Глава 11
Стылый, отнюдь не летний ветер прокатился по улицам Карельска. Предвестник шторма летел со стороны залива, вгрызался в глубину дворов, гнул дугой деревья, вздымал мусор, закручивая в небольшие пылевые вихри. Тёмные улицы города были пусты, люди давно разбежались по домам, потому что спасатели с самого утра твердили о красном уровне опасности и надвигающемся к вечеру урагане. Хотя в последнее время людей уже несколько раз пугали светопреставлением, но оно, зарождаясь где-то на просторах залива, там же и умирало. Но сегодня погода решила закончить с репетициями и показать свой гневный лик. На Карельск шёл мощный ураган!
Погодные условия были как нельзя кстати, чтобы замаскировать постепенно прибывающие разнообразные машины, в которых сидели бойцы спецназа в ожидании команды. Сегодня было принято решение предпринять попытку, стремительной разведки боем, чтобы обезвредить лабораторию, которая предположительно находилась где-то в недрах бывшего морга. Давно знакомый Малинину командир группы спецназа слушал Егора, и на лице его сохранялось некое странное выражение.
— Что-то не так? — не выдержал Малинин.
— Ну как сказать, — пожал плечами Сева, — ты, Егор Николаевич, с каждым разом всё какие-то более изощрённые дела находишь, и это меня пугает, — сказал здоровенный мужик под два метра ростом. — Ладно раньше, я понимаю, заластали всю малину и по домам, но сегодняшняя операция из разряда пойди туда не зная куда. И при этом всё это сопровождается, — Сева задумался, — какой-то хренью из разряда магии.
— Сева, что конкретно тебя пугает? — спросил Егор. — Что тебя проклянёт глава подпольной нарколаборатории, косящий под колдуна? И сразу предупреждая твой ответ, я тебе скажу, что конкретно в твоём случае, гораздо страшнее, если тебя проклянёт генерал-майор Касаткин. А ты мне поверь, он это сделает, если мы облажаемся.
— Шикарная мотивация, — буркнул Сева.
— И если верить этому придурку, который у них за сталкера, — Малинин показал пальцами кавычки, — то, сегодня они будут выносить большую партию, — Егор покосился на часы, — полчаса осталось ждать. Там как раз несколько этих провожатых будет, и мы сможем накрыть большую группу. Не факт что пройдём внутрь, но кого-нибудь точно схватим.
— Слушай, они реально под землёй живут? — покосился на него Сева.
— Нет. Всё гораздо проще и прозаичнее. Ямы и правда были или до сих пор есть, но это не суть. Главное, что Кутейкина гора — рукотворный… — Малинин задумался. — Короче, рукотворная она. Там есть ходы и лабиринты, и как по ним передвигаться знают только единицы, но не потому, что у них рентген, как допопция в голову вмонтирован, а потому что была карта. И вот есть особые ребята, кто шёл к действующему следопыту в ученики, много лет тренировался, а потом и сам становился сталкером. И работа такая, как я понимаю, по меркам Карельска хорошо оплачивается.
— Вот так вот полковник Малинин развеял всю таинственную завесу, над которой долго трудились люди, — изрёк Нерей, сидевший за несколько кресел от Егора.
— Долго ли умеючи? — хохотнул Сева. — Я помню, как мастерски Егор Николаевич разделал под орех сенатора прошлой зимой. Вот это было зрелище. Между нашими до сих пор байки гуляют про фарт Малинина.
Вдруг рация затрещала, ожила, и сквозь неё прорезался тихий голос наблюдателя:
— Внимание. Готовность номер один. Вижу движение на территории объекта. Три единицы техники, пять человек сопровождения.
— Внимание. Не предпринимать никаких действий. Пока только наблюдение, — негромко сказал Сева. — Всем готовность номер один.
С первого взгляда захламлённое пространство перед бывшим моргом казалось спокойным, безлюдным и абсолютно заброшенным. Но по внешнему периметру почти все дворы были заполнены бойцами, готовыми в любую минуту сорваться и броситься исполнять приказание командира. Люди устали от ожидания, внутри каждого булькало беспокойство и нетерпение и, как только раздался спокойный голос командира, надвигающаяся буря окрасилась хлопаньем дверей, криками бойцов, и в сторону дверей морга потекла стремительная река чёрных спин. Возле узкого прохода этот поток разбился брызгами отдельных людей, которые разбегались по коридорам, хватали тех, кого успевали найти и, передавая от одного к другому, выводили арестованных наружу. А Малинина и командира спецназа вёл задержанный сталкер, мужчина безошибочно ориентировался в темноте, они протискивались через узкие щели ходов, где-то пролезали под стенами, перепрыгивали через препятствия и вскоре очутились в довольно большом помещении с хорошо налаженной вентиляцией. Здесь провожатый нащупал кнопку выключателя, и яркий свет осветил вполне себе современную лабораторию. Если бы Малинин не знал, что они находятся глубоко под землёй, то мог бы подумать, что они просто в каком-то медицинском учреждении.
