Глава 14

В полумраке переулка кожа эльфов из бледно-жёлтой стала зеленоватой. Будто бедолаги объелись мухоморов, и их вот-вот вырвет. И лучше бы этому случиться, иначе всё выглядит так, что они шли следом за нами от самого вокзала, поджидая подходящий момент для атаки. Ещё и подслушивали.

— Принц Альдебаран и его два барана, — произнес я. — даже соскучиться не успел.

— Я не баран, — прошипел главный индюк. — Сейчас ты поплатишься за моё унижение.

— Я смотрю, ты учишься на своих ошибках. В этот раз ты выбрал место без мусорных урн… Жаль только, что ты увидел ошибку именно в этом.

У принца задёргалась щека, а правый глаз даже покраснел. Сосудик лопнул у бедолаги.

— В этот раз без мана-способностей? — я кивнул на короткие эльфийские мечи, по форме напоминающие вытянутые берёзы. С мелкими зазубринами. — На ножах. А вы точно эльфы, а не кавказцы, а?

Мне нравилось драконить Альдебарана. У него из ушей разве что пар ещё не шёл, но от злости несчастного уже слегка потрясывало. Ну а что он хотел? Втроем на одного тоже не очень честно. Или на двоих, если Пашка не слиняет.

Но добил принца один из его пепельноволосых приспешников. Тот, что стоял справа, спросил:

— Принц Альдебаран, а причём тут кавказцы?

— Да не баран я! — завизжал эльф. — Если не заткнёшься, я и тебя прирежу!

— Простите, принц Альдерон, я… я оговорился! Он заколдовал меня!

— Да у него нет магии, придурок! Так, всё! — принц взял себя в руки. Лучше бы ноги в руки и валил отсюда, но… — Заткнулись. Дубов, тебе конец. А ты, Северов, можешь валить, если хочешь жить.

Я обернулся на Павла, у того в зелёных глазах снова появился заячий страх. Он не мог отвести взгляд от эльфийских мечей. Что ж, его можно понять. Они весьма острые. Я-то с эльфами легко справлюсь и один. К тому же место узкое, одновременно нападать сможет только один.

Но, подождите… Он сказал «Северов»? Фамилия либо для байстрюков, вроде меня, либо для безродных аристократов с севера. Интересно, выходит собственный род отказался от Пашки? Хотя ладно, его проблемы меня не касаются. Со своими бы разобраться…

Я повернулся обратно к троице тугодумов. А как ещё назвать тех, кто не понял с первого раза?

— Слушай, жопоухий, у тебя три секунды, чтобы свалить, и я сделаю вид, что ничего не было. Раз.

— Ты больно смел для того, у кого нет ножа.

— Два.

— Я заставлю тебя молить о смерти…

«Три» я вслух произносить не стал. Двинул в дыню Альдебарану так, что у него звёзды из глаз посыпались, дёрнул на себя и уронил за спину. Он упал со звуком навозного мешка. Меч звякнул, как забытое внутри шило. У следующего я обхватил ладонью голову и приложил о стену, тот сполз на землю и отключился. Эх, свою явню неспособность к дипломатии эти двое тоже доказали, приперевшись сюда. Хотя, может, это были другие? Эльфы все на одно лицо: холёные, смазливые и высокомерные.

Третий эльф закричал и бросился на меня. Видимо, хотел напугать. Закричал и я. Только мой крик был больше похож на рык. Да и пугал сильнее. Эльф передумал нападать, резко развернулся и с таким же воплем убежал обратно по переулку. Правда, через пару секунд его крик резко захлебнулся, будто он упал в лужу и нахлебался воды. Почти так и было — кто-то из горожан выплеснул на него ведро с помоями. Я даже отсюда запах почуял.

— Ну что Павел, видишь, проблемы меня преследуют… — говорил я, оборачиваясь. — Ох ты ж, блин!

Паша схватился с Альдебараном. Эльф пытался ударить мечом сверху, а Северов поймал его руки своими. И вот они как будто кружились в танце, усердно пыхтя.

— Не тронь… моего друга! — шипел Павел.

Принц не отвечал, а, скаля зубы, пускал пузыри из кровавых соплей. Я взял эльфа за шкирку, вырвал из захвата Павла и ещё раз сунул в табло. Эльф отключился и повис безвольной ветошью у меня в руках.

— Пошли, — бросил я Павлу. Тот ещё немного не отошёл от драки и слегка подрагивал.

Мы продолжили идти по переулку. Я выкинул эльфийский мусор в первый попавшийся мусорный бак. Интересно, бывают вообще нормальные эльфы? Или эльфиечки. Хотя, как минимум одну нормальную эльфийку я знал. Правда имени не помнил, зато помнил, как она умела обращалась с руками и ртом. Да и с остальным тоже. И как была благодарна за спасение от битвы лезгинок.

