Глава 37

Сборная России по панк-року

Зимой 2002 года уже стало понятно, что первый состав «Ex-Сектора Газа» в терминальной стадии и скоро Кущ останется один. В самый неподходящий момент, когда проект только начал давать первые, не сказать, что чахлые, ростки. Впереди маячила презентация альбома «Пофигизм и здравый смысл». Это важный момент, тем более что презентация «Радиоактивной улыбки» вышла смазанной: кукольная, будто с нарисованной маской «той Фатеевой» Фатеева, скованный и обременённый непонятным чувством вины Кущ, суетящийся по поводу и без повода Ким. С учётом того, что чуть ли не одновременно с образованием «Ex-Сектора Газа» Ким и Фатеева подписались на участие в панк-опере «Красной плесени» «Красная шапочка», релиз которой состоялся даже раньше «Радиоактивной улыбки», при этом на обложке стоял тизер с восклицательным знаком: «При участии “Ex-Сектор Газа”! Татьяна Фатеева и Сергей Ким», корабль «Ex-Сектор Газа» уже был с пробоиной.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Что касается «Красной плесени», то история такая. Юрка сам говорил, что они к нему сами подходили с вопросом: «Можно мы будем играть в том же стиле, что “Сектор Газа”?» Юрка сказал, что не против. Но я никак не отношусь к «Красной плесени», потому что мне там вообще ничего не вставляет.

Отношение самого Хоя к «Красной плесени» было двойственным. В интервью от 2 октября 1999 года в передаче «Чёртова дюжина» он сказал: «Ну, я не знаю, пусть они что-нибудь своё найдут». Встречались и более лояльные, и более жёсткие оценки, всё зависело от настроения, но говорить на тот момент о каком-либо родстве «КП» и «СГ» не приходилось. Сейчас времена изменились, и «КП» периодически выступает на вечерах памяти Юрия Хоя.

Возвращаясь к «Ex-Сектору Газа». Думаю, взаимного доверия в коллективе не было изначально, и кратковременный союз продержался почти два года лишь из-за чувства одиночества, которое, несомненно, накрыло ребят, каждый из которых тяжело перенёс уход Юрия Клинских из жизни. Не способствовал спайке коллектива и марионеточный характер «Ex-Сектора Газа» первого созыва. Когда же Кущ обнажит клыки, покажет норов, сотрудничество с ним сразу спустят на тормозах. Это моя гипотеза.

Тем не менее запись «Пофигизма» состоялась, группа начала набирать аудиторию, и глупо было бы всё похерить. С этой точки, которая хронологически приходится на весну 2002 года, и начинается история второго состава «Ex-Сектора Газа». Двадцатого июня в своём официальном заявлении, размещённом сейчас на sektorgaza.net, Кущ среди прочего скажет:

В Подольске на концерте я объявил всем, что я один из «Сектора Газа» и со мной играют ребята: бас-гитара – Алексей Леонов (Тверь), соло-гитара – Алексей Карпов (Москва), барабаны – Макс Бесфамильный (Тамбов) и Игорь Кущев (Воронеж). Получается сборная России.

Я позволю себе дополнить: сборная России по панк-року. И здесь начинается второй период «Ex-Сектора Газа», который можно назвать успешным и который длился шесть лет: с 2002 по 2008 год. Здесь и запись самого лучшего альбома Куща, и гастроли по Германии, и вливание в клубную культуру нулевых, и, наконец, сотрудничество с Голливудом. Но обо всём по порядку.

Итак, шёл 2002 год. На горизонте появился Семён Тетиевский, бас-гитарист первого состава «Сектора Газа». Оказалось, что после долгого перерыва он возобновил занятия музыкой, влился в московскую околоджазовую тусовку, возобновил общение с Игорем Кущевым.

Возможно, Семёном двигала жажда реванша вперемешку с ностальгией, это опять же моё предположение, сам он наотрез отказывается что-либо обсуждать. Но Кущ преследовал другие цели, более творческие, но тоже окрашенные в ностальгические тона. И в этом зародыш их скорого разрыва.

Тем временем всё шло своим чередом, ничто не предвещало каких-либо усобиц. Кущ встретился с Семёном, и, вероятно, в пьянящем чаду застолья с новой силой загорелась искра возрождения. Фактически Тетиевский собрал новый состав «Ex-Сектора Газа». Что касается Александра Кривохаты, то он выпал из группы по логистическим причинам. Новый состав делал упор на гастроли.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Кривохата же жил в Воронеже, а группа стала московской. Репетировали мы в Москве, выступали тоже там, и ему было не особо удобно мотаться туда-сюда.

