В начале первого ночи Пауль Конрад неотрывно смотрел на значок песочных часов. За окном кабинета по стеклу барабанил дождь.

В горле пересохло. Он и забыл про кофе с ромом, сваренный в полночь, чтобы не уснуть, и теперь пригубил остывший напиток. По крайней мере, ром ещё согревал изнутри.

Сколько Конрад ни перезагружал роутер и ни перезапускал компьютер, в личный кабинет банка его так и не пустило. Чёрт. Интернет был ни при чём — всё прочее работало исправно.

Он собирался перевести двадцать тысяч евро на счёт в испанском банке — не вышло. К другим своим счетам он тоже больше не имел доступа. Пароли заблокировали, хотя ещё накануне всё шло как по маслу.

Конрад смотрел на монитор и в задумчивости покусывал нижнюю губу. Потом снова склонился к клавиатуре. Из чистого любопытства попробовал расплатиться кредиткой в интернет-магазине — пусто. Проверил вторую карту — и она больше не действовала. Кто-то за вечер заморозил все его активы. Значит, и в банкомате наличных теперь не снять. И всё это накануне отъезда.

Пульс участился.

Взгляд упал на собранный чемодан, раскрытый у стены на ковре.

Почему именно сейчас?

В случайности он не верил. Никогда.

— Так… — пробормотал он и открыл программу сигнализации, защищавшую участок.

По очереди переключался с камеры на камеру. Напрасно. Сквозь серую пелену дождя едва что-то угадывалось, а то немногое, что попадало в кадр, выглядело совершенно обыденно.

Последняя камера, у садовой ограды, охватывала улицу и подъезд к дому. С клавиатуры Конрад дистанционно развернул объектив вверх по склону, к дому Германов. Их подъездная дорожка едва виднелась. Что-то зацепило взгляд. Он увеличил изображение на весь экран.

За живой изгородью торчала корма чужой машины. Деталей было не разобрать, но сама картина казалась странной. Конрад иногда бегал трусцой вверх по склону, мимо Германов, в лес, и места эти знал хорошо. Господин Герман обычно парковался прямо перед домом, машина его жены всегда стояла под навесом. Даже гости ставили свои автомобили у самой изгороди, так что с улицы их не было видно. Ни разу ни одна машина не подъезжала к дороге так близко.

Конрад долго смотрел на экран, не переставая покусывать губу.

Может, и правда совпадение. Кто-то неудачно припарковался. Ты становишься параноиком.

С другой стороны, именно эта паранойя не раз спасала ему жизнь.

Полыхнула молния, на миг залив светом округу, и почти тотчас грянул оглушительный гром. Конрад сильно вздрогнул, но всё же успел сообразить и нажать «PrtScr». Снимок экрана сохранился.

В отблеске молнии корма автомобиля проступила отчётливо. Не полицейская машина — обычная. И всё же тревога не отпускала. Он увеличил кадр, прогнал через фоторедактор, подтянул резкость — и разобрал часть номера. Не рейнланд-пфальцский. «WI» — Висбаден, Гессен, каких-то сорок километров отсюда. Остальное не читалось, но это уже не имело значения.

Вот дрянь.

Он тут же погасил настольную лампу и монитор, захлопнул ноутбук и в темноте нашарил нижний ящик стола. Достал прибор ночного видения. На ощупь добрался до окна, отодвинул шёлковую штору, бросил взгляд на соседний участок. Второй этаж светился, первый тонул во тьме. Как всегда. Но в усилителе остаточного света он различил: за окном гостиной стоит что-то вроде штатива. Камера? Ему почудилось слабое свечение дисплея.

Больше разглядеть не удавалось — мешали и слегка подрагивавшие руки, — однако всё выглядело так, будто…

Так и есть.

Сбоку у окна, за занавеской, маячили двое. И смотрели в его сторону. Нет, пожалуй, даже трое.

Вот и дождался.

Его вычислили. Даже здесь, на краю света, в ничем не примечательном курортном Бад-Кройцнахе.

Ты знаешь, что это значит.

Да. И знал, что делать.

Конрад уронил бинокль на ковёр, выхватил из кармана смартфон и набрал номер. Пока шли гудки, приоткрыл окно и задёрнул плотную светонепроницаемую штору. Прохладный сквозняк надул тяжёлую ткань.

Никто не отвечал.

— Проклятье.

Он набрал стационарный, включил громкую связь и в бледном свете экрана двинулся к встроенному в стену сейфу.

— Вы позвонили в адвокатскую контору доктора Альбрехта, Франкфурт. Вы звоните в нерабочее время. Если хотите оставить сообщение…

Он дождался сигнала.

— Это я. Мне нужно уехать. Надолго. Слушай внимательно. Если со мной что-то случится — найди красный блокнот. В моём чёрном жёстком чемодане. В руки полиции он попасть не должен. Ты понял?

Не прерывая речи, он открыл сейф, достал тонкую записную книжку и спрятал в потайном отделении чемодана. К счастью, всё остальное было давно уложено. Он захлопнул крышку, опустил чемодан на пол и покатил к двери.

Завершив звонок, набрал второй номер.

— Алло… — после второго гудка отозвался сонный голос.

— Это я.

— Ты знаешь, который час? Слушай, па…

— Никаких имён, — оборвал Конрад. — Слушай меня.

Не прерывая разговора, он щёлкнул зажигалкой и поджёг в нескольких местах бумаги и газеты на столе. Когда те занялись, выдвинул ящики и в довершение вылил на столешницу бутылку рома, стоявшую у чашки. Пламя с шипением рванулось вверх.

Он оборвал разговор, метнулся в соседнюю комнату, к домашнему бару, наугад сгрёб несколько бутылок — шнапс, ром, виски — и одну за другой швырнул в стену кабинета. Стекло брызнуло осколками, жидкость потекла по обоям и ковру.

Никаких улик этим легавым. Даже если придётся спалить весь дом.

Он снова схватил смартфон, запустил приложение, стиравшее все данные, и бросил аппарат в огонь, уже перекидывавшийся со стола в глубь комнаты. Едкий дым клубился под потолком, дышать становилось нечем. Волоча за собой чемодан к задней двери, Конрад настежь распахивал окна, чтобы сквозняк раздул пламя.

Последнее, что он услышал, прежде чем шагнуть в ненастье, — глухой хлопок взорвавшегося аккумулятора.

---

 

Отправить