Прочитав заметку в новостях, Франк утвердился окончательно: мужчина из ролика — тот самый, чьё тело выловили на берегу Мозеля.

Он снова подумал о полиции. И снова отступил.

Расскажете — погибнут ещё люди.

Кто бы ни стоял за этой «игрой», он не блефовал. В глубине души Франк и сам понимал: Йенс прав. Никому из них не нужно, чтобы полиция полезла в прошлое.

Связаться с двумя остальными? Нет. Йенс наверняка сделает это сам. А если те трое уже давно общались между собой — задолго до всего?

Всё утро он пытался занять голову чем-нибудь другим. Бесполезно. За что бы ни брался, через считаные минуты ловил себя на том, что сидит, уставившись в одну точку. Мысли возвращались к событиям последних часов — упрямо, неотвратимо, как прилив.

Человека зверски убили. Потому что он, Франк, не выполнил требование безумца. Разум отказывался это вместить. Не мог. Не хотел.

Мир вокруг выглядел в точности как прежде, но утратил подлинность. Кабинет, мебель, шкафы, папки с документами — всё казалось проекцией, кадром на киноплёнке. Попробуй прикоснуться — и пальцы упрутся в холодный экран.

Франк то и дело поглядывал на часы.

Тринадцать ноль-ноль. Следующее задание…

Без десяти одиннадцать Сандра переключила на него Мануэлу.

— Привет, Мануэла.

Он поздоровался заметно мягче, чем незадолго до того с Йенсом. Несколько секунд тишины.

— Привет.

— Ты тоже?

— Да. Тоже.

Голос он узнал мгновенно, хотя не слышал с тринадцати лет. Прежняя мальчишеская дерзость исчезла — осталась лишь тревога. Но тембр по-прежнему звучал девичьим, и именно это зацепило память.

— Что нам делать, Франк?

— Дождаться часу дня. Посмотреть, чего потребуют. Есть мысли, кто за этим стоит? Кто вообще мог знать?

— Понятия не имею. Я никогда никому не рассказывала. Никогда. — Пауза. — А ты?

— Нет.

— Мне страшно, Франк.

— Да, немудрено. Мы ведь видели, как человека…

— Не надо.

Коротко и жёстко. Он осёкся.

— Я не могу об этом вспоминать. Не могу говорить. Пожалуйста.

— Хорошо. Я перезвоню тебе на этот номер после часа. Договорились?

— Только обязательно позвони. Мне правда очень страшно.

Мне тоже, — подумал он, а вслух сказал:

— Позвоню. До связи.

И дал отбой.

Начало двенадцатого. Почти два часа ожидания.

Он бесцельно щёлкал по новостным лентам, скользил взглядом по заголовкам, не улавливая смысла, подолгу сидел перед монитором, не осознавая, на что смотрит.

Наконец сдался. Предупредил Сандру, что до конца дня его не будет, и чуть позже двенадцати покинул офис.

Из машины позвонил домой — никто не снял. Дозвонился до Беаты на мобильный: кафе с подругой, потом стоматолог, потом парикмахер. Раньше четырёх не вернётся. Лаура на длинных уроках и хоровой репетиции, будет дома не раньше половины пятого.

Франк дал отбой и почувствовал облегчение — почти стыдное. До вечера он один. Не нужно притворяться, не нужно никого впутывать.

Движение оказалось плотным, и когда он загнал машину в гараж, часы показывали без двадцати час. Прямым переходом из гаража пользоваться не стал. Обошёл дом снаружи, заглянул в почтовый ящик. Пусто.

На кухонной столешнице стояла корзинка, куда Беата складывала его корреспонденцию. Несколько конвертов — ни мягкого бурого пакета, ни письма без обратного адреса. Убедился за секунду.

Налил яблочный шорле, прошёл в кабинет, включил монитор.

12:53.

Семь минут. Непослушные пальцы набрали адрес сайта. Строка загрузилась — он машинально задержал дыхание, нажал ввод и шумно выдохнул.

Экран остался чёрным.

12:55. Третье нажатие на «Обновить». Ничего. Мелькнула мысль позвонить Йенсу — тот наверняка сидит сейчас перед компьютером в таком же оцепенении. И Мануэла. И, возможно, Торстен.

12:58. Вытащил телефон, нашёл номер Йенса — и отменил вызов. Бессмысленно. Сначала задание. Положил трубку рядом с клавиатурой и уставился на экран.