АЛЕКСЕЙ ЛИСЕНКО

Ну, это какой-то отмаз. Саша тогда [когда с ним не продолжили сотрудничество] был в некой растерянности. Знаешь, пацану 18 лет, он понимает, что, в принципе, неплохо играет. Играет, играет, играет с кем только можно. В Воронеже тогда было два классных молодых ударника: Сашка Кривохата и Женёк. Женёк больше по джазу, Сашка – именно чтоб четыре четверти врубить, но так, что мало не покажется. И тут Бутрин порекомендовал Кривохату Кущу. Он: «Ни хрена себе». И вот он разбирает на ходу партии, демки, которые записаны ещё с Бутриным. Кущ ему дал их послушать. Саша их подобрал, всё снял. Ехал ночью в поезде в Москву, барабанил палочками по коленке. Очень хорошо сыграл. Первый альбом, второй. Ну вот, сейчас начнётся настоящая работа, концерты. И через год я, немного в шутку: «Ну как там “Сектор Газа”?» Он немного замялся, поднапрягся: «О, блять, ты нашёл, чем, сука, подъебать». Я говорю: «Извини, не хотел, а что случилось?» Ну и стало понятно, что Кущ его не пригласил в концертный состав. И вроде денег должен, не сильно много, но обещал отдать. Понимаешь, Кущ не ценит людей, не ценит отношения, не понимает в этом ценности. Зная Сашку, не вижу проблем в том, чтобы Сашка приезжал: неделю в Москве, неделю в Воронеже. Я помню, как учились ударники. Никуда не ходят, какой-то хернёй занимаются, потом раз – за час до ансамбля в туалете собрались, ноты разобрали и отлично сыграли.

Сначала в сборную России по панк-року с подачи Тетиевского влился джазовый бас-гитарист Алексей Леонов, музыкант от бога. Как сказал мне он сам, в бандитские 90-е музыка не дала ему сползти на кривую дорожку. Регулярные занятия в джазовом колледже, равнение на джазовых бас-гитаристов Маркуса Миллера и Джона Патитуччи, постоянные гаммы и заучивание новых произведений дисциплинировали и духовно обогащали. На прочее просто времени не было. Тогда же сформировались вкусы Алексея Леонова:

Я в джазовом колледже много проучился. Музыке лет 20 посвятил. Ну, больше, как любой бас-гитарист, люблю фанк, чтобы баса побольше. Ну вот RHCP, этим всё сказано.

В очередной приезд в Москву Кущ решал какие-то вопросы с Gala, а после ему нужно было где-то остановиться. Так Семён Тетиевский свёл Куща с Леоновым.

АЛЕКСЕЙ ЛЕОНОВ

Самое прикольное, что было с Кущевым, – это сколько он у меня жил, столько я и не спал, потому что спать, когда он рядом, блять, невозможно. Вот он что-нибудь начинает говорить – и ты хохочешь. Все ночи напролёт я просто хохотал. Я уже не мог, я уже говорю: «Дай поспать». Вот он что-нибудь скажет, и всё – ну вот юморной, просто чума. Так что это первое моё знакомство было: он приехал, заночевал у меня пару ночей. А познакомились мы через Семёна. Это старый бас-гитарист. В общем-то, с него всё и началось. А где я с Семёном познакомился, я уже и не помню. Может, в музыкальном магазине. Короче, не помню. Вот так у нас с Кущом и пошло. Репетиции, то-сё. Долго всё раскачивалось на самом деле, но в какой-то результат всё-таки выросло.

В прошлой главе вскользь говорилось о том, что Кущ подыскивал второго гитариста. Игорю хотелось уплотнить звучание группы. И здесь полностью московская история. Погрузившись в недра московского андеграунда, Кущ познакомился с гитаристом «Ва-Банка» и лидером группы «Егор и Бомбометатели» Егором Никоновым.

Но обо всём по порядку. С марта по май 2002 года группа репетировала в новом составе. Кущ жил на два города: основное время – в Воронеже. К тому моменту он переехал с улицы Мира в Северный район, на улицу 60-й Армии.

Сначала «Эксы» репетировали с Алексеем Леоновым и Егором Никоновым. В это же время к группе ненадолго присоединился Михаил Козодаев из поп-панк-группы «Фантазия». Сейчас Майк барабанит в «Ленинграде».

ИГОРЬ КУЩЕВ

Тогда с нами ещё играл барабанщик из «Фантазии», Майк Козодаев. Клёвый музыкант. Сам подошёл и сказал: «Если нет барабанщика, давай я поиграю».

