Глава 17

Дворец Туманов

Николай

 

Плита поднялась и встала на место, закрыв тёмный провал. Я подскочил слишком поздно, что заглянуть в него. Через несколько секунд крик княжны появился вновь. Он будто перемещался где-то за стенами прохода. Сначала доносился сбоку, потом сверху. Через считаные мгновения в потолке открылся круглый люк, и в него выпала кричащая Василиса.

Бух!

— Ай… — простонала она, распластавшись на полу.

— Твоя психология до добра не доводит, — покачал я головой, глядя на Лизу.

Она повесила голову, видимо, чувствуя себя виноватой.

— Да! Это всё твои дурацкие вопросы виноваты! — встала на ноги покачиваясь, как пьяный матрос, княжна.

«Блуп!» снова упала плита.

— А-а-а! — Василиса опять улетела в провал.

На этот раз я заглянул в него. Чуть ниже он превращался в круглую трубу диметром около двух — двух с половиной метров. Насколько хватало глаз, она вела прямо вниз, но затем изгибалась. Иначе как княжна прилетает обратно? Вот только выглянув в узенькое окошко, труб никаких не увидел. Только нагромождение эльфийских резных башен и плотный купол из сросшихся веток и золотой листвы вверху.

«Хыть!» плюхнулась обратно Василиса.

Падая, она набирала скорость, а взлетая снова вверх — теряла. Так что приземлялась она не больно, но обидно.

— Я падала тридцать минут! В полной темноте! — взвыла Василиса.

— Какие тридцать минут? — удивилась Лиза. — Полминуты максимум.

— Ах ты…

Княжна схватила Лизу за грудки и затащила на плиту.

Блуп!

— А-а-а!!! — хором закричали девушки, улетая в дыру.

— Ау-у-у! — вторил Альфачик.

— И долго они так летать собираются? — озадаченно спросила Лакросса, встав рядом.

— Пока не натренируют вестибулярный аппарат, — ответил я. — Или не догадаются сойти с плиты. Времени для этого хватает, только тратят они его на споры.

Затем перенёс из пространственного кольца Брокова стеклянную бутыль с зелёным напитком.

— Лимонад? — протянул её Лакроссе.

— Можно, — пожала она плечами.

Пшикнув, оркесса отвинтила пробку и сделала целую серию глотков, осушив половину бутылки. С явным удовольствием выдохнула и рыгнула.

— Прошу прощения, — смутилась она. — Лимонад очень вкусный.

Он и правда был вкусным. Сладкий травянистый вкус и щекочущие пузырьки газа. Давно пить хотел.

Пока мы наслаждались напитком, Василиса и Лиза успели пролететь мимо ещё три раза, пока не догадались спрыгнуть с плиты дальше по коридору. Хорошо, что следующая плита оказалась обычной.

— Вы что, не могли нас поймать? — возмущалась княжна, зелёная от кульбитов в трубе.

Она резко схватилась за живот, зажала рот рукой и высунулась в окошко. Тут же донеслись совсем неаристократичные звуки.

— И правда похоже на тридцать минут, — выдохнула Лиза, привалившись к стене. — Каждый раз. Ещё и жизнь перед глазами успевает пронестись. Трижды.

— Могли конечно, — ответил на вопрос княжны, когда она закончила избавляться от завтрака. — Но спасение утопающих — дело рук самих утопающих. К тому же сойти с плиты вы могли в любой момент.

— Уф! — выдохнула княжна так, что у неё чуть пар изо рта не пошёл от злости. — Ноги моей больше на этих плитах не будет!

С этими словами она наколдовала ледяную дорогу прямо поверх пола и пошла, демонстративно виляя бёдрами.

— А вы как хотите! Можете тоже полетать!

К неудовольствию княжны, мы с Лакроссой и Альфачиком просто перепрыгнули злосчастную ловушку. А вскоре все вместе вошли в большую залу.

Тронный зал. Довольно большой. Потолок высоко вверху оканчивался чем-то вроде трёхгранного купола. Когда-то там были фрески, но сейчас остались непонятные пятна и облупившаяся краска. Сама вершина этой башни торчала из кроны дерева, потому что сквозь дыры в крыше падали косые столбы света, в которых летали стайки птиц. По бокам шли высокие колонны — они образовывали ещё один круг внутри круглых стен. С них свисали обрывки знамён.

