Глава 31

Кущ и Сергей Зверев за одной партой

В 1998 году на экраны вышла картина Никиты Михалкова «Сибирский цирюльник». Юрий Хой ещё не вышел из творческого кризиса, наступившего после выхода альбома «Наркологический университет миллионов» и смерти экс-барабанщика «Сектора» Олега Крюка. А у Куща на тот момент стало налаживаться. Из состояния нигредо к перерождению. Но к благополучию он пришёл не сразу, пришлось начинать с нуля.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Когда из «Сектора» ушёл, записал со «Школой» несколько альбомов, с музыкой завязал. Пошёл в подмастерья, в парикмахеры. На Пушкинской. Вдруг получится. У меня вроде пальцы музыкальные, может, я смогу. Если дано стричь человека и так далее – это определённые наклонности. Если нет наклонностей – нечего соваться. Я загорелся стрижками этими. Пошёл в детдом на Острогожской. Попросился: «Мне экзамены по стрижке сдавать, можно я буду стричь у вас детей?» Преподавательница: «Да вот, приходи». Начал стричь. Преподавательница: «А меня подстрижёшь? Я смотрю, какие дети от тебя красивые выходят». А я им всем «канадки» делаю, ну стараюсь-стараюсь – экзамены сдавать. Я потом и Хоя стриг. Мы общались в 90-е, ну, конечно, с пафосом таким: «Я крутой». Но мне смешно на этого крутого было смотреть. Потому что какой крутой, если бы не мы, какая бы твоя крутизна была. Один сидел бы и на лавочке под гитару свои песни пел. Ну ладно, дело в том, что я занимался парикмахерством. Потом преподавательнице кончики выровнял. Красиво получилось. Я правда загорелся, много занимался, ходил по студиям, смотрел у разных мастеров, как разные мастера работают. Потом Горохова меня взяла к себе на работу. А Горохова у нас Колю Харьковского воспитала и так далее. Потом пошёл в студию мастерства. Там смотрел. Ну, кой-чему научился. И это, слава богу, дало мне возможность выжить в этих условиях в 90-е. Был 91–92 год. Я потихонечку работал в парикмахерской, научился стричь. Я изначально мужской мастер, а женский уже потом. И женские, и мужские стрижки освоил, и покраску, и мелирование.

ЕКАТЕРИНА ХАРЛАМОВА

У него не было денег отучиться на курсах, и он узнал, что Харьковский так делал в своё время в Германии, когда подглядывал за мастерами. И папа это перенял и тоже достиг таких высот. Он рисовал. Боже, как он рисовал! То есть рисовал манекены с прическами. И мне объяснил: «Понимаешь, дочь, парикмахер – это тот же самый художник, только с ножницами». И он даже сделал себе талисман. Это были ножницы, сделанные из того же материала, из чего медиаторы делают. И ещё что-то висело деревянное, тоже символизировало, что он парикмахер.

И он стал одним из лучших в Воронеже мастеров. К нему ходили из администрации стричься. У него отлично получались и женские, и мужские стрижки, и покраски. Он работал у себя, на Мире. Тогда наше общение было коротким, когда он начал плотно работать. Потому что, когда я приходила к нему домой, у него было очень много клиентов. Один за другим. Он просто не успевал поесть. И он даже жаловался: у него болели плечи, он целый день работал на ногах и стриг. И я, сидя у него дома, отвечала на звонки и записывала к нему людей. То есть я пришла, а что делать – ему надо помогать. У нас складывались отношения, когда он работал парикмахером. Когда сначала не было денег, у него эти песни рождались жизненные. А когда он уже свою клиентскую базу создал, то очень хорошо зарабатывал. Они потом с Натальей, его подругой, открыли свой салон. Назывался он «Евроцирюльня». Но потом они его закрыли.

НИКОЛАЙ МЕЩЕРЯКОВ

Мы с Игорем дружим уже 35 лет. И конечно, я тот период, когда он был парикмахером, хорошо помню. Он и меня как-то стриг. Но скажу по секрету, Олька стригла лучше, чем он (смеётся).

Благодаря Николаю Мещерякову мы немного забежим вперёд. Олька, то есть Ольга – это одна из «любовей» Игоря периода 90-х, его гражданская жена. По совместительству коллега-парикмахер.

Николай Харьковский – на тот момент известный парикмахер. Двадцать четвёртого июля 1992 года в городской газете «Воронежский курьер» вышел материал о его Центре красоты, располагавшемся на улице 20-летия Октября. В салон сразу же устремилась вся элита региона. Вскоре при этом Центре Харьковский организовал школу парикмахерского искусства, из стен которой вышли десятки чемпионов мира, Европы и России. Говорят, что и икона гламура нулевых Сергей Зверев учился у него. То есть формально Кущ и Зверев сидели за одной партой. Чудны дела твои, Господи.