МИХАИЛ «МАЙК» КОЗОДАЕВ

А с Кущом мы познакомились таким вот образом. Была такая группа «Егор и Бомбометатели». Это Егор Никонов из «Ва-Банка». Я играл с Егором, и в какой-то момент – я к началу 2000-х только в Москву приехал – бас-гитарист Дима Оленин говорит: «Мишань, там Игорь Кущ в Москву приехал, коллектив набирает. Не хочешь поиграть?» Я говорю: «Да, хочу поиграть, почему бы и нет?» Я помню, когда сам ещё в Тамбове жил, я группе «Сектор Газа» ставил барабаны на концерте. Они играли на стадионе в Тамбове (1998 год), а я свои барабаны привозил, ставил. Не могу сказать, что я большой фанат «Сектора Газа» с детства был, но в целом знал музыку. И вот так вписали поиграть с Игорем. Так что вот так я познакомился. Ребята из группы «Егор и Бомбометатели» туда вписали.

Егор Никонов продержался в группе недолго, и вскоре его сменил Алексей Карпов. Алексей родился в 1971 году, в 17 лет основал первую группу – Rangers, игравшую в стиле трэш-метал. В 1989-м впервые услышал «Сектор Газа» и таким образом заочно познакомился с гитарой Кущева.

АЛЕКСЕЙ КАРПОВ

Году в 1989-м кто-то кассету «Сектора Газа» мне поставил. Я не помню, какой у них альбом, то ли сборник был, но такие песни я помню: «Спор на ящик водки, что на кладбище всю ночь». Прикольные текста́, смешные. И симбиоз такой: гитарист риффы крутые наруливает, соло играет. Меня это очень заинтересовало. Я даже своим ребятам из Rangers ещё сказал: «Во, смотрите, в каком стиле надо играть. Гитара просто металлическая, а текста́ такие стёбные, несмотря на мат, не похабно звучат». Хотя мы старались негромко включать, всё-таки родители не понимали. И я подумал тогда: «Гитарист клёвый». И всё, и потом я некоторое время не следил за творчеством группы «Сектор Газа». И потом мне поставили тоже какой-то их альбом. Я говорю: «Да, манера, всё то же, но гитарист чё-то другой уже. То ли его как-то причесали, прилизали». Раньше, когда кассеты мне приносили, не знаю, как альбом называется, говорю, там была дурь, как надо. А здесь уже дури нету, а лишь бы только всё это продавалось. А потом, когда мы познакомились с Игорем, он мне рассказал: «Это уже не я, там кто-то другой».

Эти наблюдения совпадают с мнением фаната под ником RetroSerj, которое я встретил на YouTube под альбомом «Радиоактивная улыбка»:

Игорь молодец, отличный гитарист, именно альбомы «Сектора» с его участием и выделяю для себя, оч[ень] нравится гитара там, после него ну пошли соляки невзрачные и простенькие, да и музыка хуже стала у «Сектора», могу после 1991 года ток выделить альбом «Восставшие из ада». А альбом «Зловещие мертвецы» мой любимый, просто офигенный.

Вернёмся ко второму составу «Ex-Сектора Газа». В 1992-м Карпов влился в «Железный поток», на тот момент один из флагманов трэш-металлической сцены, с 1990 года они входили в состав «Корпорации тяжёлого рока» Сергея «Паука» Троицкого. В 1993 году «Железный поток» подписал контракт с Moroz Records и записал пластинку «Бесконечная боль». На 1993–1995 годы приходятся большие гастроли, как и у «Сектора Газа». Группа играла на одной сцене с коллективами «Мафия», Crownear, «Д.И.В.», Hellraiser, «Коррозия металла», разогревала Kreator на фестивале «Железный Марш VII» в 1993 году. В 1995 году вышел альбом «Зовущая вечность». В 1996 году группа распалась. В 2001 году умерла Лидия Куликова – «Металлическая мама», бессменный продюсер «Железного потока». А в конце 2002 года трагически погиб её сын Дмитрий Куликов – вокалист и основатель группы. Возрождение группы состоится только в 2015 году. Соответственно в 2002 году Алексей Карпов находился в свободном полёте, когда на горизонте образовался «Ex-Сектор Газа».

