Посадка прошла безупречно. Ровно в семь утра Леа уже сидела у окна в восьмом ряду и смотрела на массивный конический шпиль мюнхенской диспетчерской башни.

А потом — ничего.

К девяти самолет все еще стоял у гейта, и дело не двигалось с места. Сперва пилот сообщил, что им пока не выделили слот на вылет. Чуть позже по громкой связи объявили о штормовом предупреждении в районе аэропорта назначения. Половина пассажиров тут же вытащила телефоны и принялась искать новости. По салону прокатилась волна шумного возбуждения.

Леа и без того понимала, что это лишь отговорка: слова «Посадка завершена» до сих пор не прозвучали. Значит, по меньшей мере одного пассажира все еще не хватало, и, скорее всего, именно в этом и крылась настоящая причина задержки. Тем более что в бизнес-классе пустовало несколько мест.

Позже капитан снова вышел на связь и сообщил, что на назначенном маршруте наблюдается перегрузка воздушного движения и они ждут разрешения от диспетчерской башни.

— Что еще они придумают, лишь бы нас утихомирить? — спросила Камилла.

Леа знала: и это было лишь предлогом. Но капитану нужно было говорить хоть что-то. Пока пассажирам казалось, что им известна причина ожидания, они в основном сохраняли спокойствие. Во всяком случае, большинство.

К тому же это был чартерный рейс с отпускниками, которым не грозило опоздать на пересадку. Поэтому раздражение не переходило границ. Все просто предвкушали пальмы, пляж и море.

Тем временем Леа достала из дорожной сумки, убранной под сиденье, старый кнопочный телефон Вики и принялась его просматривать.

Но искать там было почти нечего.

Хотя этим древним аппаратом даже можно было снимать, в памяти не оказалось ни фотографий, ни сколько-нибудь любопытных сообщений — SMS было совсем мало, и уж тем более ничего интересного среди них не нашлось. Контактов тоже было немного: всего около двух десятков. Среди них Леа увидела и собственный номер, который Вики сохранила под именем «Леа-мышка». От этого у нее мгновенно защипало в глазах, но подступившие слезы она сразу смахнула.

Кроме того, в списке были несколько общих друзей и знакомых, которых Леа тоже знала. Но большинство имен ей ни о чем не говорили.

Наверняка среди них есть и любовник Вики.

— Возможно… Может, они даже собирались встретиться на Мальорке, — еле слышно прошептала она.

— Очень может быть. Поэтому с острова нужно убираться сразу после прилета.

Леа и так собиралась это сделать. Впрочем, тот мужчина был женат и имел дочь — Вики сама ей об этом рассказывала, — так что вряд ли мог надолго исчезнуть из дома незамеченным. Возможно, он и вовсе не появится на острове.

Как бы то ни было, отвечать на звонки с телефона Вики Леа не следовало. Разве что в самом крайнем случае — на сообщения.

Она подняла голову и вытерла пот со лба.

Было уже десять минут десятого. Солнце поднялось высоко над горизонтом и палило на фюзеляж, так что в салоне становилось все жарче. Наконец включили кондиционер, и стюардессы начали раздавать пассажирам пластиковые стаканчики с водой.

Еще через десять минут, после более чем двух с половиной часов ожидания, в динамиках снова что-то треснуло. На этот раз говорил второй пилот:

— Уважаемые пассажиры, у меня для вас хорошие новости. Мы только что получили сообщение от диспетчерской башни: на борт поднимутся еще два пассажира. Сразу после этого нам дадут разрешение на взлет. Прошу вас еще немного потерпеть.

Он повторил объявление по-английски, но его слова уже тонули в раскатистых аплодисментах.

Вскоре на борт поднялись те самые двое.

Первым появился худой высокий мужчина лет пятидесяти с небольшим — лысый, с длинными узкими бакенбардами, тянувшимися от ушей до самого подбородка. Вид у него был угрюмый и раздраженный. На нем были белая рубашка и черный костюм — слегка мятый, с пятнами, — но Леа все равно распознала дорогую дизайнерскую вещь, сшитую на заказ.

Впрочем, костюм это был или нет — по этому типу сразу становилось ясно: человек он тяжелый.

Следом вошла невысокая жилистая женщина лет тридцати с небольшим, в джинсах и черной футболке в рубчик. У нее были выразительные карие глаза и каштановый хвост. Выглядела она ничуть не более довольной.

Судя по всему, они знали друг друга: прежде чем разойтись по разным сторонам бизнес-класса, коротко кивнули друг другу.

Среди остальных пассажиров снова поднялись язвительные аплодисменты. Послышались и выкрики — от почти добродушного:

— В следующий раз вставай пораньше, приятель!

до откровенно саркастического:

— Надо же, а когда захотели — все сразу пошло!

Леа ничего не сказала и не стала возмущаться. Напротив, почувствовала облегчение. Где-то в глубине души она уже начинала опасаться, что эта задержка каким-то образом связана с Вики или с ней самой.

И наконец из динамиков прозвучали долгожданные слова:

— Посадка завершена.

После этого все пошло быстро.

Двери закрыли и заблокировали.

— Надувные трапы приведены в готовность… проверка выполнена, — объявила по внутренней связи стюардесса.

Леа пристегнула ремень. Еще со времен работы телохранительницей она знала эти формулировки по множеству перелетов, нередко и на частных самолетах, и понимала, что предполетная проверка завершена, а аварийные трапы активированы.

— Уважаемые пассажиры, мы получили новый слот на вылет и взлетаем через пять минут, — сообщил капитан из кабины.

Пока стюардесса показывала правила безопасности, самолет вздрогнул. Тягач наконец начал выталкивать лайнер от гейта.

Леа откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.

— Спокойной ночи. Спи. Я разбужу тебя, когда мы будем на Мальорке, — сказала Камилла.

---

 

Отправить