопросы, то скорее я.

— Вы хотите узнать у меня что-то ещё, кроме того, откуда мне было известно, что Шпранг с вами встречался?

— Нет.

— Хорошо, значит, с этим разобрались.

— Идиот, — раздражённо процедил Хендрик, когда Кантштайн положил трубку.

Взвинченный, он принялся расхаживать по гостиной взад и вперёд, пытаясь думать о Линде, а не об этом полицейском, но напрасно — почти сразу зазвенел дверной звонок.

По дороге к двери Хендрик подумал, не включить ли «Адама» хотя бы для камеры у входа. Открыл — и увидел перед собой незнакомого светловолосого мужчину лет сорока пяти. Худощавый, в тёмных джинсах и белоснежной поло-рубашке, тот улыбался так, словно собирался ему что-то продать.

— Добрый день, господин Цеммер, — начал гость. — У вас найдётся минутка? Я хотел бы с вами поговорить.

Хендрик устало покачал головой.

— Если вы что-то продаёте или хотите поговорить со мной о Библии — нет, спасибо.

— Я хочу поговорить с вами о вашей невесте.

Хендрик мгновенно очнулся. Это он, что ли… сейчас пойдут требования?

— Кто вы? — резко спросил он. — И какое отношение имеете к моей невесте?

Гость оглянулся налево, направо — жест совершенно нелепый: соседние дома стояли достаточно далеко, никто при всём желании не расслышал бы, о чём они говорят.

Потом светло-голубые глаза снова уставились на Хендрика.

— Меня зовут Дирк Штайнмец, я хирург, как и вы. Господин Цеммер, нет повода разговаривать со мной таким тоном. Я из тех, кто на вашей стороне. Возможно, я знаю кое-что, что поможет вам в том, что касается вашей невесты. Но, может, обсудим это лучше в доме?

Взгляд Хендрика скользнул к рукам мужчины — привычка, выработанная с тех пор, как от постоянных дезинфицирующих средств у него самого пошли трещины на пальцах. С тех пор он почти болезненно следил за руками других врачей. У собеседника они были непривычно крупные и сильные для хирурга.

— Я ещё раз спрашиваю: какое отношение вы имеете к Линде? Откуда вы её знаете?

— Послушайте: я, возможно, знаю кое-что, что вам поможет. Но не на пороге.

Хендрик помедлил — не делает ли ошибки, — но всё же посторонился. Этот человек, похоже, знал что-то о том, где Линда, а сейчас только это и имело значение.

— Ладно, заходите.

В гостиной Штайнмец, не дожидаясь приглашения, опустился на диван и огляделся.

— Уютно у вас.

Хендрик остался стоять рядом с креслом — слишком взвинченный, чтобы спокойно сесть.

— Думаю, нам стоит говорить не о моей обстановке, а о Линде. Что вы о ней знаете и откуда?

— Да, верно, простите, я склонен отвлекаться. Я, видите ли, эстет, и когда я…

— Либо вы наконец говорите по делу, либо можете сразу уходить.

— Как я и сказал, прошу прощения. Итак: я врач, до недавнего времени работал в Евангелической больнице в Альстердорфе, где служила и Юлия Крольман.

— Служила? — перебил Хендрик.

— Да, в то время, когда я там ещё работал. Так вот, в какой-то момент в клинике появился её муж — журналист — и принялся задавать вопросы нескольким ведущим врачам и сотрудникам администрации. Речь шла, насколько я понял, о каких-то тёмных делах, которые проворачивали кое-кто из больших начальников, и в этом якобы был замешан и банк, где работа… работает ваша невеста. Может, наводку он получил от жены — понятия не имею. Так или иначе, при расследовании в банке он, видимо, познакомился и с вашей невестой.

Сердце у Хендрика заколотилось в горле.

— С чего вы это взяли? Только потому, что…

— Я видел их вместе.

Хендрик умолк и уставился на собеседника. Эта фраза разом вычистила у него из головы все мысли и оставила лишь пустоту.

— Вы их… — Прежде чем колени подкосились, Хендрик опустился в кресло.