АЛЕКСЕЙ КАРПОВ

Познакомил нас с Кущом Семён Тетиевский. А Леонов Лёха познакомился с Семёном, как уж они познакомились – не знаю. И Семён Лёхе Леонову говорит: «Слушай, тут человеку надо перекантоваться где-нибудь, из Воронежа приехал». Да нет проблем. И потом Лёха мне говорит, что это гитарист «Сектора Газа», Игорь Кущев. Сейчас решает какие-то вопросы на Gala Records, прикольный мужик. А Лёха вообще сам по себе бас-гитарист очень хороший, он Куща послушал, стали вместе играть. Он постоянно занимался, у него в голове Джон Патитуччи, всякие джаз-роковые басисты. Вот, значит, и он с ним общался, общался, даже меня просил с ним поиграть. Я говорю: «Слушай, ну это круто. “Сектор Газа”. Просто к любому подойди на улице, спроси, каждый скажет, что знает эту группу».

А почему не пришёлся ко двору Егор Никонов? Об этом расскажет Алексей Карпов.

АЛЕКСЕЙ КАРПОВ

У него были проблемы с алкоголем. Потом ко мне Семён пришёл на работу. Я работал в музыкальном магазине, а он любил приходить, на гитарах поиграть. И он говорит: «Слушай, мы вчера пришли на репетицию, а Егор пьяный. Проигрыши, я даже не могу их соло назвать. Что-то пикает». Я говорю: «Ну, я Егора видел, он никогда виртуозом-то и не был. А если ещё пьяный, то вообще». Семён и говорит: «Давай я завтра Кущева приведу, вы познакомитесь». Мы познакомились, быстро сдружились, буквально за один день. В течение месяцев двух-трёх Кущ приезжал наездами в Москву. Я тоже начал эти песни учить. И он приезжал прямо ко мне на работу, после работы оставались, подключали комбики. Говорю: «Игорь, бери любую гитару». Ритм-бокс какой-нибудь ставили. И он мне просто песни показывал. Ну как, что, где, как играть. Вот песен 10 или 15 выучить надо было для презентации. Игорь говорил, что песни в основном старые будут плюс немного новых. Игорь заезжал ко мне на работу, домой в гости. Мы сдружились и по характеру, и по гитарам. Даже вот иногда сейчас, если позвонит он мне между делом, так часа два про гитары проговорим.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Когда Карпов заиграл на репетиции, я такой: «Ни хуя себе». Лёха гитарист от бога, даже покруче, чем я. По технике. Мелкая техника. Это был суперсостав. Мелкая техника лучше, я его просто догнать не могу. Он характер песни чётко передаёт через музыку.

В апреле 2002 года в клубе «Б–2» состоялась презентация альбома «Пофигизм и здравый смысл». По рассказам тех, кто там был, сначала на сцену вышел «восставший из небытия Ухват» (цитата из одного материала тех лет). Собственно, Ухват объявил, что название «Сектор Газа» придумал он и подарил его себе, Хою, Крюку и Кущеву (и Тетиевскому). Кроме того, весной 2002 года ребята сыграли один концерт в «Р-Клубе».

С этого момента у Игоря Кущева появилась информационная поддержка в лице Николая Мещерякова – того самого, которые в 1990 году подогнал примочки для записи альбомов «Ядрёна вошь» и «Зловещие мертвецы».

НИКОЛАЙ МЕЩЕРЯКОВ

Кстати, первый интернет-ресурс, когда весь срач был против Игоря, – я вёл. И формат интервью мы придумали с ним.

Чуть ниже я приведу отрывок из одного такого интервью, где хорошо описано то время. А пока нужно понять контекст, в котором проходило возвращение Игоря Кущева на сцену. После смерти Хоя многое изменилось. В частности, стали появляться коммерческие и андеграундные рок-клубы. В 90-х они тоже возникали, но эпизодически и были скорее диковинкой для обывателя, нежели чем-то устоявшимся. К примеру, в Воронеже был клуб Feedback, альма-матер местной постпанк-тусовки, в Питере – Tamtam, заповедник самого диковинного андеграунда, в Москве – клуб Sexton FOZD («Фонд загубленного детства»), логово байкеров, панков, металлистов. Кстати, в клубе Sexton знакомые Куща по Дагестанской филармонии – «Тайм-аут» – стали лауреатами местной церемонии наград в 1993 году. «Сектор Газа» не вписался, да и не горел желанием это делать, ни в один из этих клубов. В нулевых же в Москве, Питере, да и Воронеже существовало несколько клубов, способных стать трамплином для молодых команд. Выделю уже упомянутый «Б–2», «Эстакаду», «Р-Клуб», «Точку», СДК МАИ, «Авалон», «Апельсин». По поводу клубной жизни нулевых и её отличия от концертной жизни 90-х я спросил у основателя «Ордена куртуазных маньеристов» и лидера группы «Бахыт-Компот» Вадима Степанцова.