Вскоре из душного переулка мы вышли на оживлённый проспект. От асфальта поднимался дрожащий горячий воздух, повсюду сновали люди, эльфы, гоблины и орки, по дорогам катились автомашины и коляски, запряжённые лошадьми. Посередине пролегали четыре блестящие ленты трамвайных путей, и наблюдалась небольшая остановка.

— Сюда, — кивнул Павел и поспешил вперёд меня.

Через пару минут с дребежащим звоном подкатил трамвай. Внутри него пахло молниями и разогретой кожей сидений. Часть разношёрстной толпы с остановки зашла вместе с нами и расползлась по свободным местам, а я предпочёл встать в конце вагона. Насидеться я успею на занятиях в академии. Прошёл кондуктор, очкастый мужчина лет тридцати, с залысиной под кепкой из светлой ткани, собрал оплату за проезд. Павел заплатил за нас двоих, а я пообещал вернуть долг. Он отмахнулся — его больше волновала драка с эльфами.

— Видал, да, как мы их? — возбужденно жестикулировал он. Напряжение схватки его отпустило, и теперь Павла захлёстывала эйфория. Раньше он в драках не участвовал, что ли? Я вот наоборот был спокоен. Успеть бы работу найти на эти выходные. — Бац! Бац! Двое лежат, третий улепётывает! А этот Альдебаран как вскочит, как замахнётся, чтобы тебе в спину ударить! А я… а он…

От эмоций Пашка даже задыхаться начал, пришлось пару раз легонько постучать ему по спине. Он прокашлялся и выдохнул:

— Фух! Ну и дела…

Трамвай остановился, и на остановке вошло ещё несколько человек. Кондуктор пошёл взимать плату за проезд.

— Но мы же отличная команда, Дубов! — продолжал Павел. — Я не дал этому гаду ударить тебя в спину. Это же здорово, так? Поступок настоящего друга, заметь.

— Мы не друзья, — в который раз повторил я. — Он этим ножиком меня только поцарапать мог. Видел их ладони? Нежные, без мозолей, какие бывают от упорных тренировок. Если они и пользовались своими мечами, то как декоративными предметами для своих ритуалов. Или украшениями. Так что шансов у них изначально не было.

— Ну, я-то этого не знал… Так бы, конечно, дал тебя пырнуть в спину…

Обиделся, кажись.

Мимо проезжали городские дома, старые и новые, торговые лавки и бары со столиками на улице. Народ гулял и отдыхал в свой законный выходной. Пятигорск вместо того, чтобы расти в высоту, рос вширь, и всех это устраивало. Да, далеко добираться в разные части города, но это позволяло ему быть живописным и приветливым местом. Мне нравился Пятигорск. Правда, не все жители соответствовали городу.

Кондуктор не отходил от двоих мужиков бандитской внешности — загорелые, в жилетках из овчины на голое тело. Один в красной кепке с помпончиком, как у османских солдат. У другого борода до груди и щербатая, самодовольная улыбка. Мне они сразу не понравились, пристали к какой-то девушке, которая тут же ушла от них в переднюю часть трамвая.

— Ваши билеты, пожалуйста, — сказал кондуктор.

— Нэт билет, — ответил бородач.

— Ваши билеты, пожалуйста, — снова повторил кондуктор. Он выглядел растерянным, но отступать не собирался.

— Нэт билет. Слушай, я нэ по-русски говорю, да?

— Тогда штраф, пожалуйста.

— Ай-я-я-я, какой штраф, дарагой?

— Штраф платите.

Бородач переглянулся с тем, что был в кепке, и оба засмеялись. Противно так. Платить они, похоже, не собирались. А кондуктор попался упрямый. И вот что будет дальше? Он начнёт упорствовать, рано или поздно завяжется драка, и вряд ли он в ней победит. Парни выглядели бывалыми, а кондуктор больше походил на слишком взрослого мальчишку. А потом полиция, допрос свидетелей, ещё на опознание вызовут. С моим везением хорошо, если в свидетели запишут, а не в подозреваемые. А в том, что этих залётных поймают, я не сомневался. Но потеряю целую кучу времени. Так что из двух зол выберу меньшее.

— Эй, — подошёл я к ним. Павел подтянулся следом. — Заплати штраф.

И положил ладонь на плечо бородачу. И сжал в кулак, который оказался размером с его голову, а тень от меня накрыла его полностью. Ноги ребят подогнулись, и они оба упали на сиденье рядом.

— Брат, нэ убивай, брат! — залепетал бородач, протягивая тугой кошель.