АЛЕКСЕЙ ЛИСЕНКО

До смерти Хоя Игорь сидел на низком старте. Сам ничего не делал, долго вспоминал какие-то байки из «Сектора Газа», как всё начиналось, как с Юрой «один чебурек на двоих ели». Ну и занимался какой-то фигнёй в виде того, что работал парикмахером, стриг кого-то. Ну то есть вообще ни о чём.

На некоторых форумах можно встретить, что Куща называют Цирюльником. О том, что он работал парикмахером, я сам слышал в школьные годы от своего друга.

Кущ не прерывал общения с дочерью ни на день. Как я уже писал, по моему наблюдению, Катя ему кто-то вроде ангела-хранителя. И, если уж говорить начистоту, самая стабильная составляющая часть его жизни.

ЕКАТЕРИНА ХАРЛАМОВА

Папа пытался мной заниматься, но у него времени не хватало. Он понимал, что я музыкальная очень, и танцевать мне хотелось очень. Но водить меня некому было: мама работала, папа тоже. И вот он несколько раз водил меня на каток. Мне понравилось до тех пор, пока я не упала. А упала я как? Если бы я хотя бы сама упала. Меня толкнули, когда я пыталась выполнить элемент, и это было и больно, и обидно, и неприятно. Ну и не хотелось бы, чтобы у меня в голове конёк оказался, знаете, бывают такие травмы, когда въезжают. И я испугалась и перестала ходить на каток, хотя мне уже коньки купили, и всё. Хотя мне очень нравится фигурное катание.

То, что он стал парикмахером, его спасло. Во-первых, он постоянно был занят. У него оставалось меньше времени думать, как вернуть мою маму. Он не прекращал попытки её вернуть. Он ходил за ней, пока я школу не окончила. Именно так. И он потом признавался, что боялся создать другую семью, не знал, как я к этому отнесусь. Он очень-очень боялся, что я перестану с ним общаться от обиды. Но для меня отец – это такая связь, она чисто генетическая. Если ему плохо – мне плохо. Но папа у меня вообще человек настроения. Я, скажем, помягче, я всё-таки девочка. А ему, если у него нет настроения, лучше не попадаться никому и даже мне. Потому что и я могу попасть «под раздачу».

В тот период он начал очень хорошо зарабатывать, купил себе студию звукозаписывающую, портостудию. Она выглядит как синтезатор, но такая здоровая, широкая. Купил себе видик, телик, тогда же это очень дорого стоило. Это сейчас – иди, хочешь кредит бери, хочешь в рассрочку. И что же получилось? Музыка в душе всё равно вернула его к себе. Он уже достиг высот как парикмахер, он уже, бедный, не знал, куда деваться от клиентов. У него уже на этот «хлеб» вот так, под завязку. Он мне говорил: «Дочь, немцы воспитывают своих детей как? Они им с рождения закладывают две профессии. Одна точно будет кормить. Вдруг с одной какой-то профессией не получится. Я хочу, чтобы ты тоже освоила парикмахерство, потому что ты всегда будешь с куском хлеба». Но мне тогда было 16 лет, и хотелось играть на гитаре. Я его просила: «Папа, научи». Он мне сказал: «Нет, пусть тебе мальчики во дворе на гитарах играют». Если дословно: «Дочь, вам, бабам, кое-что мешает на гитаре играть. И вообще, не женское это дело». А мне очень хотелось, у меня эта тяга была с самого детства. Ну, может, потому, что я папина дочь.

Личная жизнь – не то, куда хочется лезть со своими расспросами. Но в те моменты, когда Куща пробивало на откровенность, я, естественно, всё фиксировал. И хотя он не говорил этого напрямую, его можно заподозрить в супружеской неверности.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Первая жена была фригидная. Ну, красивые ноги, красивое там всё, а в постели как-то… Вот на пенсии было бы хорошо именно с такой жить. Чтобы пришёл домой, чтобы пожрать приготовила. Я тоже могу приготовить, я девять лет без матери, сам себе жрать покупал и готовил. Ну, не захотела, сука. Не захотела жить со мной. Говорила: «Кущев, ёб твою мать, у тебя куча женщин». А знаешь, иду я раз домой по проспекту, и Верка Ивакина руки расставила, целует-обнимает, а в этот момент соседка моя проходила мимо. И она приходит докладывать: «Ты знаешь, что на твоего Игоря бабы вешаются?» Я прихожу домой. Молчит. Но напряжение стоит в воздухе. Что случилось? «Мы с тобой разные по гороскопу. Мы должны разводиться». Прозвучало что-то такое, просто протаранило мозги. А у нас ребёнок, ему девять лет. И как это жить не будем? В рот ебать эти гороскопы. Я говорю: «Ты на полном серьёзе?» Всё, подаёт на развод, я отказываюсь, подаёт на развод второй раз, я отказываюсь. А на третий раз уже нас развели. Потому что третий раз – уже никого не спрашивают. Выходим из загса, она плачет. Я: «Что ты плачешь? Твоя мечта сбылась. Ты теперь свободная женщина». А она плачет. Видать, до неё только дошло, что она натворила. Я говорю: «Ты зачем это сделала?» А без вины виноватым всё время, мол, ты блядуешь, блядуешь, сколько можно ходить? Я себе бабу нашёл, только свистни. Ну и вот. А у неё претензии. Ну а что теперь, я должен дрочить? Я же мужик.