ВАДИМ СТЕПАНЦОВ

«Б–2» уже было совсем приличное заведение, мелкобуржуйское. Ну, наверно, какие-то различия были, но особенно разительно публика отличалась в Питере. Вот если в Питер в начале 90-х приезжали, публика какая-то была очень заторможенная и скованная. А может быть, другим словом надо обозначить – да? – внимательная. Ну то есть приезжает панк-группа «Бахыт-Компот», и все сидят, сжавши ручки кресел, и только в конце концерта какие-то аплодисменты. Странно это было, но потом в Питере это как-то прошло через пару лет. А в Москве-то публика всегда была отвязной, чему способствовали и «Отрыжка» (первое московское рок-кафе «Отрадное» на Алтуфьевском шоссе. – Прим. авт.), и старый «Сектор». Как-то так. Те, кто хотел употреблять этот околокультурный продукт, сразу въехали, как и чего употреблять. А различия: ну, рок-н-ролльный народ стал жить побогаче и поэтому стал покупать не дешманское пиво с водкой и бутербродами, заказывать более приличные напитки. Ну и уже [появились] VIP-ложи и прочие балконы, где можно было захомячить стейк или суши. Ну вот и все различия, в принципе.

В «Б–2», «Эстакаде», «Р-Клубе» «Ex-Сектор Газа» выступит, и не раз. Что ещё важно знать о контексте того времени? Если сегодня клубные концерты представляют собой довольно мирные мероприятия, то в нулевых и для музыкантов и для слушателей это порой превращалось в игру на выживание. Битвы гопников с неформалами 90-х сменились противостоянием скинхедов и панков, скинхедов и рэперов. Впрочем, и набеги «дворовой орды» никуда не делись. В этом плане песня Игоря Кущева «Скинхеды» из альбома «Ночной призрак» симптоматична: «Скинхеды, скинхеды, остались только кеды». Впрочем, возможно, олдовые музыканты в силу возраста реже попадали под раздачу, чем молодняк. В 2017 году Afisha.Daily выкатила любопытный материал, в котором бывший тусовщик Арсен Ардалян так описывал годы молодые:

Мы ходили на концерты в «Релакс», «Эстакаду» и «Точку», но они были далеко от центра. В «Эстакаде» на Рязанском проводили странные фестивали, и по пути ты всегда мог огрести от местных гопников. В «Точку» приезжали большие звёзды панка и хардкора. Ещё был такой «Р-Клуб» на «Тульской»: около него меня полоснули розочкой, друзей отпинали, басисту сломали гитару.

Но, судя по интервью Куща Мещерякову, на концертах «Ex-Сектора Газа» беспредела не творилось.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Были концерты. Тридцать первого августа был концерт в кинотеатре «Рубин». Отсняли видео. Девятнадцатого октября был концерт в «Рубине» с группами «Тараканы», ещё какие-то группы были. «Тараканы» мне понравились – музон хороший, но есть некоторые «но», но они сами разберутся. А вообще молодцы. «Егор и Бомбометатели» был, бомбы метал. [Наш] концерт прошёл нормально, кидали носки на сцену, когда пели «Носки вонючие». Я их назад бросал. В общем, перебрасывались. Потом меня схватили за ногу, я крикнул: «Отпустите ногу!» – и улетел в барабаны. И так, лёжа, продолжал солировать, потом всё-таки поднялся и народ закричал: «Ура!» Концерт прошёл нормально, и с ментами, и драк никаких. Нормально пацаны проколбасились. Прозвучал гимн Нижегородского района Юго-Востока Москвы. Последние события – взятие заложников, мы были как раз в Москве. Я в девять часов проезжал это место, и потом сообщают, что взяли заложников. В общем, события ужасные, крыша поехала.

Концерт в «Р-Клубе» в июле, 25-го числа. Нормально прошёл, там, в общем, девок трахали за сценой (смеётся). Но дело не в этом. Единственный [косяк] – неожиданно наступил на свой шнур, когда заканчивал песню «Манюня», и гнездо отлетело от гитары. И пока мне его ремонтировали, заново прикручивали, два Лёшки сыграли: Лёшка-басист и Лёшка-гитарист. Они оттопыривались, какую-то свою лабуду играли, но в общем народу понравилось. Заполняли пробел. Потом я, правда, выскочил, и песня «Пора домой» прозвучала. К нам после концерта подошли ребята из «Чёрного кофе», ещё кто-то, предлагали совместное интервью дать. Но на передачу мы не попали. Хотели пригласить нас, чтобы я рассказал о «Секторе Газа», о том, что щас происходит, почему мы «Ex-Сектор Газа».