От входа, через который мы вошли, тянулась ковровая дорожка. Сгнившая и ветхая. Стоило её коснуться, как полотно рвалось и рассыпалось. Были и другие двери в стенах, кроме нашей.

Стены, кстати, сплошь покрывали корни растений, плющ, лианы. Во многих местах они сплетались в большие узлы, похожие на коконы.

Когда-то это место было величественным. Я даже сейчас ощущал будто бы вибрации воздуха, возмущённого тем, что мы вошли без поклонов и церемоний. Но от былого величия остался только трон в дальнем конце и семиметровая статуя какого-то мужика в короне и с протянутой вперёд рукой. На указательном пальце что-то блестело. Кольцо? Хм… Хотя, с такими размерами скорее обруч.

— Этот дворец эльфы вырастили прямо из дерева… — пробормотала Лакросса, касаясь деревянной, выбеленной временем колонны.

— Наверно, где-то здесь и должен находиться Кубок Кикиморы? — задумчиво сказала княжна.

— Это было бы логично, — согласился я, не сводя глаз со статуи. — Вот только тут у всех вещей есть и верх, и низ…

— Знаете, где не было ни того, ни другого? — вдруг воодушевилась Лиза, оглянувшись на проход, из которого мы вышли. — В тех трубах, в которых мы падали с Василисой.

— Ага, зато были начало с концом. Мне особенно нравился конец.

— Никто и не сомневался, — хмыкнула Василиса.

— А я согласна, — улыбнулась Лакросса. — Конец каждый раз был что надо! Орк на три вещи может смотреть вечно: камнепад, полёт стрелы и как кто-то бьётся об пол.

В ответ княжна показала дерзкой оркессе язык, та ответила тем же, а затем обе рассмеялись.

Прям как дети малые.

Но вообще, благодаря предположению Лизы, я начал догадываться кое о чём. Кубок же не выглядит, как кубок, верно? Вообще может быть любой вещью…

Я пошёл по направлению к статуе, девушки за мной. Застоявшийся воздух пах вековой пылью, которую поднимали мои ботинки, наступая на сгнившую ковровую дорожку. Василиса аж несколько раз чихнула, идя позади меня. А я вспомнил, как она чихала при нашем знакомстве. Давненько не слышал её чихов. Даже соскучился. Но это последствия того, что она стала лучше контролировать свой дар. Причём сама, я тут участия не принимал.

Что-то я отвлёкся. Статуя! Семь метров. У подножия трон. И то, и то — из старого дерева, прочного как камень. Правда, трон, по всей видимости, был из другой породы древесины. Сгнил. Остались рожки да ножки. А вот статуя… Я пригляделся к её ногам, между которыми и находилось возвышение со стулом для королевской задницы. Как и колонны, огромный колосс рос прямо из пола. Время его почти не тронуло, только стёрло черты лица и узоры на одежде.

Что там говорили Лесниковы о Кубке? Не помню точно, но вроде нужно лишь прикоснуться к нему, и тогда получишь пять тысяч очков. И на этом турнир закончится.

Украдкой оглянулся на девушек. Они глазели по сторонам, а Лакросса вообще щупала очередную колонну и бормотала под нос:

— Будто гора из дерева…

Акустика зала была потрясающей. Пожалуй, она даже не догадывалась, что остальные её слышат с расстояния в десяток метров. Это место впечатлило её сильнее остальных.

Нет, не могу. Не в моих это правилах. Бесчестно, если я сам, в одиночку заполучу кубок. Всё-таки проблемы от них и правда не знают начала и конца, верха и низа. И без этих проблем я бы не скоро разгадал подсказку.

— Лакросса, — позвал я бронзовую красотку, — у меня есть идея. Ты должна…

Договорить не успел. Меня отвлёк шорох, будто с потолка разом начала осыпаться вся штукатурка. Или что там эльфы использовали… И мне даже показалось, что так оно и было. Но потом зарычал Альфачик, а на пол с шумом, будто рядом появился водопад, падали тёмные кусочки, напоминающие ореховую скорлупу. Только орех был под два метра в диаметре. Я поднял глаза выше и заорал:

— Быстро ко мне! Встаём в круг! Спина к спине!

Лакроссе два раза повторять не пришлось. Сначала она подбежала и встала рядом и только потом оглянулась.

