ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

19 мая. Ночь на воскресенье.

 

— Ты тоже слышал?

Ирэна вопросительно посмотрела на мужа.

— Что именно?

Вальтер перегнулся через спинку дивана, нащупал пульт и приглушил звук. Склонив голову, прислушался.

Кроме шелеста дождя и ветра, кружившего вокруг дома, стояла мёртвая тишина. На экране беззвучно мерцала телевикторина. Что, собственно, тут можно услышать — на самой окраине Бад-Кройцнаха? Разве что куницу, прошмыгнувшую по крыше. Или отбившегося от своих курортника, который, выбравшись из кофейни в штормовую ночь, отчаянно разыскивает нужный санаторий.

— Я слышала, как хлопнула дверца машины, — прервала его мысли Ирэна. — Посмотри, пожалуйста.

— Господи…

Вальтер покосился на настенные часы. Без малого одиннадцать. Нехотя поднявшись, он подошёл к окну. Дождь барабанил в стекло.

— Кого могло сюда занести в такой час?..

Он осёкся. На подъездной дорожке, у самого навеса, застыли два тёмных автомобиля с погашенными фарами. Одна дверца была распахнута, но в салоне не горело ни огонька.

— Ты права, — прошептал он. — Здесь кто-то есть. У нас на участке.

Странное дело: датчики движения, обычно освещавшие подход к дому, не сработали.

Ирэна уже стояла у него за плечом, всматриваясь в темноту.

— Звонить в полицию?

В дверь постучали. Сердце у Вальтера тяжело ухнуло. Ирэна вздрогнула и теперь не сводила с мужа глаз.

— Кто бы это мог быть?

— Уж точно не тот, у кого сломалась машина. — Он двинулся к двери. — Держи телефон наготове. Набирай сто десять, как только я скажу.

Молния вспорола ночь, следом прокатился гром.

— Ты правда собрался открывать? Мало ли кто там.

Ирэна метнулась к узкому оконцу рядом с дверью, отодвинула край занавески и всмотрелась в темноту.

— На улице ни одного фонаря, — прошептала она.

Он и сам это заметил. Об отключении света речи быть не могло. Кто-то вывел из строя датчики.

Вальтер коротко взглянул на жену, накинул цепочку, повернул ключ и приоткрыл дверь ровно настолько, насколько позволила цепь. В свете прихожей он различил на пороге четверых: высокого лысого мужчину примерно своих лет — за пятьдесят, — миниатюрную молодую женщину и парня с двумя увесистыми сумками через плечо. Ни на ком не было плаща, хотя прямо за их спинами вода с козырька с шумом низвергалась на терракотовые плиты дорожки. Четвёртым, чуть в стороне, стоял полицейский в форме.

Вальтер снял цепочку и распахнул дверь шире.

— Что вам угодно?

— Господин Герман? — спросила женщина с длинными каштановыми волосами. — Мы из Федерального управления уголовной полиции. Висбаден.

Она поднесла удостоверение к свету лампы. Вальтер сверил лицо с фотографией. Подлинное ли удостоверение, судить он не брался; однако полицейский выглядел более чем убедительно: табельное оружие на поясе, дубинка, перцовый баллончик, рация, затрещавшая в эту самую минуту. Из динамика прорвался искажённый голос:

— …подкрепление через десять минут…

— Какое подкрепление? Что вам здесь нужно? — растерянно спросил Вальтер.

— Позвольте войти — мы всё объясним.

— У вас есть ордер на обыск?

Высокий худощавый мужчина протиснулся вперёд.

— Во-первых, это называется постановление об обыске, — произнёс он с голландским акцентом. — А во-вторых, обыскивать мы ничего не собираемся.

Мягко, но неумолимо он оттеснил Вальтера и шагнул в прихожую. Дважды притопнув на ковре, голландец стряхнул с чёрного костюма капли дождя.

Сердце у Вальтера колотилось где-то у самого горла.

— Что ж, прошу, располагайтесь… — попытался он прикрыть сарказмом растерянность.

Молодая женщина переступила порог следом.

— Господин Герман… госпожа Герман. — Она мельком взглянула на Ирэну. — Дело не терпит промедления, и вы способны нам помочь. От имени Управления прошу вас о содействии. Если всё пройдёт гладко, через несколько часов нас здесь уже не будет.

Ростом она была невелика, но держалась твёрдо.

— А если не пройдёт? — спросил Вальтер.

Ответа не последовало.

— Да разве вы вправе? — вмешалась Ирэна. — Вот так запросто врываться в чужой дом?..

— Нам дозволено и большее, — отозвался голландец, неторопливо оглядываясь в прихожей.

Длинные узкие чёрные бакенбарды спускались у него от ушей до самого подбородка.