Можно сказать, «Ex-Сектор» без скидки на возраст участников попал в обойму «молодых и перспективных». Приведу хронику концертов того периода. Весной–летом «Ex-Сектор Газа» дал три бесплатных концерта в Москве, около кинотеатра «Рубин» в районе «Нижегородская». Первого мая и 12 июля – в рамках фестиваля «Молодёжь против наркотиков». Один из этих концертов снимало местное телевидение «ТВ Телеинформ».

Все концерты проходили на открытых площадках. На фестивале «Молодёжь против наркотиков», где задник сцены украшал портрет Юрия Хоя, «Ex-Сектор Газа» выступили хедлайнерами. Кроме того, там выступили «Егор и Бомбометатели», поп-панкеры «Пляж», родственные «Сектору» «Бахыт-Компот» и «Монгол Шуудан». Ударник «Монгол Шуудана» Владимир Дягилев выразил респект:

С «Сектором Газа» мы очень много ездили-путешествовали. Ну, они нам не чужие люди.

Участие в фестивале «Молодёжь против наркотиков» примечательно ещё и тем, что Кущ дал блиц-интервью. Пришлось отдуваться за себя, за «Сектор» и вообще музыкантскую братию.

Корр. Как думаете, за что вас больше ценят: за тексты или за музыку?

Кущ. Вы знаете, просто стоять читать стихи – это одно. Я думаю, нас любят и за тексты, и за кураж секторовский такой безбашенный, в котором мы стараемся донести такую мощную, плотную энергию. Если бы «Сектор» был бы такая слюнявая группа, вряд ли бы кто-нибудь откликнулся. Я считаю, что сильная очень команда была, очень драйвовая. И я бы хотел, чтобы она такой и осталась.

Корр. Мнение обывателя обычно бывает таким, что рок-музыканты обычно просто само собой употребляют наркотики, спиртное.

Кущ. Ну я вам скажу честно: всё это – тупой блеф. Почему? Потому что выдержать рок-концерт на полном угаре – это нереально, понимаете? И если публика увидит фальшь, что ты наркоман, сразу заметит, и потеряешь в глазах её авторитет. Я исхожу из того, что те музыканты, которые колются, – это ненадолго, потому что творчество быстро прекратится у этих людей. И они начнут писать бред со временем, и на этом всё, в общем-то, закончится.

На концерте группа начала с фирменного секторо-квиновского «Вступления», претерпевшего некоторые изменения: «Представлю нашу группу: Лёха мочит бас, на барабанах – Макс, всё введёт в экстаз, а Лёха – на соло, он очень могуч, на микрофоне – я, то есть Игорь Кущ». Несмотря на дрянное качество видео, кочующего по Сети, видно, как утяжелилось звучание группы. В соответствии с альбомной драматургией «Колхозного панка» 1991 года, следом сыграли одноимённую песню, плавно, а точнее, стремительно сменившуюся боевиком времён Фабрички «Носки». На этом видео обрывается, и доподлинно неизвестно, играли ли «Эксы» ещё что-нибудь. Видно, что молодёжь, а старше 30 я никого на танцполе не обнаружил, не просто приняла Куща, но и горячо приветствовала его начинания, точнее, преемственность. Забавно, что 2002 год в историографии пост-«Сектора» традиционно обозначают как пик травли Кущева. А по сути, то, что называют травлей, ограничивалось кибербуллингом и телефонными пранками. Конечно, виртуальная волна негатива задевала и Игоря, но, по сути, это профессиональные травмы любого публичного человека. По сегодняшним меркам это цветочки.

Лидер лихой хард-панк-группы «Красный пожарник», участник многих концертов памяти Юрия Клинских, народного трибьюта «Сектора Газа», а также занимательного батла между рэперами и рокерами, показанного на одном из центральных телеканалов, Владимир Золотов в этом вопросе расставил все точки над i. И я счастлив, что избитая тема хейта не станет ключевой во второй части этой книги. И без этого много есть о чём рассказать.