— Фига себе размах! — присвистнул Сева.
— Да, — выдохнул Малинин, — работы здесь надолго. Надо бойцов сюда подтягивать.
В эту секунду свет погас, со всех сторон послышались звуки и последнее, что почувствовал Егор, был разряд электрического тока.
* * *
Софья с Унге почти до утра сидели над разложенной картой, но так и не смогли найти хоть какой-то скрытый смысл в довольно простой, на первый взгляд, карте. Сонина охрана уже давно дремала под дверью, Унге устало тёрла красные глаза и с ненавистью смотрела на осточертевший кофе, а Софья упорно вглядывалась в карту, словно хотела там найти что-то новое.
— Наверное, я пойду куплю нам что-нибудь поесть, — тихо проговорила Унге. — Меня уже тошнит от топографических видов.
— Да, возьми и мне что-нибудь, пожалуйста, — не отрываясь от созерцания карты, сказала Соня.
Дверь за Унге захлопнулась, Соня закрыла лицо руками, тяжёлые веки опустились на глаза и ей показалось, что по кабинету пролетело лёгкое дуновение ветра. Она встряхнула головой и хотела снова приняться за работу, как вдруг увидела ржавые пятна на глянцевой поверхности. Софья долго смотрела на них, пытаясь понять, как они могли появиться здесь за одну секунду, потом отвлеклась на вошедшую Унге, и пятна пропали, словно их и не было. Соне стало несколько не по себе, она нервно постучала пальцами, потом подошла к окну и, открыв раму, долго дышала воздухом, напоённым влагой.
— Что с тобой? — Унге вяло ковырялась вилкой в покупном салате.
— Просто устала, — Соня опустила голову, задумалась и вдруг её осенило. — Мы можем сейчас вычислить координаты жертв, которых привела Варя в качестве доказательства того, что нужно ехать в Карельск?
— Какие координаты? — Унге подняла голову.
— Топографические координаты.
— Зачем? — удивилась Унге.
— Просто скажи, можем или нет? — несколько нервно спросила Соня.
— Сейчас я подумаю, как это сделать, — Унге отодвинула в сторону пластиковую посуду. — Но как-то не уверена в положительном результате.
— Отлично, давай попробуем. Я думаю, что координаты расположения тел, это начальные точки, откуда стоит рисовать план.
Унге на секунду застыла, потом подняла голову и спросила Соню:
— Может, тебе поспать?
— Это прекрасная мысль, но некогда, — ответила слегка побледневшая Софья.
Она повернула к Унге экран телефона, где висело сообщение от Берегового, гласившее, что Малинин с командиром спецназа пропали в катакомбах морга. Их искали всю ночь, но тщетно.
* * *
Нерей с Лашниковым пили горячий кофе, стоя на пронизывающем ветру в совершенно намокшей одежде. Мужчины быстро хватали принесённые кем-то бутерброды, запихивали чуть ли не целиком, глотали обжигающую жидкость и слушали доклады уставших бойцов.
— Слушайте, мы эти коридоры сверху донизу исползали, ну нет там больше ничего. — покачал головой заместитель командира отряда. — Их, скорее всего, вывезли.
— Береговой уже поехал все возможные камеры смотреть, — вытирая рот тыльной стороной ладони, сказал Лашников.
— Они там, — откуда-то сбоку появилась Соня.
Она была очень бледной, губы бескровной нитью ломались в горестном изгибе, намокшие волосы прилипли к влажному от дождя лбу, и казалось, что Софья была какой-то другой.
— Откуда информация? — спросил Илья.
— Дайте мне провожатого, — Софья взглянула на Лашникова, — лучше, чтобы это был Игорь. Нам нужно какое-то освещение, и мы пойдём внутрь. Я смогу их вывести оттуда.