13:01.

Страница перезагрузилась. Пульс подскочил. Чёрный фон сохранился, но на нём проступили буквы — размытые, затем медленно обретающие чёткость. Франк потёр глаза ладонями, словно это могло ускорить дело.

Слова сложились:

 

Игра продолжается. Ваше задание:

Сегодня в 17:00 — Центр оповещения «Айфель». Все. Никому ни слова.

Помните о Фестусе. Будьте пунктуальны — иначе потеряете жизнь.

 

Несколько мгновений он просто смотрел на экран.

Центр оповещения «Айфель»? Ни разу не слышал.

Помните о Фестусе…

Кулак сжался сам. Кто бы ни стоял за этими заданиями, отступать он не собирается. Выбора нет. Придётся играть.

К этому моменту у Франка сложилась версия. Шантаж. Кто-то узнал о том, что случилось тем летом, и теперь методично выматывает их проклятой игрой, готовя почву для требований. И этот кто-то серьёзен. То, что он сделал с тем человеком…

Мысль оборвалась сама. Психопат. Глубокое расстройство. И смертельно опасный.

Франк перечитал сообщение. В зависимости от расположения «Центра» времени может оказаться впритык. Но решение принято: в пять он на месте. Встретится с остальными тремя. Поговорит. Вместе решат, что делать. А может — и выяснит, кто нарушил обещание, данное в то лето, перед тем как их пути разошлись навсегда.

Свернул вкладку, открыл новую. Набрал в строке поиска: «Центр оповещения Айфель».

Первая же ссылка расставила всё по местам. Кодовое название подземного бункера в регионе Айфель, предназначавшегося для правительства Северного Рейна-Вестфалии на случай ядерного удара. Двести чиновников и экспертов должны были руководить отсюда государственными делами. Комплекс врезан в толщу горы: три этажа по тысяче квадратных метров каждый. Вход замаскирован под двойной гараж — в лесу, на окраине общины Калль-Урфт, рядом с домиком, похожим на обычное жильё.

Атомный бункер…

Будь обстоятельства иными — не будь первого мертвеца, — Франк поехал бы туда из чистого любопытства. Он никогда не бывал внутри подобного сооружения, а комплекс, рассчитанный на двести человек, должен впечатлять.

Бегло просмотрел остальное, перешёл на сайт объекта, выписал точный адрес. Навигатор показал около ста километров.

Последний взгляд на сообщение. Закрыл браузер, погасил монитор, взял телефон.

— Это Франк, — сказал он, когда Йенс снял трубку.

— Видел? — Голос сдавленный, натянутый, как струна. — Куда ехать?

— Видел. Атомный бункер.

— Я тоже уже посмотрел. Поедешь?

— Какой выбор? Он не отстанет. Убьёт ещё кого-нибудь, если не явимся все.

— Вместе поедем?

— Где живёшь?

— Швайх.

— По пути. Заеду.

Йенс продиктовал адрес.

— Буду в три. — Франк прикинул время, набросил запас. — Торстену звонил?

— Нет. Номер не нашёл.

Попрощались. Франк набрал Мануэлу.

Она долго не брала трубку. Когда ответила, голос звучал глухо и надломленно.

— Что всё это значит? — выдохнула она, едва он назвался. — Зачем кто-то так поступает? Думаешь, мы заслужили? Может, это расплата? А вдруг это Фестус? Вдруг он хочет отомстить? Вдруг…

— Мануэла. Ты знаешь, что это невозможно. Либо кто-то видел тогда, либо кто-то из нас проговорился.

— Но если видел — почему сейчас? Столько лет прошло.

Свободная рука поднялась и бессильно упала на стол.

— Сам не знаю. Может, понадобились деньги. Или он рассказал кому-то, и тот решил нас шантажировать.

— И ради этого убивать? Просто так?

Она была права. Логики не существовало. Тревога стягивалась внутри тугим узлом, от которого тупо ныло под рёбрами.

— Именно поэтому мы должны там быть. Йенс едет со мной. Тебя подвезти?

— Нет. Я в Заарбурге. Доберусь сама.

Двадцать километров в обратную сторону.

— До встречи.

Завершил звонок и ещё долго сидел неподвижно, положив ладони на столешницу. В доме было тихо. Совершенно тихо.

А потом откуда-то из его глубины донёсся звук — тихий, скребущий. Словно что-то царапало стену изнутри.

Крысы.

---

 

Отправить