Меня бьёт дрожь нетерпения.

Теперь я знаю: я наконец на верном пути. Да, расстаться с тобой было мучительно, но этот шаг был необходим — и он был правильным. Я знаю это наверняка с той самой минуты, как она здесь, со мной. И знаю: ты бы меня поняла.

Я не смог бы сосредоточиться на ней так, как того требует дело, если бы чувствовал, что ты ещё где-то рядом.

Я долго просто сидел и смотрел на неё. Так же когда-то часами вглядывался в тебя, представляя, каково это будет, когда наши тела сольются вместе. Когда я всё глубже стану отдаваться чувству, и каждое моё движение всё безраздельнее подчинится медленно нарастающему исступлению.

Пожалуй, это немного несправедливо по отношению к ней — что и сейчас, рядом с нею, я думаю о тебе. И всё же теперь всё иначе, чем прежде, с другими, — когда ты ещё была здесь, во плоти. Я больше не скован.

Я подхожу. Глаза её расширяются, она что-то произносит, но слов не разобрать. Скотч…

И вот она замечает, что я ей принёс. Рвётся из пут, голос срывается на крик. По уголкам глаз скатываются слёзы. Она пытается свести раздвинутые ноги — словно нет ремней, удерживающих их врозь.

Невольно улыбаюсь. Какая же она ещё неискушенная. Совсем как ты поначалу.

Ей страшно оттого, что она ещё не знает, сколь тонка грань между болью и наслаждением. Так тонка, что одного без другого попросту не бывает.

Я мягко веду лезвием по внутренней стороне её бёдер. Ноги подрагивают от вожделения, всё тело трепещет — я вижу это отчётливо.

Остриё касается места меж её ног. Короткий, неглубокий укол — едва ли больше, чем намёк на то, что нам ещё предстоит пережить вместе. Тело выгибается, она кричит сквозь скотч, изливая свою жажду, — но я убираю лезвие.

Нет, пока довольно. Ещё не время. Сладостная мука ожидания. Предвкушение. Я делю её с ней. И знаю: с ней всё получится.

Скоро.

Совсем скоро.

---

 

Отправить