ВЛАДИМИР ЗОЛОТОВ

Я скажу так: по факту никакого хейта не было! Все концерты Куща проходили при полных залах, все прекрасно его принимали и слушали. Конечно, всегда кто-то будет чем-то недоволен. Но в то время многие хотели быть продолжателями «Сектора», а работать на Gala стали именно с Кущом. Вот оттуда всё это раскачивание хейта и разных небылиц про Куща. Моё мнение: ему не нужно было обращать на это все внимание. Но Игорёк очень творческий человек в хорошем смысле этого слова, он на все эти выпады начинал реагировать. А нужно просто было продолжать работать и никого не слушать, ну а потом постепенно уже отходить от названия «Ex-Сектор Газа».

Владимир, кстати, тоже успел поиграть с Кущом, но об этом я расскажу чуть позже. Тридцать первого августа 2002 года «Ex-Сектор Газа» отыграл в честь Дня города.

ИГОРЬ КУЩЕВ

На Нижегородке мы выступали, на востоке Москвы, там играли очень даже ничего. И даже глава местной управы Николай Водянов выходил с нами на сцену, говорил, что любил и любит «Сектор» и мои песни. С ума сойти можно, как влюблён. Это необъяснимо. Вот как любовь. Если она есть, то она есть. Полюбил все эти песни, интонации. Ко мне потом Николай Водянов подошёл: «Вот берём эту бутылку (а бутылка была в форме сабли), едем щас с тобой поздравлять главного инспектора ГАИ города Москвы». Я говорю: «Я, блять, не доеду. Там выпил, сям выпил, ты труп довезёшь». Не поехал с ним. Поехал к Серёге, троюродному брату Юрки Хоя, он обозначился, сам подошёл: «Я Юркин троюродный брат, пойдём, покажу, где живу». Мы встретились. Он говорит: «Приходи ко мне домой, познакомлю тебя с женой Людкой». И я у него перекантовался. Он мне сказал тогда: «Если тебе будет трудно, я тебя всегда жду». Очень хороший человек.

Примерно в это же время Кущ написал и записал гимн ЛДПР и гимн Нижегородского района Москвы.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Николай Водянов попросил написать версию гимна Нижегородского района. Я написал. А в определённый момент возникла идея написать гимн ЛДПР. Юрка [Хой] нормально относился к Жириновскому. Я свою высказываю точку зрения по поводу Жириновского. Не то что я фанат. Мне нравится Жириновский. Это моя чистая точка зрения. Мне нравится. Кому-то он просто противен. Так же, как и «Сектор Газа». Кому-то нравится, кто-то его ненавидит. Мне нравится Жириновский. Но просить меня никто не просил. Просто мы тут сидели и прикололись. В общем, я гимн написал, для народа.

Оба гимна лишены присущего данной форме пафоса и представляют собой добрый стёб. Впоследствии вошли в неизданный альбом «Ночной призрак».

ИГОРЬ КУЩЕВ

Гимн Жириновскому я по желанию писал, это у меня самого созрела мысль Жириновскому песню посвятить. И гимн этот нижегородский тоже был от души написан. Меня попросил Водянов Николай что-нибудь написать про этот район. Это была даже не совсем просьба, а в ключе: получится – напиши, не получится – бог с ним. Я подумал, что район хороший. Тем более что там, у кинотеатра «Рубин», мы несколько раз выступали. И фотографий полно.

У Хоя с Жириновским и ЛДПР тоже были нормальные отношения. Он выступал на одном их корпоративе, получил от Жирика грамоту «За вклад в русскую культуру» и носил в кармане членский билет, благодаря чему был вхож в Думу. Хотя политической подоплёки во всём этом не было никакой.

По воспоминаниям очевидцев тех событий, на концерты, в которых «Ex-Сектор Газа» были хэдлайнерами, собирался народ со всей Москвы. Приезжали на «Сектор Газа», требовали песен Юрия Хоя и получали их от Кущева. Из толпы уже орали не только «Юра Хой жив!», но и «Давай, Игорь!». Можно сказать, к концу 2002 года народ вошёл в стадию принятия. Юрия Хоя не воскресить, старый «Сектор» не вернуть, но есть Кущ, а раз он всё-таки имеет отношение к истории группы, то имеет право петь эти песни. Как написано в статье «Летопись группы “Сектор Газа” и вокруг неё», «звёздный час Кущева, по-видимому, настал». «Летопись группы “Сектор Газа”» размещена на сайте sgpk.narod.ru, автор не указан.