Повсюду на стенах лопались коконы, которые мы приняли за причудливо сросшиеся лианы и корни. Из них спрыгивали на пол двухметровые деревянные воины со светящимися глазами. Один за другим. Со всех сторон. Их количество быстро увеличивалось. Два десятка. Три. Да их тут не меньше сотни!

С устрашающим скрежетом они начали, не сводя с нас глаз, вытаскивать из ножен деревянные мечи.

Да, именно деревянные! Смех смехом, но что-то подсказывало, что такой меч легко может мне руку отрубить. Настолько острой казалась кривая кромка.

Долбаные эльфы! А могли бы армию таких против Саранчи выставить! Но, насколько я знаю, предпочли отсидеться во время Первого нашествия, мол, это не их война.

Кольцо вокруг нас сомкнулось и начало сужаться. Кажется, других сюрпризов в тронном зале больше не было.

— Что будем делать? — тихо спросила Лакросса.

— Что, что… — вздохнул я. — Убивать этих буратино будем, вот что. Давай, потренируйся в меткости своих копий.

— Ха! Мне два раза повторять не надо!

Я тем временем перенёс из кольца молот и перехватил его поудобнее.

— Ну? Чего ты медлишь? — не выдержал я, наблюдая, как деревянные солдаты быстро к нам приближаются.

— Я… я не могу! — отвечала Лакросса чуть не плача. — У меня будто Инсект пропал!

Что⁈

Первый из «буратино» уже замахивался для удара.

Ладно, с даром Ласкроссы позже разберёмся. Сейчас времени нет!

Я рефлекторно призвал Дубовый Инсект, чтобы отразить удар щитом-корневищем, но… ничего не произошло! Нет, я чувствовал свой дар, но использовать не мог!

Вот зараза… Поспешил я с заявлениями, что у этого места больше сюрпризов нет!

* * *

Облачное Древо Нирваларион

Некоторое время назад

 

Княжич Дмитрий Парнасов с самого утра наблюдал за турнирной таблицей из маленького дома прямо на площади деревни. Круглый и неказистый домик стоил дёшево, поэтому княжич его и выбрал в качестве временного жилища. Его план работал. Фамилия Парнасов значилась теперь на первом месте.

Соперники умом не отличались, запудрить им мозги оказалось проще простого, и они в очередь выстроились, чтобы отдать Дмитрию свои очки. Он даже свою способность почти не использовал.

Схема оказалась настолько эффективной, что княжич начал подумывать, а не организовать ли подобное в Петербурге после турнира? Дурачьё понесёт ему свои деньги со всей Империи, а он потом просто смоется и будет жить припеваючи до конца жизни. А его род станет богатейшим в Империи. Что до судьбы дураков, которые останутся без денег, — ему плевать.

Парнасов мотнул головой и прогнал воодушевляющие мысли. Слишком рано думать о подобном. Участников турнира осталось меньше сотни, совсем скоро его ложь вскроется, поэтому нужно как можно скорее закончить турнир, пока у него ещё есть преимущество по очкам.

Хотя нет. Его месть ещё не свершилась… Дубов должен понести наказание за все те унижения, что причинил его роду!

Дмитрий добавил в кружку кипятка, который пил вместо чая. На заварке он тоже экономил.

Барон и его соратницы наступали ему на пятки. Если он найдёт Кубок Кикиморы раньше княжича, то может и победить. Парнасов не мог этого допустить. Более того, он по-прежнему жаждал мести.

На площади кто-то появился. Дубов! Как говорится, вспомнишь… На всякий случай Парнасов отодвинулся от небольшого окна, чтобы его не заметили.

Барон и его друзья какое-то время стояли у турнирной таблицы и что-то обсуждали. Даже спорили. Княжич решил, что они боятся. Боятся его. И правильно делают.

Затем к турнирной таблице подошёл Утёсов. Один из тех идиотов, что считали себя приближенными к нему и продавали другим акции «ППП». Они даже не подозревали, с каким удовольствием он их кинет на очки.

После разговора с Утёсовым Дубов подошёл к магазину Лесниковых — постаменту с круглым экраном. Судя по всему, он покупал подсказки, чтобы найти Кубок. Парнасов позволил себе улыбку. Всё идёт строго в соответствии с его гениальным планом. Отец наконец-то будет им гордиться.