Следом вошёл парень и опустил сумки на пол. На шее у него болталась тонкая дужка с наушниками и длинным проводом; из-под куртки виднелась застиранная чёрная футболка с надписью «Twin Peaks». Это, кажется, старый сериал девяностых? В остальном — заправский компьютерщик. Последним в дом шагнул полицейский, притворил за собой дверь и отступил в тень.

Вальтер заметил, что и все трое в штатском вооружены: голландец и молодая женщина — в наплечных кобурах, компьютерщик — в поясной, сбоку.

— Моя коллега сейчас всё объяснит, — сказал голландец, — но сперва ответьте на несколько вопросов. — Он пристально посмотрел на Вальтера. — Коротко и по существу. Ясно?

— Да, но мы…

— Коротко и по существу, — оборвал его голландец. — Кроме вас с супругой, в доме есть ещё кто-нибудь?

— Нет, но что всё это…

— Гостей сегодня ждёте?

— Нет.

— Во сколько вы обычно ложитесь спать по субботам?

— Я… ну… мы…

— Часов до половины двенадцатого смотрим телевизор, — ровно ответила за него Ирэна. Голос её зазвучал неожиданно собранно. — Потом поднимаемся в спальню. Я обычно читаю ещё час-полтора.

— Хорошо. — Голландец кивнул. — Тогда через пять минут погасите на этом этаже весь свет, а в спальне зажгите лампу. И в ванной заодно. Всё должно выглядеть как обычно. Понятно?

— Понятно.

Ирэна встала рядом с мужем и сжала его руку.

— Так в чём всё-таки дело?

Голландец кивнул коллеге, и та снова взяла слово.

— Время поджимает, слушайте внимательно. Управление давно идёт по следу одной леворадикальной террористической группировки. Недавно нам удалось установить имя и адрес связного, выходящего на эту сеть.

— А мы-то здесь при чём? — спросил Вальтер.

— Речь о социологе, докторе Пауле Конраде. Он живёт чуть дальше по улице, в соседнем доме.

— Доктор Конрад? Наш сосед? — ахнула Ирэна. — Он связан с террористами?

— Вы с ним в приятельских отношениях?

— Едва ли. Мы его почти не видим, — ответил Вальтер. — Живёт замкнуто. Да и соседи мы скорее номинальные: между участками — узкая полоса пашни.

— То есть близкого знакомства нет?

— В последний раз я говорил с ним полгода назад. В посёлке вырубили свет, и он попросил у нас свечей.

— Которые, разумеется, так и не вернул, — добавила Ирэна. — Странный тип. Большой чудак и нелюдим. По крайней мере, так говорит наша булочница — он у неё тоже берёт хлеб.

— Погодите-ка… — перебил жену Вальтер. — К чему все эти расспросы? Уж не намекаете ли вы, что мы с ним заодно?

Молодая женщина улыбнулась. Глаза у неё были удивительные — большие, карие, с поволокой.

— Разумеется, нет. К тому же мы вас уже проверили. Никакого криминального или леворадикального прошлого.

— Что ж, весьма лестно. Покорнейше благодарю, — язвительно отозвался Вальтер. — Так почему бы вам просто не пойти туда и не взять его — вместо того чтобы…

— Именно это мы и намерены сделать, — сказала молодая женщина. — Беда в том, что пока мы не знаем, как устроена сеть, с которой он связан. Поэтому он нужен нам живым. Застреленный при попытке к бегству — нам не помощник.

Вальтер сглотнул.

Ирэна мельком взглянула на часы, погасила свет в прихожей и в гостиной, выключила телевизор, поднялась по лестнице и зажгла лампы в ванной и в спальне.

В скудном свете, падавшем сверху на лестницу, Вальтер увидел, как парень скинул ботинки, перенёс сумки в гостиную, поставил их на ковёр и принялся разбирать. Затем установил перед окном штатив с камерой. Отсюда они, очевидно, намеревались вести наблюдение за домом доктора Конрада — тот стоял метрах в двухстах ниже по склону, между дорогой и опушкой леса.

Тем временем Ирэна вернулась со второго этажа.

— Не желаете ли кофе? — осведомилась она чуть ли не с радушием гостеприимной хозяйки.

Полицейский отказался:

— Благодарю, не нужно.

— Что?! — вырвалось у Вальтера.

Его поражало, с каким увлечением жена втягивается в происходящее.

— То ты со страху едва в обморок не падала из-за хлопнувшей дверцы, то уже варишь кофе для половины уголовной полиции, расположившейся у нас в гостиной!

Она потёрла ладони.

— Это же так увлекательно!

Ирэна и её детективы, — угрюмо подумал он.

— Ваша кухня просматривается из дома доктора Конрада? — поинтересовался голландец.

— Нет, она с обратной стороны.

— Отлично. Тогда я бы с удовольствием выпил чашку ванильного чая — если, конечно, найдётся.