— Что за ерунда, барышня? — к Соне подошёл заместитель командира отряда.
— Я прочла карту, — отстранённо сказала Софья и глянула на Игоря. — Конечно, лучше бы я этого не делала.
— Что случилось? — тихо спросил Игорь.
Софья вздохнула, потрепала его по плечу и ответила:
— Есть такие двери, которые открывать нельзя. Но если ты даже просто заглянул туда, то выхода обратно нет. Пошли внутрь, время не ждёт, — она глянула на Лашникова. — Только вперёд пойдём мы с тобой, ребята пусть чуть поодаль идут.
Софья двинулась вперёд, в нос ей ударил гнилостный запах, она на секунду остановилась, сдержав желудочный спазм, но потом пошла дальше. Соня шла, ведомая чужой рукой. Сегодня был, пожалуй, самый сложный день в её жизни. Но когда она узнала, что Малинин пропал, то у неё не осталось сомнений.
Она позвонила Стефани и уже через час встретилась с человеком. И сейчас Софья ничего кроме ужаса, пустоты и какой-то невыявленной злости не испытывала.
— Как ты здесь ориентируешься? — голос Лашникова вывел её из череды неприятных мыслей.
— Игорь, я не хочу вопросов, — резко сказала она. — Сейчас важно спасти Егора и, — она задумалась, — ну командира, я не помню, как его зовут.
Софья резко остановилась, взяла у Лашникова фонарь и стала светить на влажную каменную стену. Вскоре она, словно что-то разглядев среди мелких трещин, остановилась, замерла и стала просовывать руку в небольшой зазор. Соня часто задышала, наморщилась, было видно, что она сильно напугана, но она не останавливалась, и вскоре вся кисть руки погрузилась в полость. Прошло ещё мгновение, послышался щелчок и чуть поодаль вдруг отошёл кусок стены.
— Неожиданно, — удивлённо воскликнул Лашников.
Софья двинулась вперёд, разрезая густую тьму лучом фонаря. За своеобразной дверью был следующий коридор, ничем не отличавшийся от того, который они только что прошли. Тишина, затхлый воздух, сырость, но присутствовал какой-то ещё отвратительный гниющий запах. И вдруг фонарь высветил абсолютно чужеродные предметы для подземелья. Здесь друг за другом были выставлены железные каталки по типу больничных и на них под простынями, смердя зловонием, лежали трупы. Соня остановилась, прижалась спиной к стене, частое дыхание клокотало криком в горле, но она смогла сдержать себя.
— Что это такое? — прошептал Лашников.
— Это, так называемые, отходы, — вдруг сказала Соня.
— Что значит отходы?
— Всё потом, — раздражённо проговорила она. — Нам дальше. Этим мы точно уже не поможем.
Впереди было ещё несколько коридоров, но они, к счастью, были пусты. Соня остановилась в нерешительности, Лашников пригляделся к ней и ему показалось, что та словно принюхивается.
— Софья, в конце концов, что происходит? — зло прошептал Лашников, но Софья вдруг резко кинула руку вбок и закрыла ему рот ладонью.
— Уходим, — прошипела она. — Дальше пути нет.
Как только они выбрались наружу, Софья мгновенно рухнула как подкошенная, и Лашников успел подхватить её только у самой земли. Она была мертвенно-бледной, щеки стали восковыми, и несколько секунд она не дышала.
— Она хоть жива? — проговорил один из бойцов.
— Ну-ка! Чего как бабы раскудахтались?! — вдруг гаркнул заместитель командира, разгоняя любопытствующих. — У вас что, приказа нет? Или работы? Ну-ка быстро по местам! Тела наверх выносить, на позициях закрепляться, в глубину коридоров срочно проводить свет! — громко произнёс мужчина. — Скворцов, — он выудил из толпы снующих людей, одного из бойцов, — там дополнительные силы из Питера прислали, давай их сюда. Здесь много работы для криминалистов. Ну и для судмедов тоже, — с тяжёлым вздохом произнёс мужчина, глядя, как из дверей выносят очередное тело.
Соню тем временем уложили на носилки и отнесли в «скорую», которая уже стояла наготове.
— Что с ней? — спросил Лашников, глядя на фельдшера, быстро осматривающего Соню.
— На первый взгляд, глубокий обморок. Может просто нервное истощение, — нахмурившись сказал врач, рассматривая каракули электрокардиограммы. — Нужно ехать в стационар на полное обследование.
