Глава 30

Овчарка Герда из питомника Гитлера

Эта глава будет представлена в диалоге отца и дочери, и посвящена она братьям нашим меньшим, как они помогают отчаявшимся людям не сойти с ума. Одним тёплым летним вечерком мы сидели на лавочке – Кущ, Екатерина и я, и я просто фиксировал их разговор.

Екатерина. Папа, скажи, пожалуйста, ты собаку Герду завёл как раз в этот сложный период 1991–1992?

Игорь Кущев. Да, в этот. Немецкая овчарка. Вот такусенькая была, когда завёл. Щенком взял.

Екатерина. Я её любила очень-очень. Умнейшая собака. Все её побаивались. И что я знала? Если собака прибежала к нам и стучит лапой в дверь на Фабричном, значит, папа выпил. Я уже знала 100%. Потому что она никогда от него не убегала. Папа редко пил, но была пара моментов, она к нам прибегала. И она никогда меня не обижала… Вот я боюсь мячик кинуть, понятно, я ребёнок, вдруг покусает случайно. Она понимает, берёт мячик, кидает мне его и ждёт, что я его где-то там возьму. И палку, кстати, тоже не вырывала. Это тот период, когда папа остался один. А она родила 16 щенков. Я приходила – папа с этими сосками-пипетками.

Игорь Кущев. Шестнадцать щенков, всех надо выкормить.

Екатерина. Он их всех продал-раздал.

Игорь Кущев. Больше половины я раздал.

Екатерина. Она была очень массивная, необычная. Туловище накачанное.

Игорь Кущев. Ни один кобель не мог справиться с ней. Она рвала просто. И один алкаш как-то говорит: «Давай я с ней сейчас поборюсь». Я говорю: «Уйди. Ради Христа, пока она не поняла, что ты пьян. Она порвёт тебя на британский флаг». Тот не поверил: «Да ла-а-а-адно, порвёт». И палку берёт кинуть. И вот, когда замахнулся, она ему руку в трёх местах разорвала. Кинулась: «Р-р-р-р».

Екатерина. Она не только на пьяных так реагировала. Стоило кому-то рядом с папой споткнуться, она это воспринимала тоже как нападение. Сразу в стойку. Он её только успевал поймать.

Игорь Кущев. Это старый тип немецкой овчарки. Из питомника Гитлера. Отборные собаки. Но я не знал этого, мне потом сказали. И потом мне инструктор об этом сказал, когда я приводил её в ДОСААФ. У него все собаки на его дрессировочный халат идут, нападают. А моя не идёт, как её ни провоцируй. Он её бьёт – а она не идёт. Тут он халат снял, идём с ним спокойно. Я её отпустил. И тут она его р-р-раз за загривок! Я еле успел схватить. Он мне потом: «Уводи её, всё. ЗКС (защитно-караульная служба) ставлю». Она наиумнейшая собака. То есть на халат пускай дураки бросаются. Она бросилась ему на голову, я еле успел её схватить. Разорвала бы голову.

Екатерина. По поводу этой собаки ещё три момента. Он её приучал к команде «Рядом», это было при мне, команду эту отрабатывал. То есть он нёс печеньки. И учил её идти рядом и не разрешал никому её кормить, она ни от кого никакой еды не брала. Ну, как сейчас модно говорить, от слова «совсем».

Потом второй момент. Мы идём, играем «в палку» с ней, то есть я кидаю палку, Герда её приносит обратно. Папе это предельно надоело. Он разозлился, берёт эту палку и выкидывает в реку. Герда прыгает туда, вслед за палкой. И, я помню, папа говорит: «Ну всё, дочь, попрощайся с собакой. Она не доплывёт, это нереально». Там до собачьего пляжа плыть немерено. Она доплыла. Но не просто доплыла – она приплыла с этой палкой. Мы офигели. Я, помню, иду, плачу. Мне девять лет было. Она вышла на берег, отряхивается. Да, очень сильная собака, у неё грудак такой был накачанный, как у ротвейлера. Она массивная псина была.

И вот один из таких визитов к нам, пока папа «фестивалил». Мама говорит: «Иди с ней погуляй». А у меня нет ни поводка, ничего. Она же тянет. Я привязала её к дереву и играю с ней в мячик. Тут идёт сосед. Дядя Витя Мякушев. А у него такая же была «немка», чистая «немка», красивая собака, очень симпатичная. Динка. Говорит: «Дай хотя бы я их потравлю». Я прошу: «Дядя Витя, не надо, я боюсь». А он пьяный. Он начал Дину натравливать на Герду, а та видит, что я боюсь. Она Динку не трогает. Та её рвет, а Герда лапами её валит к земле. Я прихожу домой, вся в слезах, мать пошла разбираться с соседом. Моя собака вся в крови. А потом мы смотрим: это не её кровь. На ней ни одной ссадины. При мне эта битва была. Вообще кошмар, это я помню.

Хотя папа уже жил не с мамой, Герда всё равно воспринимала нас как семью, хотя он её заводил один. Но она понимала, что я ребёнок, она со мной играла, маму она воспринимала, что та её кормит. То есть она к ней с этим вопросом обращалась, а папа – хозяин, тут не поспоришь.

Ещё самое интересное. У него подруга была, Наталья. Ну как была – она и есть, мы по сей день с ней дружим. И Герда её не любила. Ревность была. Если Наташа приходит, а отца дома нету, Герда давала понять: «Я здесь хозяйка». Наташа её боялась, говорила папе: «Я не зайду к тебе домой, пока тебя нет». Она, например, хотела ему помочь, бельё погладить. Постирала, погладила простыни. Герда с улицы пришла и демонстративно прямо в это бельё прыгнула. А у нас она так не делала. То есть она вот так избирательно себя вела. И ревнивая, она его любила и никого не желала с ним делить. Собственно, это, наверное, было одно из папиных спасений, потому что он был занят, он с ней много времени проводил, занимался.

Помимо собаки, Куща в тот период спасали видеоигры. По словам дочки, во второй половине 90-х у Куща уже было несколько приставок, и – вообще шик – недавно вышедшая Sony Playstation, PS–1.

Екатерина. У него тогда была Sony Playstation. И пока папа пошёл чай наводить, я села – и как давай играть. Так кайфово. И я думаю: как бы мне его отвлечь, чтобы он не лез ко мне в игру. Мы с ним и в Mortal Combat бились. Ещё и Sega была, он её чуть не разбил из-за меня, потому что никак не мог меня победить. Психовал: «Ну как же так?! Я всех побеждаю, когда прохожу, а тебя не могу». А я Соньку брала и Чёрного, который магию делает, исчезает.

(По всей видимости, это «Рептилия», Reptile.)

Игорь Кущев. Демон такой. Соньку побить ещё можно, но Чёрного демона невозможно.

Екатерина. В общем, папа злился, когда проигрывал.