Семён Тетиевский, правда, собрав команду, покинул корабль. В компиляции из высказываний музыканта на форумах, собранных на sektorgaza.net под заголовком «Насчёт “Сектора Газа”», можно узнать много интересного. Что он хотел возродить «Сектор Газа», что вышел на продюсера Сергея Чистопрудова, известного по фестивалю «Монстры рока» в Тушино 1991 года, где выступали AC/DC, Metallica и другие группы. Кроме того, Семён обвинял Куща в том, что тот тянет одеяло на себя и не хочет выступать под названием «Сектор Газа» (sic!). Попутно идут сожаления, что Хой продал бренд «гальцам», хотя «он не имел права этого делать без нашего согласия» (цитата!).

По словам Семёна, Кущ всегда видел себя сольным артистом и говорил, что его достал «Сектор Газа» и он хочет выступать как Игорь Кущ. Это уже снимает с Куща обвинение в стремлении слямзить бренд, а что касается тщеславия и амбиций – было бы странно, если бы у человека, стремящегося в шоу-бизнес, их не было. Как бы то ни было, Семён за что-то смертельно обиделся на Куща, чего стоит «Игорю Кущеву лично я уже давно не верю». Датируется это всё октябрём-ноябрём 2007 года. Последний раз Кущ и Тетиевский выходили на сцену в 2005 году, когда был сольник «Ex-Сектора Газа», в котором ни Карпов, ни Леонов почему-то не участвовали. Зато пришёл пьяный Якушев, и, по словам Тетиевского, «от былого Санька осталась только тень».

АЛЕКСЕЙ КАРПОВ

Семён отошёл от дел. Я даже не знаю, в чём причина: то ли обиделся, то ли ещё что. То ли Семён на лавры директора претендовал. То говорил: «Эти песни играть надо», то: «Надо те играть, а эти не надо». А Кущ мне говорит: «А чего Семён командует: То играй, это не играй, это играй. Вот это вы лучше не играйте, а это зачем играете?» У Игоря и так были переживания, что будут говорить, что он место Хоя занял. Ты знаешь, наверно, ту историю, Хой же к нему заходил практически перед смертью. И он говорит: «Ты знаешь, очень некрасиво было бы, что он ко мне зашёл, мы выпили, вспомнили былые времена, а потом он ушёл и через несколько дней умер. Именно от передозировки умер, да? Угу». И Кущ был в этом плане мнителен: «Вот скажут, что он зашёл, может быть, а я его подпоил, что-то ещё, а потом его место занял. Тут же сразу на тёплое».

И он всегда этого стеснялся и говорил: «Давай половина моих песен будет». У него неплохие песни. Мол, давайте половину. А Семён говорил типа: «Да зачем свои? Давай “Колхозный панк”, “Носки”, то-то, то-то, то-то». И потом он мне составил репертуар, где песен Игоря всего две. А в основном «Сектор». Семён говорил: «Игорь, ты не понимаешь, людям вот это надо». А Игорь говорил: «Я всё равно не Хой». А потом там ещё с названием этим беда, типа оно Gala Records принадлежит. И они на этой почве с Семёном всё больше, по-моему, расходились. И в конце концов разругались. Кущ говорит: «Ну что это такое, в самом деле? Ну бери тогда гитару и вместо меня выходи на сцену. Не с тобой же Кузнецов контракт подписал на выпуск альбомов, а со мной». И Семён в конце концов сам отошёл без всяких разговоров. Перестал звонить, на репетиции приезжать. Помню только, что он мне как-то позвонил: «Ну чё вы там, игоревские песни в основном больше играете? Ну, давайте-давайте, больше 200 человек в клубе собирать не будете, а так могли стадионы собирать». Такие разговоры были. Я говорю ему: «Ты знаешь, Игорь меня взял гитаристом, что он скажет, то я и играю. Чё я буду с ним спорить?» Тем более, мне, например, альбом «Пофигизм и здравый смысл» очень нравится, он такой роковый, мне как гитаристу вообще комфортно в этом материале. А Семён говорит: «Я всё это понимаю, но ты понимаешь, что вы много слушателей не соберёте».

В 2002 году произошли ещё два примечательных для этой истории события. Помимо того что образовался «Сектор Газовой Атаки» во главе с Сергеем Кимом и Татьяной Фатеевой, в конце мая 2002 года появились новости, что гитарист Вадим Глухов и клавишник Игорь Аникеев из последнего концертного состава «Сектора Газа» вместе с племянником Хоя Юрием Япрынцевым тоже сколотили группу «Колхозный панк» и готовят к записи альбом, тоже в «стиле Хоя». Сюрприз. Настоящая «война за испанское наследство». Но это не особо важно: «Ex-Сектор Газа» приняли не только фанаты, но и профессиональное сообщество, включая культовые группы. Сборная России по панк-року оказалась жизнеспособной.