Софье казалось, что ей в самую середину головы воткнули сверло и сейчас реальность ввинчивается внутрь её мозга. Спиралью входили в сознание звуки, глаза стали воспринимать картинку, обоняние — запахи. Она дрожащей рукой зажала рот, перевернулась набок, и тело, содрогаясь, вытолкнуло наружу содержимое желудка. Соня взяла бутылку воды, долго пила, потом почувствовала, что её начинает бить озноб.
— Соня, надо в больницу, — произнёс стоявший рядом Лашников.
— Нет, — она помотала головой и, опираясь о руку мужчины, села на носилках. — Ещё очень много дел. Поехали на пристань, я покажу, где вам входить в воду.
— В какую воду, Соня? — опешил Лашников.
— В ту часть, где сейчас Егор и другой мужчина, есть только один вход, он как раз под водой. Тебе не показалось тогда, что за тобой, кто-то плыл, — тяжело дыша проговорила она. — Кто с тобой сможет поплыть? Одному сто процентов нельзя, а я не умею. Да, наверное, и не смогу сейчас.
Софья почувствовала, как мир складывается в смазанную картинку, уплывает куда-то вдаль и словно растворяется. Она провалилась в глубокую чёрную яму, где разглядела лишь полоску света, два висящих туловища и прибывающую воду.
— Торопитесь, — открыв глаза, пробормотала Соня. — Вода прибывает, и они скоро утонут.
— Бредятина полная, — зло плюнул словами заместитель командира и раздражённо отошёл в сторону.
— Соня, расскажи, пожалуйста, что происходит, — Илья Нерей подсел поближе к девушке. — И давай без шарад. Если ты не скажешь в чём дело, я не смогу убедить остальных следовать твоим инструкциям.
— Илья, вы теряете время, — Софья судорожно вздохнула. — Поехали в яхт-клуб, я по дороге расскажу.
Нерей распорядился, машина тронулась с места, и Соня благодарно покивала. Она приподнялась на локтях и, глянув на Илью, тихо произнесла:
— Я пережила процесс подселения. Это, — она задумалась, — когда ты разрешаешь сознанию другого человека руководить твоим телом. По-моему, это так происходит. Короче, тот, кто подселился ко мне, довольно неплохо знает некоторые проходы под землёй. Но Егора и Севу держат в другом месте и вскоре, когда вода начнёт подниматься, их просто затопит, — Софья всхлипнула. — Их подвесили за руки.
— Как-то это всё очень странно. Но я попробую убедить ребят.
Машина «скорой» свернула на грунтовку и через минуту остановилась на территории яхт-клуба. Ясный день купался в золотистом тепле заново разгорающегося лета, ветер ткал белые гребешки на волнующейся поверхности воды, на берегу проверяли оборудование бойцы спецназа, у кого была подготовка.
Нерей вышел из машины сразу по прибытии, а Софья ещё некоторое время сидела в некотором оцепенении, уставясь в одну точку и не могла себя заставить покинуть автомобиль.
— Я всё-таки считаю это какой-то авантюрой, — слышался с улицы разговор на повышенных тонах.
Соня вздохнула, взяла себя в руки, увидела сквозь щель приоткрытой двери Унге и, вытащив из кармана телефон, позвонила девушке. После всего пережитого Софья могла доверять Унге, потому что именно она помогала Соне пережить процесс подселения, хотя и с трудом поверила, что из этого что-то получится.
— Привет, — тихо проговорила Софья, подойдя к Алас.
— Как ты?
— Плохо. Очень плохо. Это оказалось тяжелее, чем я могла подумать. Особенно тяжело сейчас, когда он или оно оторвалось от меня, — пробормотала Соня. — Я, наверное, больше бы никогда в жизни ничего подобного не хотела испытать, — Софья глянула на берег и махнула Лашникову. — Игорь! — она спешно подошла к Лашникову и проговорила: — Простите, всё это очень странно. Я была уверена, что вход где-то здесь, но сейчас понимаю, что я ошиблась.
— Соня, мы уже все в экипировке. Что вы предлагаете? — разочарованно посмотрел на неё Игорь.
— Подождите минуту, — Соня покачала головой, — я думаю. Место похоже на лодочный сарай, но это точно не здесь. На побережье есть ещё такие стоянки для лодок?
— Полно́, — вяло ответил Лашников. — Недели не хватит, чтобы все обследовать изнутри и снаружи.