— Сколько штраф? — спросил я кондуктора.

— Семь рублей.

Я отсчитал несколько бумажных ассигнаций и сунул парню. Остальные рассыпал на пол. Павел придвинулся ко мне сзади, встал на цыпочки и прошептал на ухо:

— Это люди князя Михайлова. Серьёзный человек. Потом могут быть проблемы.

— Они уже есть, — ответил я ему. — Лезгинку когда-нибудь видел?

— Нет.

— Красивый танец. Мне понравился. Эй, — я обратился к бородачу. — Лезгинку танцевать умеешь?

— Умею, — мелко-мелко закивал он головой.

— Тогда танцуй.

— Брат, дэушка нужна для танца.

Ай, гад, и тут соскочить хочет. Фиг тебе!

— Не брат ты мне, — сказал я и кивнул на второго. — Он — твоя девушка.

Я заставил обоих встать. Тот, что в кепке, замер на середине задней площадки, а второй начал танцевать вокруг него, не спуская с меня испуганных глаз. А я вспомнил, что делали кавказцы в академии, и стал хлопать в такт музыке, игравшей у меня в голове. Получалось неважно.

Эти двое танцевать совсем не умели. В кепке трясся, как осиновый лист на ветру, а бородач от страха двигался, как в эпилептическом припадке: дёргался и спотыкался. Зато Павлу нравилось. Он смеялся, держась за живот. И кондуктор скромно улыбался. Хороший парень, но работа скотская.

Вскоре мне надоели кривляния бандитов и, когда трамвай звякнул, останавливаясь, я вышвырнул обоих на улицу. Их чуть не затоптала лошадь, но они быстро вскочили и убежали, злобно зыркая на меня. Ничего, я всегда готов к новой встрече с тугодумами вроде этих.

— Да, они тебя надолго запомнят, — подвёл итог Павел.

 

Я прислонился к углу и уставился в окно. Гады испортили мне настроение. Я надеялся, что Пятигорск окажется более приветливым городом, но мне пока что везло на мудаков. Надеюсь, что дальше будет лучше.

— А ты уверен, что это проблемы находят тебя, а не ты их?

— Уверен.

— Как скажешь… Всё-таки с тобой не заскучаешь, Дубов. Так что нам не помешает тренироваться вместе. Будем действовать, как одна команда, как тебе идея?

— Нет, — я строго посмотрел на парня.

Наконец, он понял мой категоричный отказ. Сразу погрустнел и уставился в окно. Ничего, в няньки я никому не нанимался, это во-первых, а во-вторых, какие тренировки? Я своим Инсектом вообще ещё не владею, могу и убить ненароком.

Спустя пару остановок Павел вроде отошёл, грусть сошла с лица, и он снова заговорил со мной.

— Ладно, наш выход, пошли, Бюро тут недалеко.

Я вышел, чуть не снеся головой верхний поручень, но вовремя пригнулся. Прошли через небольшой живописный парк с фонтаном, который освежал водяной взвесью, и вышли к зданию Бюро заказов. Им оказался небольшой старинный дом из серого камня. Вокруг толпился народ, смотрел доски объявлений или заходил внутрь, видимо, за оплатой услуг или ещё зачем. Треть составляли студенты академии. Оно и понятно — хотелось подзаработать на кино с домино. Лишь бы не с динамо. Павел сразу растворился где-то в толпе, а я пошёл смотреть объявления на досках.

В основном это были бумажки, где вкратце описывалась задача, указывался адрес заказчика и предполагаемая оплата. На всех стоял штамп Бюро, значит, заказчик проверенный, как минимум, удосужился пошлину оплатить. Некоторые листки были старыми, некоторые новее. Требовались работники для абсолютно разных задач. В основном, курьеры, сторожа, дворники и прочее. Все эти объявления меня не особо прельщали, платили мало, да и работа скучная, больше всего меня заинтересовала парочка листовок.

Первая, самая высокооплачиваемая — заказ на Плотоядного козла. Я как раз такого видел в одном из учебников. Жуткая тварина с огромными рогами, костяными жвалами у рта, которые держат добычу, и мелкие острые зубы. Ростом она была около двух метров в холке. Такую без хорошего оружия не убить даже мне. Это объявление было одним из самых старых, видимо, козёл давно мучал местные аулы.

Надо будет раздобыть оружие и грохнуть гада. Некоторые верят, что его жвала обладают целебными свойствами, так что какая-нибудь алхимическая лавка может отвалить за них целое состояние. За пенис козла, кстати, тоже. Говорят, импотенцию лечит. Не знаю, не проверял, но если какой-нибудь старикан хочет употребить его в пищу, с радостью предоставлю ему такую возможность за пару сотен рублей.