Возможно, история с изменами – некое сбывшееся пророчество. Не мне судить и не мне делать какие-то выводы. После развода Кущ погрузился в омут свободной любви.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Я не красавец какой-то, но столько баб у меня было – просто ебанёшься. Я не знал, как от них избавиться. Домой зайду, тут же отсосёт, и в рот, и в жопу. Ни хуя себе. Я в те годы столько трахался! Вот такая у меня судьба сложилась.

По словам дочери Игоря, параллельно он пытался вернуть жену. При этом в новый брак не вступал, потому что не хотел расстраивать дочь. Переживал, как она это воспримет. Все серьёзные отношения – не на одну ночь – складывались с коллегами по цеху, то есть с парикмахершами.

ЕКАТЕРИНА ХАРЛАМОВА

Была Ирина Макеева, женский мастер (парикмахер), там были сильные чувства! Подозреваю, что песня «Кафе», возможно, посвящается именно Ирине. Гражданская жена была Ольга, когда Игорь жил на Мира, 3. Ольга была мужским мастером (парикмахером), сожительствовала с Игорем до Арины.

Именно Ольга была дома, когда Хой в последний раз заезжал к Кущу, она ему и передала это. Мне Кущ сказал, что посвятил песню «Кафе» не Ирине, а Ольге. Разговор об Ольге вызвал у Игоря бурную реакцию. Сначала он мне спел эту песню под гитару, затем продолжил свой рассказ.

 

                          Я сегодня никому не позвонил.

                          Я сегодня сижу в кафе.

                          Я девчонку на танец пригласил,

                          Только мысли все о тебе.

                          Она так же красива, как и ты.

                          Она так же стройна и нежна.

                          Но она – это не ты,

                          И поэтому мне не нужна.

 

 

                          Если мимо ты пройдёшь,

                          Даже не замечу.

                          Только будет ли она,

                          Наша с тобой встреча.

                          Если мимо ты пройдёшь,

                          Даже не замечу.

                          Только будет ли она,

                          Наша с тобой встреча.

 

 

                          Навсегда мы расстались с тобой,

                          А я девчонку взял и закадрил.

                          Видно, так предназначено судьбой.

                          Я колечко ей на память подарил.

                          Она так же улыбнулась, как и ты.

                          Она так же сегодня одна.

                          Но она – это не ты,

                          И душа моя к ней холодна.

 

ИГОРЬ КУЩЕВ

Эта песня написана вживую. Понимаешь, когда меня бросила чувиха. Олька. Бросила, сволочь, блять. Ты понимаешь, до этой суки песня не дошла. Понимаешь, эта сука живёт своей жизнью, тварь поганая. Извини меня за эти крепкие слова. С одной стороны, думаешь: «А чего тебе не хватало? Вот ты живёшь со мной, чего тебе не хватало? Надо было Луну достать с небес или что? Что ты хотела?» Потом выяснилось: «Кущ, я не могу забеременеть». Она по всем этим врачам, бабам, по женскому вопросу, бегала, пизду свою лечила. И потом забеременела, а потом пошла сделала аборт. Я охуел. Что ты наделала? Сука, ты убила нашего ребёнка, бесконечная тварь. Не, ну Викина мама этого не сделала, я… она бы точно такого себе не позволила. Слушай, ну какой пиздец, в каком веке мы живём. Как это можно. Если я хочу создать семью, как ты можешь убивать… Может, она ненормальный человек. Что у неё в голове, никогда не узнаешь.

АЛЕКСЕЙ ЛИСЕНКО

Кущ в плане детей очень сентиментальный. Он жаловался, что когда-то его девушка аборт сделала. Он рассказывал это со слезами на глазах: «Она же ребёночка убила. Был бы мальчик или девочка. Как она могла?»

ИГОРЬ КУЩЕВ

Дочка до сих пор говорит: «Папа, в тебя невозможно не влюбиться».

Свою вторую жену, Арину, Кущ встретил уже в начале двухтысячных. Новое тысячелетие, новый век, возвращение в музыку, взлёты и падения, встречи и разводы. На этом месте можно прочертить линию, мол, конец первой части.