— Стойте, — сказала подошедшая Унге, слышавшая часть разговора, — но ведь недавно мы находили лодочный сарай с надписями на стенах. Может, это он и есть? Судя по карте, место не так далеко отсюда.
— Вполне. Как туда добраться? — спросил Соня.
— На лодке быстрее всего, — цыкнул Лашников и медленно побрёл к ждущим его спецназовцам. — Передислокация. Сейчас все грузимся вон в тот ялик, — Игорь показал корытце, качавшееся неподалёку на волнах.
— А чего сразу к месту не поехали? — буркнул один из молодых людей.
— А чё баба эта, колдунья какая? — спросил второй.
— Ага, сейчас заговорит тебя, чтоб хобот по жизни в пол висел, — заржали окружающие его мужчины.
— Разговорчики в строю, — прикрикнул на них старший. — У вас командир в беде, а вы ржёте как кони, — пригасил он разгорающееся веселье.
Вскоре, погрузившись в две лодки, люди выдвинулись на место происшествия, где был обнаружен труп, а в лодочном сарае, располагавшемся неподалёку, Мамыкин несколько часов снимал кровавые следы со стен. Лодки шли одна за другой, разрезая греющуюся в лучах солнца воду.
Соня сидела впереди в головной лодке, она внимательно смотрела на берег и с каждой минутой уверенность в правильности своих поступков исчезала. Софья сейчас чувствовала лишь жгучий стыд и полное бессилие, в её голове было абсолютно пустое пространство и предшествующие несколько часов казались ей просто бредом воспалённого воображения. Вдруг взгляд словно обожгло, она вынырнула из омута жалости и стыда и, глянув на стоящую над водой постройку, с уверенностью сказала:
— Это здесь, внизу под сараем есть что-то наподобие колодца. Не понимаю, — она беспомощно развела руками, — мне кажется они здесь, но не могу понять где.
— Соня, но ты и в подземелье была уверена и сказала, что они чуть ли не через стену. Только это очень далеко отсюда и поверь мне, под землёй туда попасть невозможно.
— Значит, здесь тоже есть какая-то полость, — упрямо повторила она.
— Бабий бунт, — тихо уронил один из сидящих в лодке мужчин и громче добавил: — Я, конечно, извиняюсь, но спасение товарища командира мы походу качественно просрали!
— Звук прикрути и рот закрой, — сказал другой. — Товарищ оперуполномоченный, что делать сейчас?
Лашников оглядел напряжённые лица мужчин, посмотрел на бледное лицо Софьи и кратко сказал:
— Пошли проверим под сараем, — Игорь вставил загубник в рот, развернулся спиной к воде и через секунду упал в прозрачное тело озера.
Он видел, как наверх заструились пузырьки, как золотое солнце отсюда стало казаться бледным и почти синим, и как со всех сторон в воду посыпались снаряды тел. Игорь перевернулся, сориентировался и поплыл по направлению к сараю. А наверху лодки взяли курс к берегу, и через минуту Унге с Соней и Ильёй, уже взбирались по шатающимся ступеням, пытаясь добраться до сарая.
— Он абсолютно пустой был, — сказала Унге, — только стены исчирканы, и всё.
— Унге, я всё понимаю, но вроде как у тебя не должно было остаться недоверия, — буркнула Софья и первая ступила в комнату, где гулял ветер, стены до сих пор пестрели страшными буквами, а солнце даже не пыталось заглянуть сюда.
Тем временем подводные пловцы окружили основу сарая, стоящую под водой и внимательно исследовали дно, подпорки фундамента, поросшую мхом подводную береговую часть. Здесь не было ничего, что могло бы послужить полостью или колодцем. Провозившись здесь довольно долго, Лашников глянул на манометр и, оглядевшись, увидел, что ребята уже стали направляться к поверхности. Игорь подумал, что они только зря потеряли время, а Софья, видимо, окончательно выжила из ума. Хотя, нужно отдать ей должное, в подвалах вела себя крайне уверенно. Вслед за этими мыслями проползла предательская мысль о Варе, о которой он себе запретил не только думать, но даже вспоминать, иначе Игорю казалось, что он просто сойдёт с ума. Вот и сейчас сердце стало колотиться быстрее, воздух почти совсем вышел и наверх пришлось подниматься быстрее положенного, хорошо глубина была небольшая. Игорь вынырнул и поплыл вслед за остальными к привязанным к основанию сарая лодкам. Бойцы уже поднимались по деревянным мосткам, рассаживались на окружавшем сарай помосте, мрачно переговаривались, отирая мокрые лица. Игорь же, выйдя из воды, сразу направился внутрь строения:
— Нет там ничего.