Вторая работёнка для души, но такая же недоступная, как и первая. Поймать изумрудную горную форель. Её чешуя переливается на солнце, как драгоценные камни, а мясо обладает изысканным вкусом и ароматом. Это жутко дорогой деликатес, потому что на тысячу простых рыбин приходится всего одна изумрудная. Ещё и найти надо, где она плещется, в каком горном ручье. Да и удочки у меня нет…

Зараза, всё упирается в деньги! И оружие нужно, и удочки! Именно поэтому я взял третье объявление. В ночной клуб для аристократов требовался вышибала. Это объявление тоже казалось старым, хотя пару кусочков с адресом были оторваны. Деньги обещали приличные: около сотни рублей за одну ночь. Это и настораживало, и будило во мне алчность. Судя по цене, в это заведение ходят исключительно богатые шишки, но при этом они любят буянить так, чтобы им не мешали это делать.

Сами аристократы такие работы не жаловали, они предпочитали посещать заведения, а не охранять их от смутьянов. Да и среди дворян мстительных и коварных личностей полным-полно. Проще говоря, каждый первый. Попробуй обидеть такого — весь твой род могут взять и тихонько вырезать наёмные убийцы.

А из простолюдин на такое мог согласиться только самый отчаянный, самый храбрый или самый тупой. Иногда могли орудовать все три человека сразу, потому что с простолюдинами никто особо не считался. Так что работа вышибалой в подобных заведениях не зря оплачивалась очень достойно. Я слышал, даже существовали целые династии потомственных вышибал.

В целом, вышибал защищал закон. Но на всех его по-прежнему не хватало. Так что я внутренне уже согласился на эту работу. Для начала пойдёт, а дальше посмотрим. Мир суров, но не зря же я Дубов.

Оторвав листочек с адресом и краткой схемой проезда на обратной стороне, я вышел из толпы и тут же столкнулся с Павлом. Он был навьючен коробками и свёртками, как мул, а в руках держал карту и кипу листков с заказами. Увидев меня, произнёс, кивая на коробки:

— Сегодня буду как белка в колесе. Но хоть заработаю.

— Много платят?

Он со смехом покачал головой.

— Немного, но это честные деньги.

Судя по тому, как он произнес слово «честные», Северов очень серьёзно относился к чести. Может, я погорячился, отказав ему в тренировках?

— А ты куда? — спросил он.

— В вышибалы, — показал ему объявление.

— Работа для тебя, Дубов! А я, если закончу к ночи, может загляну к тебе.

Я пожал плечами в ответ, и Павел, хмыкнув, пружинящей походкой пошёл разносить посылки.

Схема проезда предлагала проехать три остановке на трамвае и пройтись пешком. Я же просто пошёл вдоль рельс, наслаждаясь погодой и новым для меня городом. От района к району архитектура менялась, будто годовые кольца на срезе старого дерева, и каждый раз я будто оказывался в другом мире.

Искомое заведение со странным, но звучным названием «Шишбурун» находилось в Османском районе города. Это было двухэтажное здание. Первый, квадратный этаж не имел окон, и его украшала разноцветная кричащая мозайка, Второй этаж напоминал раздавленную на тарелке хурму. Это был круглый купол, а в четыре стороны торчали тканевые навесы, хлопающие на ветру. Наверняка под ними предусмотрены столики или ложи для богатеев, снизу я не видел.

Вошёл внутрь в полутёмное помещение. Вокруг столики ощетинились поднятыми стульями, а за баром красивая смуглая девушка расставляла разноцветные бутылки на верхние полки. Лёгкая майка задиралась, когда она тянулась вверх, и обнажала попку в полупрозрачных османских шароварах. То ли мне в темноте показалось, то ли на ней не было белья. Надо будет позже прояснить этот вопрос.

Владелец Шишбуруна находился на втором этаже, и улыбчивая красотка показала, как на него пройти. По лестнице я поднялся на балкон, с которого открывался неплохой вид на кипящую внизу улицу. Я уже предвкушал, как за одну ночь заработаю сумму, которой хватит на неплохую удочку и набор блёсен для форели. Затем зашёл в небольшое помещение, раздвинув занавеску из блестящих верёвок.

Внутри за маленьким столиком на подушках сидели двое. Один в кепи с помпончиком при виде меня вдохнул и не смог выдохнуть. У второго глаза расширились в ужасе. И было отчего. Стоя в проходе, я тенью закрывал весь свет дня, что проникал внутрь.

— Это вы вышибалу ищете? — сказал я.

Тот, что был в кепи и богато украшенном халате, вскрикнул, будто его в зад укусила змея, и рухнул мне в ноги, крича:

— Аллах услышал наши молитвы!

Отправить