О да, он придумал, как сделать месть наиболее сладкой. Как унизить наглого барона перед всей страной. Когда Дубов наконец разгадает, где находится Кубок Кикиморы, Парнасов будет готов. Он уведёт Кубок прямо из-под носа барона.

Надо только оказаться рядом в нужный момент, а уж там княжич своего не упустит.

Дубов с друзьями и его шавкой ушли с площади. Парнасов покинул укрытие, допив горячую воду, и пошёл следом. Огромную фигуру барона было видно издалека. Они направлялись на площадку, откуда взлетали вчера. Если княжич поторопится, то сможет незаметно проследить за Дубовым. Правда, для этого придётся украсть чей-то летающий транспорт, но ему плевать. Ради мести он готов на всё. К тому же воровство не было запрещено правилами турнира. Значит, оно разрешено.

Парнасов оставил лишние вещи в доме. Они ему не понадобятся, потому что сегодня турнир закончится. Вдруг дорогу ему преградила массивная фигура. Утёсов.

— Чего тебе? — грубо отозвался княжич.

— Ваше Сиятельство, — залебезил бугай, — у меня небольшой вопрос.

— Потом, — отмахнулся Парнасов и попытался пройти вперёд.

Но обойти Утёсова оказалось непросто.

— Подождите, Ваше Сиятельство. Всего один вопрос. Это касается ваших акций…

Княжич скрипнул зубами.

— Ну? — процедил он, не сводя взгляда с фигуры Дубова, который поднимался по тропе, проложенной вокруг ствола огромного Древа.

— Я просто хотел уточнить, что будет с акциями, если участники перестанут их покупать?

Княжич вздохнул, силой воли пытаясь удержать рвущееся наружу нетерпение.

— Участники не перестанут покупать акции, — терпеливо пояснил он. — Только идиот не будет брать акции с такой сумасшедшей доходностью. Ты идиот, Утёсов?

Парнасов говорил, используя свою способность убеждать. Простолюдин смущённо опустил глаза.

— Н-нет, Ваше Сиятельство.

— Отлично. Я знал, что могу быть в тебе уверен, Утёсов. Продолжай продавать акции и всего через месяц займёшь первое место в турнирной таблице.

Детина обернулся на турнирную таблицу. Княжич посмотрел в сторону подвесной тропы и не увидел Дубова. Проклятье! Он упустил его! Всё из-за этого назойливого придурка…

— Ваше Сиятельство! — снова повернулся к нему Утёсов. Похоже, Парнасов был недостаточно убедителен. Нужно больше маны прогнать через голосовые связки. — Но сейчас все очки у вас…

— Я играю роль банка. Все эти очки я потом раздам, как дивиденды к акциям. Понимаешь, о чём я говорю? Сто двадцать тысяч кикибаллов. Возможно, даже больше, если ты купишь ещё, Утёсов. Понимаешь?

Сработало. Лицо бугая с квадратной челюстью просветлело, он споро закивал головой.

— Да, Ваше Сиятельство! Я… я заработаю ещё очков и обязательно куплю!

Да… Такие идиоты не вымрут никогда. И это полностью устраивало Парнасова.

Не дожидаясь новых вопросов, он бросился по тропе наверх, но ни Дубова, ни его компании не увидел. Всё-таки упустил…

Ладно, это ещё не конец.

Парнасов вернулся на площадь и потратил тысячу очков на подсказку. Дворец Туманов, вот куда отправился Дубов! Княжич задумчиво потёр подбородок, покрытый редкой щетиной.

Он знал о Дворце Туманов. Довольно опасное место, которое хранит ещё много эльфийских тайн. Дубов ушёл уже далеко, а Парнасов в одиночку мог не справиться с испытаниями. Впрочем, была у него одна идея…

— Эй, Утёсов! — позвал он детину, который бездумно шарахался по площади в поисках новых покупателей акций.

— Да, Ваше Сиятельство? — тут же подскочил парень.

Он всё ещё находился под воздействием убеждающей способности княжича, поэтому всячески хотел ему угодить.

— Хочешь увеличить доходность своих акций? — мягко улыбаясь, спросил княжич. — Только своих…

— Конечно!

— Тогда собери людей, сколько сможешь. Есть одна работёнка…

Отправить