— Я просто чувствую, что это здесь. Они точно здесь, — вполголоса проговорила Софья.
— Софья, ну всё дно мы обшарили. Нет нигде.
— Может, не колодец, может пещера какая-то, — бессильно сказала Соня и опустилась на пол. — Я просто не знаю, что делать. Я все варианты продумала.
— Нужно собираться и ехать обратно. И так много времени потеряли. Хорошо, хоть часть ребят осталась у морга и дальше пытаются пройти.
Соня, не дослушав мужчину, вышла наружу, прошла по мосткам, идущим вокруг всего здания и обрывающимся лишь возле того места, где береговая часть сильно выдавалась вперёд. Софья несколько минут смотрела, как вода плещется под ногами, взбирается по земляной отмели, полируя её и унося частицы песка с собой, потом присела и долго смотрела сквозь щели в мостках, пытаясь угадать направление течения. Она отломила щепку и бросила её вниз. Волны немного повозились с ней, потом оттащили подальше от берега, потом снова подкинули к берегу, и щепка вдруг исчезла. Соня вскочила на ноги, глянула вверх и увидела, что край высокого берега соприкасается с прохудившейся крышей сарая. Ни минуты не сомневаясь, она быстро проскочила между спускающимися к лодкам мужчинам, заскочила внутрь сарая и стала оглядываться в поисках прохода на крышу.
— Софья. Пойдём, — проговорила Унге.
— Нет. Нужно понять, как попасть на крышу.
— Зачем? — нахмурившись, спросила Унге. — Соня, это всё уже не смешно. Ты сейчас какой-то ерундой занимаешься. И я как дура повелась, — слегка брезгливо проговорила она.
— Игорь. Лашников, — Софья перегнулась через проём окна, высматривая оперативника. — Игорь, поверь мне последний раз! — закричала она.
— Софья, — твёрдо сказал Лашников, останавливаясь на лестнице. — Нам нужно ехать обратно. У вас больше нет права нас задерживать.
Лашников и остальные стали спускаться по лестнице, грузиться в лодки и вскоре маленькие судёнышки поплыли прочь. Софья стояла внутри сарая в полном отчаянии, она чувствовала, что Егор совсем близко, но никак не могла понять где. Солнце уже готовилось ко сну, катилось к западной линии горизонта, и скоро должен был начаться вечерний прилив.
— Софья Андреевна, помощь нужна? — за спиной у Сони вдруг послышался мужской голос.
Софья резко развернулась и споткнулась взглядом о стоящего в проёме двери Берегового.
— Юра, откуда вы здесь?
— Услышал, что вы, так сказать, отправились на морскую прогулку и выдвинулся на помощь.
— Я просто не видела вас возле морга, — Соня покачала головой. — Хотя я вообще мало что видела. Мы с Унге почти сразу после вашего сообщения поехали туда, и я пыталась найти Егора, — Соня замолчала. — Но, видимо, я как-то глубоко окунулась в этот странный мир. Наделала глупостей, и мы упустили время.
— Помните, когда это расследование только началось была осень.
— Конечно, помню.
— Так вот, тогда мы шли к берегу искать Юлю, и под землю провалилась Лиза. Мы тоже думали, что надежды нет. Но Данила не сдавался и вскоре Лизе удалось подать нам знак, — Береговой вошёл внутрь. — Если Егор Николаевич и Сева до сих пор не объявились, значит, они в большой беде, и наша с вами задача максимально подробно проработать версии. Все! Даже самые безумные! — Береговой подошёл к Соне. — Когда мы спасали Настю, то Малинин безоговорочно поверил всему, что я говорил, и мы оказались на верном пути. Соня, прислушайтесь сейчас к себе, — Юра взял её за плечи, — что вы чувствуйте?
— Они совсем рядом. Только я не понимаю где. Здесь всё облазали водолазы, и мы сверху всё обошли, — Соня замолчала. — Остался последний шанс, — она показала на крышу сарая. — Видите, к одной из стен примыкает кусок скальной породы, торчащей с береговой насыпи. Я бросала деревяшки вниз и мне кажется, что там есть полость, пещера, что ли. Мне кажется, что нужно лезть на крышу. Я не знаю, как это сделать. Потому что с другой стороны к этому выступу, по-моему, вообще не подобраться.