— Да, понимаю, это больно, и я не из тех, кто такое разносит — считаю, что в этом должны разбираться сами участники. Но в нашем случае это ведь означает, что с вашей невестой, скорее всего, ничего не случилось, а просто…

— …она тайком сбежала с другим, — закончил за него Хендрик.

— По крайней мере, такая возможность есть. Но повторю: значит, она в порядке.

Хендрик невидяще смотрел перед собой и пытался зацепиться за обрывки мыслей, проносившихся в голове, сложить из них хотя бы пару связных фраз.

Их общее время, незабываемые, счастливые минуты… последний вечер, когда она, выходит, уже знала, что воспользуется первым же случаем и сбежит с этим типом.

— Господин Цеммер?

Хендрик вздрогнул и поднял глаза на Штайнмеца.

— Да, я… простите. — Он выпрямился. — А откуда у вас вообще сведения о госпоже Крольман и Линде? Из фейсбука? Насколько мне известно, там о них ничего не было.

— О своём источнике сказать не могу. Скажу только: он надёжный.

— Не можете сказать об источнике? — резко переспросил Хендрик. — Этого вы не могли узнать ни из газеты, ни из соцсетей. У меня вполне может возникнуть мысль, что вы сами имеете к этому отношение. — Он сам услышал, что повышает голос.

Штайнмец покачал головой, по-прежнему улыбаясь, — только теперь улыбка казалась ещё более натянутой.

— Зачем бы я тогда пришёл вам помочь? В этом ведь нет никакого смысла.

Хендрик не ответил. В голове у него скакали мысли.

— В любом случае, мне пора. — Штайнмец поднялся.

— Стойте, подождите. — Хендрик вышел из оцепенения. — Вы сказали, что видели Линду вместе с этим Крольманом. Где это было и откуда вы знали, что эта женщина — Линда?

Левая бровь Штайнмеца поползла вверх, придав его лицу высокомерное выражение.

— Ах, всё-таки? Ладно. Однажды днём, когда я выходил из больницы, как раз подъехал Крольман и поставил машину на стоянке. Она сидела на пассажирском сиденье и ждала его, пока он был в здании. Я прошёл прямо мимо и хорошо её разглядел. Тогда я, разумеется, ещё не знал, что это ваша невеста, и, наверное, не придал бы этому значения, если бы случайно не наткнулся на ваше объявление в фейсбуке с фотографией. Тут я узнал вашу невесту и вспомнил ту сцену.

Всё это звучало для Хендрика не слишком убедительно, но ведь откуда-то этот человек свои сведения брал.

— Ладно. Сейчас я позвоню одному из следователей, который занимается исчезновением Линды. Он будет здесь минут через двадцать, тогда вы ему ещё раз расскажете эту историю.

— Господин Цеммер, с полицией я связываться не хочу и впутываться во всю эту историю — тоже. То, что я вам сказал, конечно, не самая радостная новость, но я надеюсь, для вас всё же облегчение — знать, что с вашей невестой, скорее всего, всё в порядке.

Хендрик не ответил. Если эта история правдива, никакого облегчения нет — есть только глубокая обида.

Затворив за Штайнмецем входную дверь, он прислонился к ней лбом — прохладная поверхность холодила кожу. По щекам текли слёзы и падали на пол.

Может ли быть правдой то, что рассказал этот человек? Вся история звучала странно — и всё же… она укладывалась в то, что он узнал до сих пор. Йонас Крольман и Линда… Как она могла так с ним поступить? В нём поднималась злость — на собственную доверчивость, на собственную непоколебимую веру в неё.

Он отлепился от двери и собрался вернуться в гостиную, когда взгляд зацепился за пульт управления «Адамом».

Зачем теперь оставлять систему отключённой? Он вспомнил, что говорила Александра о возможностях того, кто способен подключиться к этой системе, — и что думал об этой идее Пауль Гердес: научная фантастика.

А он сам? Во что верил он? Да, он, по крайней мере, допускал, что кто-то воспользовался этой возможностью, чтобы похитить Линду. Но теперь…

— Научная фантастика, — выдохнул он и поднял руку, чтобы снова включить «Адама».

И замер на полудвижении.

Два зелёных огонька светодиодов горели ровно и спокойно.

«Адам» был активен.

 

 

Отправить