— «Ройбуш» подойдёт?

— Превосходно. Заваривать три минуты, без сахара.

— Может, ещё и печенья подать? — пробурчал себе под нос Вальтер.

Где-то за спиной снова затрещала рация. Вальтер уловил обрывки: вокруг Бад-Кройцнаха уже выставлены заградительные посты, на окраине дежурят машины скорой и пожарные расчёты, вот-вот подтянутся дополнительные наряды.

— Скорая и пожарные? — хрипло переспросил он.

— Исключительно на всякий случай, — успокоила его молодая женщина.

— На случай, если ситуация выйдет из-под контроля, — уточнил голландец и крикнул в гостиную: — Готов?

Компьютерщик молча поднял большой палец. На дисплее камеры Вальтер увидел, что тот приблизил изображение дома Конрада до предела и высветлил картинку.

— Позвольте сопроводить вас на кухню? — обратилась молодая женщина к Ирэне, скидывая туфли.

— Разумеется.

— У вас, случаем, не найдётся фотографии доктора Конрада? С какого-нибудь праздника, местного события?

— Нет. — Ирэна усмехнулась. — Он на такие собрания и носа не кажет. А у вас-то неужели нет снимков? Хотя бы для розыска?

— Ничего свежего. Только старое фото с водительских прав да снимок двадцатилетней давности из загранпаспорта — паспорт он так и не переоформил. Мы искусственно состарили лицо в программе и с помощью ИИ получили несколько вариантов.

— Покажете?

— Конечно. — Молодая женщина подняла телефон. — Я как раз собиралась.

— Вот увидите, я непременно вам помогу. У меня, в отличие от мужа, превосходная память на лица.

Вальтер озадаченно проводил их взглядом. Они скрылись в тёмной кухне и прикрыли за собой дверь; только после этого из-за створки пробилась полоска света. Такой он жену ещё не видел. Любимая викторина забыта — Ирэна с головой ушла в расследование Управления.

В тёмной прихожей полицейский по-прежнему переговаривался по рации, а голландец уже стоял в гостиной подле молодого помощника — у штатива.

Вальтер из любопытства подошёл ближе и мимоходом отметил, что голландец так и не разулся. Оба неотрывно смотрели на дисплей: на нём виднелось окно цокольного этажа в доме Конрада. Изображение плыло — камера снимала сквозь тонкую занавеску. Высокий статный седой мужчина, похожий на доктора Конрада со старых снимков, сидел спиной к ним, чуть вполоборота, на стуле, в тусклом свете настольной лампы, и что-то набирал на ноутбуке. Помимо экрана ноутбука светился и монитор стационарного компьютера, а на стенах угадывались бесчисленные книжные полки. Судя по всему — кабинет.

Голландец мельком обернулся к Вальтеру.

— Полицейский спецназ может припарковаться у вас на участке?

Вальтер уловил исходивший от собеседника запах марихуаны. Странноватый какой-то полицейский.

— Да, разумеется, — пробормотал он, не отрывая взгляда от экрана. — Пусть встанут на подъездной дорожке позади ваших машин. Из-за живой изгороди Конрад их оттуда не разглядит.

— Слышали? — окликнул голландец полицейского в прихожей.

— Да, — коротко отозвался тот.

— Никаких полицейских машин. Только гражданские, — распорядился голландец. — И подтяните к нам людей из Управления.

Да это уже целая операция.

— Давно ли вы знаете о Конраде? — вполголоса спросил Вальтер.

— Двенадцать часов.

— Единственная реальная зацепка, чтобы выйти на остальных членов сети, — прибавил ассистент.

— А теперь дайте нам работать.

Голландец слегка отодвинул Вальтера и положил руку на плечо помощнику.

— Веди камеру влево и вниз. И приблизь. На полу что-то лежит.

Молодой человек подкрутил объектив. На экране проступил большой прямоугольный предмет. Голландец придвинулся вплотную к дисплею.

— Что это? Проклятье, да это же чемодан. Засранец собрался сбежать! — выругался он.

— Может, его кто-то успел предупредить.

— Берём?

— Нет, пока нет. Посмотрим, что он затевает. А на всякий случай прямо сейчас заморозим ему счета.

Молодой человек вставил в ухо наушник. Переговариваясь со службой безопасности банка, он торопливо стучал по клавиатуре.

— Пусть блокируют и все депозиты, — добавил голландец. — А если всплывёт криптовалюта — немедленно арестовать. Перешли им судебное постановление.

— Уже делаю.

— Потом свяжись с горячей линией. Пусть блокируют кредитные карты.

Молодой человек на миг поднял глаза.

— Но зачем? Он же у нас и так…

— Пока ещё нет, — поправил голландец.

Но что теперь может пойти не так? Вальтер посмотрел на часы. Близилась полночь.

---

 

Отправить