Береговой огляделся, потрогал шершавые доски стен и, вздохнув, уцепился за один из выступов в стене.
— Софья Андреевна, поверьте, в Никольске живут самые бравые парни, и я не знаю ни одной вершины, которая бы нам не покорилась.
— Юра, там очень высоко, пожалуйста, осторожнее. И балки, по-моему, совсем хлипкие.
— Вы бы лучше вышли из здания, — сказал Береговой. — А то вдруг этот карточный домик просто рухнет.
Соня выбежала на мостки и слышала только тихие матерные слова и пыхтение Юры. Вскоре бравый оперативник показался на коньке крыши, он ловко подобрался к балке, ведущей прямо к гранитной верхушке и вдруг остановился.
— Юра, что там?
Соня стояла на мостках и с ужасом видела, как поднимается вода и если здесь она плескалась почти под ногами, то полость в земле затопила однозначно.
— Деревяха совсем гнилая, — озадаченно откликнулся Юра, осторожно садясь на палку.
Юра постучал по толстому бревну и его скрип молодому человеку совсем не понравился.
— Эх, только бы вы были правы, — прошептал он, потом быстро вскочил на ноги и в три прыжка достиг крохотного пяточка верхушки гранитного обломка. Балансируя на краю, Юра глянул вниз и увидел, что отсюда действительно видно полость, вертикально уходящую вниз, а почти у самой воды, прикреплённые верёвками за руки, висели Малинин и Сева. Вода стремительно поднималась, и с минуты на минуту мужчины могли захлебнуться.
— Здесь они! — гаркнул он во всю ширь лёгких. — Звоните нашим, я спускаюсь. Обратно без помощи фиг выберемся, — Береговой оглянулся, потом махнул рукой и сиганул солдатиком вниз.
Пролетев несколько метров, Юра ушёл под воду, потом быстро вынырнул, почти у самого лица Малинина, который из последних сил тянул губы трубочкой и пытался глотнуть воздух.
— Привет, Егор Николаевич. Хреновое вы место выбрали для купания, — Юра выбросил руку с ножом вверх и стал елозить острым лезвием, разрезая узлы, стягивающие запястья Малинина.
Нож сначала просто царапал толстый мокрый жгут, Юра срывался, уходил под воду, но в какой-то момент он удачно нащупал ногой выступ на стене и смог вдавить острие поглубже. Верёвка спала, Малинин ушёл в глубину, но через секунду уже появился на поверхности и бросился на подмогу Юре, который спасал безвольно висящее тело Севы, уже наглотавшегося воды. Вдвоём они быстро перерезали верёвки, Береговой попытался положить командира спецназовцев на спину, подпирая руками и коленом, но сделать искусственное дыхание в таких условиях было просто невозможно. Юра пытался качать ему лёгкие, прижимая к стене, но всё было тщетно.
— Егор Николаевич, что делать-то? — Береговой бессильно стукнул рукой по воде.
— Не знаю, Юра! — отплёвываясь проговорил Малинин. — Он за несколько минут до того, как ты прыгнул, потерял сознание. Я его звал, пока мог, всё бесполезно. Нас шокером вырубили, очнулись уже здесь.
Сверху посыпались крошки земли, Береговой резко задрал голову, пытаясь понять, что происходит.
— Там Софья одна, — тихо сказал он. — Я очень надеюсь, что это Лашников вернулся.
Вслед за этими словами над краем появилась голова одного из бойцов, он быстро сбросил вниз буксировочный подъёмник, потом перемахнул через край и стал скачкообразными движениями спускаться к людям в воде.
— Первым командира вытаскивай! — гаркнул Малинин, пытаясь закрепить трос на теле Севы. — Тяните, мужики, может, успеете откачать.
Егор провожал глазами безвольно висящее тело командира спецназа, потом настала его очередь, и он, чувствуя давление ремней, вскоре очутился наверху. Вокруг была куча народу, все бегали, суетились, спешно реанимировали Севу, Малинина потащили к патрульному катеру, потому что сведённые судорогой ноги совсем отказывались слушаться. Егор на секунду прикрыл глаза, потом огляделся и, поймав взгляд отрешённо стоявшей чуть поодаль Софьи, слабо улыбнулся и одними губами прошептал:
— Спасибо.
